Опитування про фонему Е на сайті Ізборник  


Попередня         Головна         Наступна





ЖИТІЄ ВАСИЛІЯ НОВОГО


Житіє Василія Нового — пам’ятка візантійської агіографічної літератури X ст., що через південних слов’ян прийшла не пізніш першої половини XI ст. у Київську Русь (найдавніші списки, що збереглися, доходять до XIV ст.) і пізніше дуже поширилася і в окремих списках, і в складі Четій-Міней (під 26 березня). Популярності

Житіє набуло не так через особу й подвиги самого Василія, про життя якого розповідається мало, як через два великі епізоди, зв’язок яких з особою Василія тільки зовнішній. Обидва епізоди дуже цікаві для характеристики християнських уявлень про долю людини після смерті і про кінцеву долю всього людства, тобто уявлень есхатологічних. Перший епізод розповідає про «повітряні митарства» А. Переносячи земні взаємини у т. зв. потойбічний світ, автор Житія змальовує мандрування душі померлого у вигляді проходження її через ряд «митарств» (усього їх є 22): на ножній зупинці біси (злі духи), обвинувачуючи душу в якому-небудь гріху, пред’являють їй свій рахунок гріхів; відкупитися можливо тільки через заступництво ангела (доброго духа) або якого-небудь праведника (в даному випадку Василія). Про все це оповіла учневі Василія, монаху Григорію, благочестива служниця Василія Феодора, з’явившися Григорію після своєї смерті у сні. Другий епізод — це видіння (сон) самого Григорія, в якому він бачить картину страшного суду, що його сам бог творить над усім людським родом. Картина створена на основі різних місць біблії, зокрема на одній з «новозавітних» книг — «Откровеніе (Апокаліпсис)» Іоанна, і на основі вражень від сучасної авторові дійсності. Український текст (розмова Феодори) за рукописом XVIII ст. видав І. Франко («Апокрифи й легенди», т. IV, Львів, 1906).

Нижченаведені уривки взято з видання: С. Вилинский, Житие Василия Нового, я. II, Одесса, 1911 (за текстом у «Четьїх Мінеях» Дмитрія Туптала).



 А Від слова «мито»; звідси «митарство» — місце, де стягають мито, митна застава.








ЖИТІЕ ПРЕПОДОБНОГО ОТЦА НАШЕГО ВАСІЛІА НОВОГО


Во дни блачестивых царей греческих, Льва премудраго и Александра брата его, сынов царя Васіліа Македона, в десятое лЂто самодержавствія их, магистріаны 1 нЂцыи, от Асійскія страны повелЂніем царским послани бывшіи, егда оттуду в Константін град возвращахуся, и мимо нЂкія непроходимыя пустынныя горы идяху, узрЂша человЂка (сего, о немже нам предлежит слово блаженнаго Васіліа) по пустыни ходяща, худыми одЂяна рубы 2, образом странна и страшна, яко в пустыни воспитана, и абіе скорыми ногами текше, яша того, и дивящеся о странном образЂ его, прелагатая 3 того быти мняху: связавше убо ведоша его купно с собою в царствующій град, идЂже явившеся царем, явлено им и о ятом в пути человЂцЂ сотвориша. Царь же Лев, видЂв его, вдаде на истязаніе патрикію, именуемому Самон, родом агарянину, да испытает яже о нем, кто есть, и откуду, и како ему имя; Самон же патрикій, поемши человЂка божія, веде в дом свой, и сЂдши со всЂми своими совЂтники гордостно, повелЂ представити пред лицем своим блаженнаго: той же представлен, не воздаде ему достойныя чести и поклоненія. Глагола убо к нему Самон: кто еси ты, и откуду, и како имя твое. Он же не даде ему отвЂта, но стояше молчя, и кроткими на него смотря очесы. Глагола убо паки к нему: возвЂсти нам, откуду еси ты. И глагола к нему святый: ты убо кто еси, и откуду; и рече ему Самон: мы тебе вопрошаем, тьт кто еси, и откуду; кто же есмь аз, не подобает вопрошати: аще же увЂдати хощеши, яже о мнЂ, возвЂщу ти: аз есмь Самон, патрикій и паракімомен 4 царствующих нам нынЂ самодержцов: повЂждь убо, ты кто еси, и



 1 вельможі, начальники 2 подертим одягом 3 шпигуна 4 візантійський придворний чин



откуду, и кое есть твое житіє. Глагола к нему блаженныи: аз странен есмь, єдин от живущих на земли. Рече к нему Самон: добрЂ убо о тебЂ глаголют, яко прелагатай еси, пришедый преглядати Греческую область. Преподобный же на то ничтоже отвЂща. И мнози предстоящіи нуждаху, глаголюще, кто еси; и не отвЂщаваше им. ПовелЂ убо Самон, да принесут пред лице его жезліе сурово, и воловыя жилы сухи, и ина нЂкая страшнЂйшая орудія на устрашеніе ему; да негли убоится и повЂсть, откуду есть. Он же вся та видя, ничтоже глаголаше, и повелЂ растягнути его четырем и воловыми жилами бити вопрошающи, кто еси. Біен же сущи крЂпко, святый не отвЂщаваше им, но терпяше молчя. ДотолЂ же биша его, донелЂже мнЂти им, яко уже абіе умрет, и вземше его аки бервно (не могуща ходити) несоша, и ввергоша в темницу...


[Незважаючи на страшні катування, Василій не став нічого про себе розповідати. Відданий левові на розтерзання й вкинутий у море, він чудесно лишається неушкодженим. Слава про його чудеса (зцілення хворих) розходиться по всьому Константинополі, де він оселився у своїх друзів. Крім дару зцілення, Василій має дар прозирання в майбутнє: він оплакує прийдешню сумну долю покликаного на царство воєначальника Константина Дуки та його прихильників. Василій Новий зазнає жорстоких катувань за викриття лихих намірів «патрікіа» Сароніта, що вмирає незабаром від тяжкої хвороби, як провістив святий. Оселившись у свого прихильника, Василій живе під доглядом старої благочестивої вдови Феодори. Коли Феодора померла, учень Василія Григорій, що дуже поважав її, хотів дізнатися, чи спаслася її душа. І от по волі Василія Нового Григорій у сонному видінні дізнається від Феодори про її потойбічне життя. Оповідання Феодори про «ходіння по митарствах» її душі становить значну частину житія, що кінчається описом смерті Василія. Нижче наводимо уривки з оповідання Феодори].


...Егда убо к концу житія моего приближихся, и наста час разлученія от тЂла, видЂх множество ефіопов окрест одра моего ставших, иже лица аки сажа и смола бяху очернена, очи же аки угліе огненно, ихже видЂніе толь люто, яко и сама геенна огненная. Тіи начаша творити молву и мятеж. Овіи ревуще яко скоты и звЂри, иніи яко пси лающе, иніи выюще, яко волцы, иніи яко свиніи вопіюще, вси же взирающе на мя яряхуся, грозяху, устремляхуся, зубы скрежещуще, и пожрети мя абіе хотяще: готовляху же хартій, аки бы чающе судію нЂкоего пріити тамо, и свитки развиваху, в нихже написана быша вся злая моя дЂла: тогда убогая душа моя бысть в страсЂ и трепетЂ велицЂм. И недовольна ми бысть горесть смертная, но и то ефіопов страшных грозное зрЂніе и ярость бысть мнЂ яко другая смерть лютЂйшая. Отвращах же очи мои сЂмо и овамо, еже бы не видЂти ми страшных лиц их, ни слышати гласа их: но не можах избыти тЂх, всюду бо их без числа зрях шатающихся, и не бЂ помогающаго мнЂ. В таковЂй бЂдЂ изнемогши до конца, узрЂх два свЂтоносна аггела божія, ко мнЂ приходяща во образЂ красных юнош, ихже красоты изрещи не возможно. Лица их бяху пресвЂтлЂйшая, очи любезно взирающіи, власы главы их аки снЂг бЂлы, златовидное показующіи блещаніе, одежды их яко молнія бяху, препоясани поясы златыми по сосцам крестообразно. Тіи приближившеся ко одру моєму, сташа одесную мене, нЂчто тихо друг ко другу бесЂдующе: аз же видЂвши их радостна бых сердцем, и веселыми на них взирах очесы, черніи же оніи ефіопи видЂвше сих содрогнушася и отступиша подалЂе. Рече же един свЂтоносный юноша к темным с яростію, глаголя: о безстудніи, проклятіи и мрачніи, злобній рода человЂческаго врази! почто всегда предваряете ко умирающым приходити; и творяще молвы устрашаєте, и смущаете всякую от тЂла разлучающуюся душу; но не вельми радуйтеся, здЂ бо не обрящете ничесоже, ибо божіе есть с нею милосердіе, и нЂсть вам части, ни жребія в души сей. Сице тому изрекшу, абіе возшаташася ефіопи, велій кличь и молву сотворше, и начаша показовати дЂла моя злая от юности содЂянная, и глаголаху: ничтоже в ней имамы, а сіи грЂхи чіи суть; не она ли содЂя сія и сія; тако молвяще стояху, ждуще смерти. И се пріиде смерть яко лев рыкая, образом зЂло страшна, подобія аки бы человЂческаго, но тЂла отнюд не имуща, от единых точію костей человЂческих нагих составлена. Ношаше же различная орудія к мученію: мечи, стрЂлы, копія, барды 1, косы, серпы, рожны, пилы, сЂкиры, теслы 2, оскорды 3, и удицы, и иная нЂкая незнаемая.



 1 сокири 2 сокири 3 оскарди — мотики, кирки



То узрЂвши смиренная моя душа вострепета от страха, и рЂша святій аггели к смерти: что медлиши; разрЂши душу сію от соузов плотских, скоро и тихо разрЂши, не имать бо много тяжести грЂховныя. И абіе та приступльши ко мнЂ, взя малый оскорд, и нача отсЂцати первЂе ноги моя, потом руки, таже иными орудіи иныя вся уды моя разслабЂваше, члены от составов раздЂляющи. И не имЂях рук, ни ног, и все тЂло мое омертвЂ, ни можах двигнутися прочее, таже взя теслу, и отсЂче главу мою, и ктому не можах подвигнути главы, чужда бо ми быстъ: по сих всЂх сотвори в чаши нЂкое раствореніе, и ко устом моим придЂвши нуждею напои мя. Толь же бЂ горько напоеніе то, яко не могущи стерпЂти душа моя содрогнуся, и изскочи от тЂла, яко отторжена нуждею. И абіе пріяша ю свЂтоносніи аггели на руки своя: воззрЂв же вспять, видЂх тЂло мое лежащее бездушно, нечувственно, инедвижимо, якоже бо кто совлечется одежды своея, и повергти ю, стоит, смотря на ню, сице аз смотрЂх на тЂло мое, егоже яко одежды совлекохся, и удивляхся зЂло...

...Грядущим нам от земли к высотЂ небеснЂй, в началЂ срЂтоша нас воздушныя дуси перваго мытарства, на немже истязуются грЂси словес и глаголов человЂческих праздных, буих, скверных, безчинных, и абіе тамо стахом. И изнесоша к нам многія свитки, в нихже написана бяху вся моя словеса, от юности моея изреченная, аще когда проглаголах что непотребно и неразсудно, а найпаче аще что глаголах срамословно и кощуны дЂях в младости моей, и смЂхотворенія, якоже обычай есть юным. ЗрЂх тамо написана вся моя буесловія, сквернословія, мірскія безстудныя пЂсни, безчинная восклицанія, смЂянія и хохотанія, и обличаху мя тЂм... Сія видящи, молчах аки безгласна, не имущи что отвЂщати лукавым духом: истиною бо мя обличаху, удивляхся же в себЂ, како то в них незабвенно, еже толь многими прейде лЂты, еже аз давно забых, и ниже во умЂ потом когда помыслих: они же аки днесь глаголанная мнЂ предлагаху вся подробну и потонку истяаующе, и воспоминах вся та, яко быша тако. Молчащей же мнЂ и стыдящейся вкупЂ и трепещущей от страха, святій аггели, водящіи мя, противу тЂх грЂхов моих положиша нЂчто от добрых дЂл моих послЂжде бывших, недоставшая же наполниша от дарованія преподобнаго Васіліа отца моего и искупиша мя, и идохом оттуду выше.

И приближихомся к другому мытарству, глаголемому лжи, на немже истязуется всяко слово ложное, а найпаче клятвопреступленія, призыванія имени господня всуе. лжесвидЂтельства, обЂтов богу содЂянных неисполненіе, исповЂданіе грЂхов не поистиннЂ бывающее, и иная тЂм подобная ложная. Духи же того мытарства яри и свирЂпи, крЂпко настоящіи и истязующіи, иже егда удержаша нас, абіе подобну испытовати начаша, и обличена бых во двою, яко случися ми иногда в нЂкіих малых вещах солгати, ни вмЂнях себЂ то в грЂх: и яко множицею студа ради не поистиннЂ исповЂдахся пред отцем моим духовным, клятвопреступленія же и лжесвидЂтельства, и прочіих тЂм подобных не обрЂтоша во мнЂ благодатію Христовою: обаче о обрЂтшихся во мнЂ оных лжах торжествоваху, и хотяху мя похитати от рук водящих мя, но святій аггели нЂчто от моих благих дЂл, прочее же от дарованія отца моего противу тЂх грЂхов положивше, искупиша мя, и идохом выше безбЂдно...

... И доидохом инаго мытарства, еже чревоугодія глаголется, и абіе избЂгоша противу нас скверніи тіи дуси, радующеся аки о обрЂтаемой им корысти. И видЂх образы духов тЂх зЂло скаредны, образующіи собою сластолюбивых чревооб’ястников мерзостных піяниц, от нихже овіи показовахуся носити блюда и конобы с ястіями, овіи же чашы и корчаги с питіями, зряшеся же пища та и питіе то гной смердящь и мерзость блевотинная: являхуся убо быти аки пресыщени и піяни и скачущіи с прегудицами: и вся по подобію корчемников и пирующих творяху, ругающеся душам грЂшным к мытарству их приводимым. Тіи обшедше нас яко пси, и удержавше, абіе принесоша пред мене вся моя об’яствія, егда тайно ядох когда, или через силу и потребу ядох... Такожде и піянства моя вся показоваху мнЂ, представляюще чашы и сосуды, из них же упивахся, и число испитых чаш глаголюще: толико чаш испила еси во оное время на оном пиру, с тЂми человЂки, в другое же время и на другом мЂстЂ толикими чашами упивалася еси до безпамятствія и блеванія...

...Вся та ми и иная моя чревоугодія представляху, и истязоваху, и радовахуся, аки уже имуще мя в руках своих, и во дно адово низвести хотяще: аз же трепетах, видящи себе тЂми обличену, и не имущи что противу отвЂщати. Святій же аггели, из’емше довольно от дарованія преподобного Васіліа, противу тЂх за мя искупленіе положиша: тіи же, узрЂвше искупленіе мое, воскричаша, молву же и мятеж велій сотвориша, горе нам, вопіюще, погубихом труд наші погибе наша надежда, и пущаху по воздуху хартій, яже имЂяху на мя написаны: аз же, то зрящи, веселяхся, и идохом оттуду безбЂдно. Грядуще же бесЂдоваша святій аггели с собою, глаголюще: воистинну велику помощь имать душа сія от угодника божія Васіліа, и аще бы не того труды и молитвы помогали ей, многую нужду имЂла бы претерпЂти преходящи воздушная испытанія...

...Грядуще же выше, улучихом мытарство, глаголемое лихвы, идЂже истязуются дающіи сребро свое в лихву, и скверная приобрЂтенія творящіи, лихоимцы же и чуждаго присвоители: тамо истязатели испытно обыскавше яже о мнЂ, и ничтоже обрЂтше, скрежетаху на мя зубы своими, мы же выше поидохом, благодаряще бога.

И постигохом мытарство неправды, на немже истязуеми бывают вси судій неправедній, на мздЂ судящіи, и оправдающіи винных, невинных же осуждающіи: таможе истязуется удержаніе мзды наемничи, и мЂрила неправедная дЂющих куплю, и чтолибо неправедно творимое взыскуется тамо, но мы благодатію Христовою проидохом то безбЂдно, мало что давше.

Такоже и еже потом бЂ мытарство глаголемое зависти, минухом ничесоже давше, никомуже бо когда позавидЂх: аще же и испытовашеся таможе нелюбовь, братоненавидЂніе, недруголюбіе, ненависть обаче Христовым милосердіем во всЂх тЂх испытаніях неповинна обрЂтохся, точію ярость скрежещущих на мя бЂсов видЂх, ни убояхся их, и идохом выше радующеся...

...Таже достигохом инаго мытарства, глаголемаго гнЂва и ярости, но и тамо аще и свирЂпіи бяху воздушніи истязатели, обаче не много от нас получиша, и идохом прочее радующеся о господЂ, покрывающым грЂшную мою душу молитвами отца моего преподобнаго Васіліа святаго.

Посем злопомнЂнія мытарство предста нам, на немже немилостивно истязуеми бывают держащіи в сердцах своих злобу на ближняго, и воздающіи зло за зло, и оттуду со многою яростію низводятся злобными духи в тартар: но милосердіе господнє и тамо мя покры...

...И ничимже должна быти на мытарст†том обрЂтохся, и рыдаху о том бЂси, яко свободна отхождах от лютых рук их. Мы же далЂе идохом веселящеся о господЂ. Вопросих же водящих мя святых аггелов, глаголющи: молюся вам, господіе мои, скажите ми, откуду сіи страшній воздушніи власти свЂдят вся злая дЂла всЂх человЂков во всем мирЂ живущих, яко же и моя, не точію я†сотворенная, но и яже втайнЂ извЂстно та обличают. И отвЂщаша ми святій аггели, глаголюще: всяк хрістіанин от святаго крещенія пріемлет богом даннаго себЂ аггела хранителя, иже, невидимо храня человЂка, наставляет его во дни и в нощи на всякое дЂло благое во вся дни живота его даже до смертнаго часа, и написует вся того добрая дЂла, в житій сем творимая, за няже бы человЂку тому получити от господа милость и вЂчное в небесном царствіи воздаяніе. Такожде и тмы князь, желающь весь род человЂческій к своей привлещи погибели, единаго от лукавых духов приставляет, иже в слЂд человЂка ходящи назирает вся того от юности дЂла злая, на няже его и поощряет козньми своими, и собирает, чтолибо злое человЂк содЂет: отходя же к мытарствам относит тамо грЂхи человЂчи, всяк грЂх в подобающее тому мытарство вписуя, и потому свЂдоми суть князем воздушным вся грЂхи всЂх человЂк во всем мірЂ...

...Внидохом в мытарство убійства, в немже не точію разбойничество истязуется, но и всякая рана, всякое удареніе чимлибо и гдЂлибо по плещам, или по главЂ, или в ланиту, заушеніе, или по выи, или пханіе со гнЂвом, вся та потонку испытуются, и на мЂрилЂ полагаются, но мы и тамо мало что положивше, проидохом добрЂ.

И миновахом мытарство чародЂянія, обаянія, отравленія, шептов и призыванія бЂсов. Бяху же дуси тіи подобни четвероногим гадом, и скорпіям, зміям же и ехіднам и жабам; страшно же и мерзостно тЂх бЂ видЂніе, но тамо ничтоже на мя обрЂтеся благодатію господа моего, и проидохом абіе ничесоже давше. Восклицаху же на мя ярящеся оніи дуси, и глаголаху: пріидеши на блудная мЂста, узрим, аще от тЂх избЂжиши...

...Доидохом мытарства блуднаго, на немже истязуется всякое любодЂяніе, и умное грЂха блуднаго мечтаніе, помысла же в том умедленіе, соизволеніе, услажденіе, скверная же осязанія, и страстная прикосновенія. Князь же мытарства того сЂдяше на престолЂ своем оболчен во одежду скверну и смрадну, пЂною кровавою окропленну, еюже он яко царскою багряницею красяшеся, и бЂсов множество предстояше ему Тіи видЂвше мя тамо дошедшую, много чудишася, яко достигох до них и изнесше написанная блудная моя дЂла, обличаху мя, показующе лица с нимиже грЂших в юности моей... Глаголаша же за мя святій аггели к бЂсом: но остави дЂла блудная от многих лЂт, и прочее в чистотЂ и воздержаніи поживе постнически... И положиша аггели святій много от дЂл моих, множае же от дарованія Васіліа преподобнаго, и едва избавихся бЂды лютыя, и идохом...

...Посем пріидохом к митарству єресей, идЂже истязуются неправая о вЂрЂ мудрованія, отступства от православнаго исповЂданія вЂры, недовЂрства, сомнЂнія в вЂрЂ, хулы на святыню, и прочая тЂм подобная: то мытарство без испытанія, яже о мне, проидохом, и уже не далече от врат небесных бЂхом.

Но и еще срЂтоша нас злобній духи послЂдняго мытарства, еже есть немилосердія и жестосердія; жестоцьт же бяху истязатели тіи, и князь их лют, зряшеся же сух и уныл от ярости дышай огнем немилосердія: тамо без милости испытуются душы немилосердных...

...Но мы благодатію Христовою и то мытарство проидохом безбЂдно, помогшым ми всюду молитвам преподобнаго Васіліа, даровавшаго от своих добрых дЂл много на мое искупленіе.

Таже к самым вратам небесным с радостію приближихомся, горьких мытарств избывше. Бяху же врата небесная яко кристалл пресвЂтел, и сіяніе зряшеся неизреченное, и юноши в них стояху солнцеобразни, иже видЂвше мя руками аггельскими водиму, веселія исполнишася, радующеся о мнЂ, яко божіим милосердіем покрываема, избых от мытарств воздушных: любезно убо нас срЂтше ведоша внутрь. Что же тамо видЂх, и что слышах, о чадо Григоріе! (глаголет преподобная Феодора), нЂсть возможно исповЂсти подробну: видЂх бо, еже око человЂческое не видЂ. и слышах, еже ухо никогдаже слыша, ни на сердце кому от живущих на земли взыдоша та благая. Приведена же бЂх пред престол божій неприступныя славы обстоимый херувімами, серафімами, и множеством вой небесных, неизреченными пЂсньми всегда славящих бога: и падши поклонихся невидимому и недовЂдомому божеству...

...Водима убо бЂх всюду, и видЂх прекрасная селенія и обители многи любящым бога уготованныя, преисполненныя славы и благодати. Показоваху же ми водящіи мя особно обители апостольскія, особно пророческія, особно мученическія, особно святительскія, и коегождо чина святых особны обители. Каяждо же обитель красотьт бЂ неизреченныя в широту и долготу, рекла бы яко Царюграду подобна, но несравненно краснЂйша, многи пресвЂтлы палаты нерукотворенны имущая. Всюду же во обителех тЂх слышашеся глас радости и веселія духовного, и зряхуся лицы празднующих. Вси же видЂвше мя радовахуся о моем спасеній, срЂтаху же и лобызаху, хваляще господа, избавльшаго мя от сЂтей вражіих...


[Наведений тут текст закінчується згадкою про видіння Григорієм уві сні «страшного суду» та коротким оповіданням про смерть Василія Нового].













Попередня         Головна         Наступна


Етимологія та історія української мови:

Датчанин:   В основі української назви датчани лежить долучення староукраїнської книжності до європейського контексту, до грецькомовної і латинськомовної науки. Саме із західних джерел прийшла -т- основи. І коли наші сучасники вживають назв датський, датчанин, то, навіть не здогадуючись, ступають по слідах, прокладених півтисячоліття тому предками, які перебували у великій європейській культурній спільноті. . . . )




Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть ціле слово мишкою та натисніть Ctrl+Enter.