Результати веб-опитування про проект правопису на сайті Ізборник  


[Грамоты великих князей литовских с 1390 по 1569 год / Под ред. В. Антоновича и К. Козловского. — К., 1868. — С. 1-21.]

Попередня     Головна     Наступна





1.

Грамота великаго князя Витовта князю Θедору Даниловичу Острожскому на имЂнія: Бродовъ, Радосіолки, Радогоще, Межеричи Дяково, Свищово и др. (около 1390).



Actum in castro inferiori Leopoliensi, feria quarta post dominicam invocavit quadragesimalem proxima, anno domini millesimo sexcentesimo, nonagesimo quarto.


Ad officium actaque praesencia, castrensia, capitanealia, Leopoliensia personaliter veniens generosus Gaspar de Magna Kunice Kunicki, pocillator Czerniechoviensis, praesentavit officio praesenti copias privilegiorum, tam serenissimorum olim poloniac regum, quam et ducum russiae, partim polono, partim latino idiomate in se sonantium, vigore quorum ducatus Ostrogiensis possidebatur, ex originalibus in unum libri compagem charactere jam obsoleto conscriptas, ex archivo illustris et magnifici Stanislai Joannis in Jablonov Jablonovski, castellani Cracoviensis, exercituum regni supromi ducis, quoniam originalia ipsa ad praesens inveniri nequeunt, sibi concreditas et communicatas, petiitque ab officio praesenti unius copiam privilegii exusdem copiis, numero quintam, describi et in acta officii sui ingrossari ac sibi authentice extradi; quas privilegiorum copias officium praesens vidit et triginta septem esse numeravit, affectationique cjusdem genorosi Kunicki, pocilatoris Czerniechoviensis, annuendo, eamdem, copiam sub numero quinto existentem, de verbu ad verbum descripsit, actisque suis ingrossavit de tenore verborum sequenti. Numero quinto: »Przywiley oryginału Witułdowego Xiążęciu Teodoru na Oslrog, na Brodow, na Radosiołki, na Radohoszcz, na Międzyżecz, na Diakowo, na Swiszczow, na Ozierany, na Horodniczu, na Dwa Stawki, anno sexcentesimo quarto. My Wielki Kniaz Witułd czyniemy znaiomo wszystkim, kto na tę hramotę weyrzy, abo usłyszy y będzie czytał, /2/ iż zapisujemy y zapisaliśmy Kniaziu Fedoru Daniłowiczu Ostrog, jako y ociec jego dzierżał yz sieły y ze wszystkim, co k temu przynależy, jako y przy oycu jego było, także cośmy przydali kniaziu Feodoru sioło Brodow, także i Radosiołki, Radohoszcze, Meźerycze, Uziakow, także Swiszczow y z przysiołkami, ozerami, Horodnicz, Dwa Stawki, a to wszystko wzwyż opisane dzierzeć kniaziu. Fedoru wiecznie, nieporusznie nikomu y do jego żywota, y po jego żywocie — żenię y dzieciom jego na wieki; a na to wszystko daliśmy kniaziu Fedoru tę hramotę, i pieczęć swą kazaliśmy przywiesić. A pisan w Łucku, w poniedziałek po świętym Piotrze, w lato szesćsetne czwarte (sic.). Pod zawinieniem niżey u tego przywileju był napis ruskim pismem w te słowa: Kniahyni wielikaia sprawa. Post ingrossationem vero ejusdem, copias idem generosus Kunicki ad se recepit et de recepto officium praesens quietavit. Ex actis castrensibus capitaneatus Leopoliensis extraditum.

Сообщено Б. Антоновичемъ.



ПримЂчаніе. — Упоминаемый въ настоящемъ актЂ князь Θедоръ Даниловичъ Острожскій въ концЂ XIV и въ началЂ XV столЂтій игралъ въ исторіи южной Руси весьма замЂчательную роль. Въ 1386 году польскій король Ягелло и великій князь Литовскій подтвердилъ за нимъ Острожское владЂніе и увеличили его удЂлъ округами Корецкимъ и Заславскимъ. Въ 1390 г. Ягелло подтвердилъ за нимъ еще разъ княжества Острожское и Заславское; затЂмъ лЂтописи на цЂлые 32 года умалчиваючъ о князЂ ΘедорЂ Острожскомъ. Въ 1422 году онъ появляется въ числЂ сподвижниковъ князя Сигизмунда Корыбутовича, отправившагося въ Чехію, по просьбЂ жителей города Праги, на помощь противъ нЂмцевъ, ожесточенно старавшихся утопить въ крови гусситизмъ. — До паденія Сигизмунда въ 1427 г. между храбрЂйшими его товарищами виднЂется постоянно князь Θедоръ Острожскій (у Палацкаго: »князь Русскій изъ рода князей Острожскихъ«); но и послЂ удаленія Сигизмунда изъ Чехіи онъ продолжаетъ сражаться съ нЂмцами, въ качест†охотника, еще въ 1430 году онъ отличился въ силезскомъ походЂ гусситовъ. Но въ этомъ году произошло событіе, отозвавшее князя Θедора на родину, — скончался В. К. Литовскій Витольдъ и Литву охватила сильная междуусобная борьба, затихшая было только вслЂдствіе талантовъ и внЂшней предпріимчивости этого князя: два разноплеменные элемента, вошедшіе въ составъ великаго княжества: литовскій и русскій, поднялись въ послЂдній разъ на борьбу за преобладаніе; борьба эта, вспыхивавшая и до того времени среди междуусобій Кейстута, Ягелла, Явнута, Скиргайла и т. п. нашла на этотъ разъ болЂе способныхъ представителей и обозначилась рельефно въ двухъ соис-/3/кателяхъ великокняжескаго престола. Литовская партія, опиравшаяся на общинную, демократическую, преданную роду Кейстута, Жмудь, сгруппировалась около Жикгмунта Кейстутовича »мыслившаго въ сердцу своемъ, по дьяволю наущенью, какобы весь рожай шляхетскій погубити и кровь ихъ розлити и поднести рожай хлопскій, псю кровь«. Русская партія, въ лицЂ многочисленныхъ княжескихъ родовъ — Рюриковичей и Гедиминовичей, опираясь на княжеское, аристократическое, феодальное начало — имЂла представителемъ своего любимца — Свидригайла Ольгердовича. Въ сторонЂ отъ обЂихъ партій зараждалась 3-я, которой суждено было восторжествовать вскорЂ надъ обЂими: — это партія польская, она имЂла опору въ мелкой русской боярщинЂ, мечтавшей о равноправности польской шляхты, и въ нЂкоторыхъ литовскихъ сановникахъ, возведенныхь польскимъ вліяніемъ въ крупные должности. Партія эта равно враждебная и общинной Жыуди и княжеской Руси, пока значительно уступавшая въ силЂ обЂимь, вела свои дЂла осторожно, опираясь на польскую помощь, она дружила поперемЂнно, смотря по обстоятельствамъ, съ обЂими враждующими сторонами, а между тЂмъ, въ виду будушей »Уніи«, помогала полякамъ оттягивать у Литвы одну землю за другою. — Среди этой борьбы князь Θедоръ Острожскій являлся самымъ дЂятельнымъ, храбрымъ и распорядительнымъ сподвижникомъ Свидригайла. Въ 1432 году онъ отстаиваетъ Подолію отъ посягательствъ поляковъ, старавшихся завладЂть этою землею подъ видомъ помощи Жикгмунту Кейстутовичу; тЂснимый превосходными силами, онъ успЂлъ удержаться въ БраславлЂ, организовалъ войско изъ русскихъ, наемныхъ татаръ и волоховъ, нанесъ полякамъ чувствительное пораженіе на берегахъ рЂки Морахвы, поймалъ въ плЂнъ Каменецкаго старосту Θедора Бучацкаго и, вслЂдъ за тЂмъ, овладЂлъ этимъ важнымъ городомъ; завистливый Свидрагайло старался удалить его изъ завоеванной имъ области и даже по сказанію Кромера) заточилъ его въ тюрьму, не вскорЂ пришла рЂшительная минута, когда услуги Θедора Острожскаго стали необходимы для Свидригайла. — Въ 1435 г. послЂдній рЂшился покончить однимъ ударомъ продолжительную борьбу сь литовскою партіею; онъ собрался со всЂми силами: въ лагерь Свидригайла явилось болЂе 40 литовско-русскихъ князей со своими ополченіями, князья Тверскіе доставили многочисленное войско; въ станЂ . Свидригайла явился и магистръ ливонскій со своими рыцарями и наемными нЂмцами.

Князья Сигизмундъ Корыбутовичъ и Θедоръ Даниловичъ Острожскій по порученію Свидригайла набрали многочисленный отрядь гусситовъ: чеховъ и силезцевъ, считавшихся въ то время лучшими военными людьми въ ЕвропЂ.

Огромная сила, собранная Свидригайломъ, двинулась изъ Витебска въ Вильну, но на дорогЂ, невдалекЂ отъ Вилькомира, она была встрЂчена немногочисленнымъ Жмудскимъ ополченіемъ подъ начальствомъ Михайла Жикгмунтовича, — завязалась упорная битва, въ которой Свидригайло былъ разбитъ на-голову /4/ — магистръ Ливонскій, князь Сигизмундъ Корыбутовичъ, нЂкогда нареченный король чешскій, и съ ними болЂе 10 другихъ князей пали въ битвЂ. Свидригайло бЂжалъ въ Волощину и тамъ по выраженію лЂтописца «болЂе 7 годъ овцы паствилъ безвЂстно скрываясь.« Русская партія пала духомъ, оставшіеся въ живыхъ предводители ея или несли повинную Жикгмунту Кейстутовичу, или были заточены имъ въ темницу (Олелько Владимировичъ съ двумя сыновьями, Юрій Лингвеновичъ и др.). Въ эту тяжелую для русскихъ князей минуту сокрушилась энергія и Θедора Даниловича Острожскаго; онъ »оставилъ прелесть міра сего и княжескую славу, взявъ на себе святое иночество и такъ подвизался крЂпко о спасеніи своемъ, угождаючи Богу ажь до смерти«. Князь Θедоръ Даниловичъ оставиль послЂ себя память потомству какъ инокъ и какъ воинъ — какъ инокъ онъ »сподобился стать превыше — въ сонмЂ святыхъ отцевъ печерскихъ.« — Какъ воину ему принадлежитъ заслуга усовершенствованія на Руси военнаго искусства — онъ ввелъ гусситскій строй войска: »таборъ«, усвоенный впослЂдствіи козаками, и доставившій имъ въ теченіе трехъ столЂтій не одну побЂду надъ турками, татарами и поляками.

(М. Максимовичъ; письма о князьяхъ Острожскихъ, письмо 2-е. БЂлорусская лЂтопись, изданная Нарбутомъ по рукописи Быховца, cтp. 46 — 36. Стадницкій — Synowie Gedymna — Т. 1, стр. 93 — 98 и Т. II, стр. 163. Cromeri — Inventarium Archiv regni An 1434. Палацкій — Dejiny Národu českého, T. III, ч. 1 и 2 и T. IV, ч. 1).





2.

Обязательство данное епископомъ луцкимъ Иваномъ королю Ягеллу въ томъ, что онъ дастъ послЂднему 200 гривенъ и 30 коней, если поможетъ онъ епископу получить Галицкую митрополію. 1398 г.


A ce азЂ, владыка Иванъ изъ Луцка, знаемо чиню всЂмъ, аже датъ ми господарь мой, великій король, митрополію Галицкую, хочетъ ми помочи на поставленье митрополитомъ, а коли Богъ дастъ стану митрополитомъ, я то слюбую и хочю дати, оже Богь дастъ, моему милому государю королю двесте гривенъ русскихъ, а тридцать коній безъ хитрости, я того не хочю иступити, и на тое есмь далъ свой листъ и печать привесилъ. Въ ОпатовЂ, предъ Громницами, у лета нароженія сына Божія тисеча триста девяностого осмого лета (1398).

(Athenaeum. 1842 г. т. II, стр. 25). /5/





3.

Жалованная грамота великаго князя Свидригайла кухмистру Петру Мыщицу нa имЂнія въ Кременецкомъ повЂтЂ: село Борщанку, селище Кандитовъ и Дедовскій лЂсъ. 1408 года, февраля 4 дня


Милостю Божою мы великий князь Швидригайлъ Литовскій, Русскій и иныхъ, чинимъ знаменито и даемъ вЂдати симъ нашимъ листомъ каждому доброму, нинешнимъ и потомъ будучимъ, хто нань возритъ или его чтучи услышить, комужъ коли его будеть потребно, ижъ видЂвъ и знаменовъ (sic) службу намъ верную, а нигды неопущеную, нашего верного слуги, пана Петра Мыщица, нашего кухмистра, и мы порадывшися зъ нашими князи и зъ паны, и зъ нашою верною радою, дали есмо ему и записали за его верную службу село въ Кременецкомъ повете, Борщанку, а борокъ и селище Кандитовъ, а лесъ Дедовъ, со всемъ, што къ тымъ селомъ изъ века и зъ давна слушало и тягло, вечно и непорушно ему со всЂми уходы и приходы, зъ приселки и зъ селящи, и зъ нивами, и зъ пашнями, и зъ лесы, и дубровами, и зъ бортными землями, и зъ гаи и зъ пасЂками, и зъ ловы, и зъ ловищи, и зъ бобровыми гоны и зъ зеремяны, и зъ реками, и зъ озеры, и зъ крыницами, и зъ потоки, и зъ ставы, и ставищами, и зъ млины, и зъ мыты, и зъ болоты, и зъ рудами, и такъ што въ тыхъ именЂхъ собЂ примыслитъ и на новомъ корени посадитъ, и со всеми платы, што къ тымъ именемъ слушаетъ и слушало и также слуги, и зъ дубровами, и зъ сеножатами, и со всеми пожитки, можетъ собе полепшивати и разширивати, осадити, и примножати, а даемъ тому предречоному пану Петру, инакъ Мышце, кухмистру вЂчно и непорушно ему, а по немъ и детемъ его, внучатамъ и ближнимъ его и его щадкомъ; вольни по всЂхъ тыхъ именЂхъ кому отдати и продати и променити, панъ Петръ и его ближни, и потомъ будучіи, пакъли бы хто хотЂлъ тыи именя подъ паномъ Петромъ взяти, или подъ его детми и подъ его ближними, тогды первЂе имаетъ пану Петру, инакъ Мышце, дати четыриста копъ широкихъ грошей, а любо детемъ его, а любо ближнимъ его, тогды и маетъ подь ними тыи именя взяти, а панъ Петръ зъ того именя и маетъ служити намъ двема коньми, — а при томъ были сведъки, наша рада: панъ Монвидъ, староста Подольскій и Кременецкій, а панъ Юрша, воевода Кіевскій, а панъ Янъ Войницкій, староста Луц-/6/кій и Олескій, а панъ Юрій, маршалокъ нашъ, а панъ Хохлевскій, а панъ Иванъ Гулевичъ, панъ Кожаринъ, маршалокъ Луцкое земли, а панъ Маско Гулевичъ, а панъ Иванъ Волотовичъ, а панъ Иванъ Чорный, а панъ Иванко МукосЂевичъ; а на потвЂрженіе того нашего жалованья, про лепшую память и твердость, и печать нашу велели есмо привесити къ сему нашему листу. A пъсанъ у Луцку, подъ леты рожества Іисуса Христа, 1408 лета. феврала 4 день, индикта 1.

Приказъ князя Борисова подканцлЂрого, а пана Семашковъ.

Многогрешный, иснаксаръ, писалъ привилій.


(Athenaeum, 1842 г. т. II, стр. 26).






4.

Грамота великаю князя Свидригайла, утверждающая границы имЂнія земянина Брацлавскаго, Карпа Ивановича Микулинскаго. 1431 года, мая 31 дня.


Feria quarta ante festurn nativilatis gloriosissimae virginis Mariae proxima Anno Domini millesimo septingenfesimo decimo quarto.


Ad officium et acta presentia, castrensia, capitanealia, latyczoviensia personaliter veniens generosus Thomas Zalivski, obtulit officio presenti et ad acticandum porrexit literas graniciales seu confirmationem commissotialem, ruthenico idiomate scriptas, ratione limitum inter bona Poczapinske et Miculinske, per serenissimum regem poloniae Vladislaum datas, manuque ejusdem propria et secretarii subscriptas et sigillo in caera rubra in appenso serico rubro insignitas, in personam generosi Karp Ivanovicz Miculinski servientia, de tenore verborum tali. Significamus presentibus literis nostris quorum interest universis et singulis, productas fuisse coram nobis literas infra scriptas ex actis castrensibus, Latyczoviensibus de actu sabbatho post festum Sancti Martini Pontificis proximo, anno Domini millesimo sexcentesimo trigesimo primo authentice emanatas, continentes in se literas privilegii illustrissimi principis Swidrigayło, idiomate Ruthenico scriptas , generoso Karp Iwanowicz Miculinski datas et per nobilern Jacobum Czervielski ad acticandum oblatas; supplicatumque est nobis ut easdem literas aucthorita-/7/te nostra regia aprobare et confirmare dignaremur. Quarum quidem litterarum ea est, quae sequitur series: »Мы, Свыдрыгайло, Великій Князь, чинымо знаменито нынешнымъ и потомъ будучимь веку людемъ, ижъ, прышовшы передъ насъ земянинъ нашъ повету Браславского, Карпъ Ивановичъ Микулинскій, билъ чоломъ, покладалъ передъ нами лыстъ отъ князя Василія Сангушковича, державцы нашого Браславского и дворанъ нашихъ: Тыхона Слупыци, Васила Омелковича, и Семена Юзыповича, што есмо имъ первей сего велилы именя его Мыкулинскіе объихаты, грани положыты и крывду его, што менуетъ одъ земянъ Браславскихъ и бояръ Хмельныцкихъ, розсудыты; ведже оны тое все учинылы, грамоту свою видомя (sic) дали ему; и просилъ насъ, абы есмо ему тое потвердылы; ино мы тую грамоту въ книгу Дьякови нашому упысаты велилы и такъ е напысано: за повелиниемъ велыкого князя Свыдрыгайла, васылый Сангушковичъ, державця Браславскій и мы дворане господарскіе: Тыхонъ Слупыця, Василій Омелковичъ, и Семенъ Юзыповычъ, былысмо у земянина повету Браславского, пана Карпа Ивановыча Мыкулынского, в именю его Почапынцяхъ и покладалъ передъ намы лыстъ господара его мылости, Велыкого Князя Швыдрыгайла, которымъ пышетъ, абысмо крывду его зъ земяны Браславскими и бояры Хмелныцкимы разсудылы. и грани около маетностей его учинылы: ино мы послалы вижа замку Браславского, пана Хацка до земянъ Браславскихъ: пана Максыма Тымковыча, пана Ярмолу, пана Евсея и пана Кмыту; также до бояръ Хмелныцкихъ: пана Васка, пана Кондрата и пана Евсея. абы до насъ прыиехалы и зъ паномъ Карпомъ потокмылыся (sic); ведже оны не хотилы, мовячи; »не поЂдемъ тамъ, бо мы о томъ ведаемъ, але своеи петки земли пылнуемо,« — а ведже мы, по долгу лысту господарского, зъ паномъ Карпомъ чыныты грани поехали, и колы есмо проихалы черезъ лісъ Почапинский до долыни Кобелыка, вгору рички Згару, где насъ панъ Карпъ припроводылъ, указуючи одЂколя грунтъ его починаетъ, ажъ тамъ есмо, при той долыни Кобелыку, засталы бояръ Хмельницкихъ, пана Васка и пана Кондрата, зъ людми ихъ, которые намъ поведалы: же одъ той долыни по правой сторони грунтъ Хмельныцкій, а по левой до Почапынци; тамъ же есмо подле рики Згару конецъ усыпаты велилы и на граби грань вытесаты; а одъ тоеи долыны Кобелыкой на полудень грунтъ Хмелницкій вправо, а до Почапинце влево, пускаючи до головы и верховыны Ровця, где также копецъ усыпалы и грань на лыпи /8/ учиниты велилы. A перешедши верховину Ровця, на другую сторону той верховины, засталисмо пана Максыма Тымковича, который повидилъ, же одъ той верховины на полудень у право грунтъ мой, а влево лисъ Мыховъ — пана Карпова до Почапынець, и тамъ есмо копцовъ два усыпаты велилы, а одъ тыхъ копцовь лисъ Мыховъ пущаючи влево, а пана Максыма вправо, на пулъ мили долыною и стежкою до долыны Бубновыци, а одъ долыны Бубновыци черезъ лисъ стежкою до долыны Лоточное, где также есмо грань на явори вытесали и копецъ учыныты велилы. A отъ долины Лоточной до Крыныци, гдЂ ся починаетъ ричка Ольшанка., тамже копцовъ усыпаты есмо велилы у тоей річки Ольшанки, пры долыни Щербановой; а одъ долыны Щербановой до Сиквы долыны; а одъ Сиквы долыны, до Мыскова горба, и з Мыскова горба до потоку и долыны Бучачной — усе у лево грунтъ до Почапынець, при которой долыни засталысьмы пана Ярмолу зъ людми его, которыи потвердылы, же отъ Бучачной вправо — грунтъ той до Пултовець, а влево — до Почапынець, тамже копцы значныи усыпатисмо велилы; а черезъ тую Бучачную, вниз Ровця, припровадылъ насъ панъ Ярмола до долыны, где указалъ по той сторони тылько грунтъ Почапынскій, гдЂ также копецъ усыпано, а потомъ черезъ ричку Ровець повелъ до урочища Песочное, одътоль до Цецулыны долыны, где есмо засталы людей Салискихъ, которыи поведылы, же в право грунтъ Салискій, а влево до Микулинецъ, а тамъ при той долыни копецъ усыпано одъ Цыцулыны долыны до урочища Тулныковъ; одъ Тулныковъ до могылы, протывко селу Якушинскому, гдЂ засталисмо Пана Евсея зъ людмы его, который намъ поведалъ: же по тую могилу и по ричку Вышню — мой грунтъ Якушински управо, а влево грунтъ Мыкулински; тамъ же одъ той могылы у гору рички Вышни, где пришлисмо и пришедши тамъ где впадаетъ ричка Дидовка и тамъ засталысмо пана Даныла, который поведылъ: же грунтъ мой по правой сторони, а по левой до Мыкулынець тамъ же есмо копецъ усыпалы, грани на лыпи вытесаты велилы; одътоль уверхъ рички Дидовки до гостынця Винницкаго, а гостынцемъ, мымо лозу Мохнатую, у лево, пускаючи черезъ поле до рики Згару, нижей урочища Брычнаго, где впадаетъ ричка Кулыка, где есмо засталы пана Кмыту, который призналъ: же по левой рички Кулыгы грунтъ Мыкулынскій, а по правой мой до Лытына, тамъ же въверхъ Кулыги просто до (ро)гу леса; а одъ леса ажъ до урочища Вирной долыны, где засталысмо /9/ бояръ Хмельныцкихъ: пана Евсея и иныхъ, которыи призналы по тую долыну Вирную грунтъ Мыкулынскій, а за долыною Багрыновскій; тамъ же противъ той долыны, в рици Згару, в озеры Антоновы, для вечистого знаку паль забыты казалы есмо и тую граныцю скончылы, и, штобы ее никто не нарушилъ, заруку на Господара его мылосты чотыриста грывенъ Подольскихъ (sic) заложилы. Пысанъ в Новоселыци, Декабра семынадцятъ день, Индыктъ семый. Которыи то граныци и за рику, также копци и грунтъ Карпа Мыкулинского потверждаемъ; а на твердостъ того печать нашу к сему лысту привеситы есмо велилы. Пысанъ у Вылни, мая двадцать первого дня, индыкта девятого. Вежгайло Діякъ, рука«. Cui suplicationi nos benigne annuentes proinsertas literas in omnibus earum punctis, clausulis, articulis approbari et confirmari duximus; prout approbamus et confirmamus presentibus literis nostris, decernentes, eas vim et robur debitae firmitatis, in quanturn iuris est et usus earum habetur, obtinere debere. In quorum fidem presentes, manu nostra subscriptas, sigillo regni muniri jussimus. Daturn Varsaviae, die XXX mensis Septembris, anno Domini MDCXII, regnorum meorum: Poloniae IX, Sueciae X. Confirmatio comissionis ratione limitum, inter bona Poczapinskie et Mikulinskie. Malthias Cielecki S. R. M. Locus sigilli in appenso cera rubra insigniti. Vladislaus Rex. Post ingrossationem idem generosus offerens originale ad se recepit et de recepto officium presens quietavit.


Книга гродская летичевская, 1714 г. № 5253, стр. 177 на обор.





5.


Грамота великаго князя Свидригайла шляхетнымъ Чоботамъ на имЂніе Рычековъ. 1445 года, марта 3 дня.


Милостію Божіею, мы, князь великій Свидригайло Олькгирдовичъ вызнаваемъ то тымъ нашимъ лыстомъ каждому доброму, комужъ буде его потребизна, нынЂшнимъ и потомъ будущимъ, или его услышитъ кто чтучи (sic): ижъ приказаньемъ кроля Владислава полского и вгорского, сыновца нашего милого, дали есьмо вЂчную очизну въ Огороженой въ Великой, къ королевскому двору, шляхетнымъ Чоботомъ, а также и зъ кролевскимъ приказаньемъ дали есьмо имъ Рычекговъ, за ихъ вЂч-/10/ную очизну, отмЂну шляхетному Феодору Жукови половину Рычекгова, и также шляхетному Ходорови и зъ братомъ его Игнаткомъ другую половину Рычекгова, и то есьмо дали на вЂки вЂчныи и дЂтемъ ихъ, ихъ ближнимъ, по ихъ животЂ, зо всЂмъ правомь и зо всЂми пожитки: зъ поли, и зъ ролями, и зъ луками, и зъ лесы, и зъ лозами, и зъ реками, и зъ потоки, и зъ криницами, и зъ ставы, и зъ млыны, и зъ тыхъ млыновъ вымолотки, зъ ловищи звЂриними, и зъ пташми, и зъ вЂчными границами, штожъ и зъ вЂка къ тому Рычекгову прислухаетъ, то и нынЂ имаетъ слухати. Вольни продати, или за даръ дати, на свое лепшое обернути, а зъ того намъ имаетъ служити, и нашимъ намЂстникомъ двома стрельцами на заволаную войну, якъ останнии земяне служатъ, а на лепшее свЂдоцтво казали есмо печать нашу привесити къ сему нашему листу на потвержденіе; а при томъ были наша вЂрная рада: панъ Немиричъ, староста Луцкій, князь Михайло Чорторійскій, маршалко нашъ, панъ Семашко, панъ Бернатъ маршалко, а иныхъ много добрыхъ при томъ было. Данъ въ Луцку, месеца марта 3 день, подъ леты Христова Рожества 1445 лето.

Приказъ пана Федька канцлерее.


(Athenaeum, 1842 года, т. II, стр. 27).






6.


Духовное завЂщаніе князя Андрея Владиміровича, написанное имъ въ Кіево-печерской лаврЂ, по которому имЂнія его: Словенскъ, Могильное, Коменце, Логожескъ, Лемницы и Полонное, въ случаЂ смерти, переходятъ женЂ и дЂтямъ его. 1446 года, іюня 16,


Во имя Отца и Сына и Святого Духа, се азъ рабъ Божій, князь Андрей Владиміровичъ, пріездилъ есмъ въ Кіевъ, зъ своею женою и зъ своими дЂтками и были есмо въ дому пречистыя и поклонилися есмы пресвятому образу ея и преподобнымъ отцемъ Антонію и Феодосію и прочимъ преподобнымъ и богоноснымъ отцамъ печерскимъ, и благословилися есмы у отца нашего, архимандрита Николы, и у всЂхъ святыхъ старцевъ, и поклонихомся отца своего гробу, князя Владиміра Олгердовича, и дЂдъ своихъ гробомъ въ печере; и размыслихъ на своемъ /11/ серци коло тыхъ гробовъ; а вси тыи жили на семъ свЂтЂ, а пошли вси къ Богу, и помыслилъ есмь помале — и намъ тамо пойти, где отци и братя наша, и подумалъ есмъ зъ своею княгинею и зъ отцемъ своимъ Николою, архимандритомъ печерскимъ, и зь святыми старцы, и зъ своими бояры, и отписалъ есмъ своей женЂ, княгини Маріи, и своимъ дЂтемь, и ее дЂтемъ свою отчину, и свою выслугу, иже есмъ выслужилъ на своихъ господарехъ своею верною службою, на великомъ князи ВитовтЂ, и на великомъ князи ЖикгимунтЂ, и на своемь господарЂ, великомъ князи Казиміре, имЂніе первое; а имярекъ: Словенскъ, Могильное, Каменне, Логожескъ, и Лемницы (sic), Полоное а также што есмь подавалъ именя бояромъ своимъ. А кто всхочетъ женЂ моей и дЂтемъ моимъ служить, и они служатъ зъ тыхъ именій женЂ моей и дЂтемъ моимъ; а хто не всхочетъ женЂ моей и дЂтемъ моимъ служить, и азъ тые именя далъ женЂ своей и дЂтемъ своимъ, а вся тая именя поручи.лъ и далъ есмь женЂ своей, княгинЂ Маріи, и сыну своему, князю Глебови, и дочцЂ своей, княжнЂ Овдотьи; а при томъ былъ отець нашь Никола, архимандрить печерскій, уставникъ, Іона Филозофъ, Клучникъ Давидъ, келаръ Герасимъ, и иныхъ у господи нашее старцевъ много, и наши бояре, и наши маршалки, князь Глебъ Дмитріевичъ, бояринъ нашъ Александръ Самотечинъ, Иванко Давидовичъ, и иные бояре наши и слуги при томъ были; а кто се слово наше порушитъ, а иметъ въ тые именя вступатися, разсудится зъ мною предъ Богомъ, и буде ему клятва отъ Бога Отца и Сына, Святого Духа и одъ пречистыя Владычици нашея Богородицы и присно-дЂвы Маріи, одъ всЂхъ святыхъ ангелъ, и одъ пророкь, и апостолъ, и одъ четырехъ евангелистъ, и одь святыхъ отецъ, иже на седми зборехъ бывшихъ, и одъ всЂхъ мученикъ, и преподобныхъ и богоносныхъ отецъ Антонія и Феодосія печерскихъ, иже есмь то вернЂ выслужиль оть своихъ господарей. A писана въ КіевЂ, въ обители царстЂй, въ печерскомъ монастыри, по святыя Богородицы и преподобныхъ отецъ Антонія и Феодосія, въ лето 6954, іюня 16, на память священномученика Тихона, а писалъ старецъ Пахнутій, Лихачевъ братъ.


Athenaeum, 1842 г. т. II, стр. 32 наоб.


ПримЂчаніе — Упоминаемый въ этомь актЂ князь Владиміръ Ольгердовичъ, отецъ завЂщателя князя Андрея, по словамъ лЂтописи Быховца (стр. 22) по-/12/лучилъ отъ отца своего въ удЂлъ Кіевъ. Владиміръ не хотЂлъ подчиниться могучему великому князю Литовскому Витовту и потому послЂдній двинулся противъ него изъ Подоліи, взялъ Житомиръ и Овручъ. УспЂхи Витовта заставили Владиміра смириться и онъ выЂхалъ къ нему на встрЂчу, но, за сопротивленіе, Кіевъ былъ отнялъ у него и отданъ Скиргайлу, самъ же онъ переведенъ на удЂлъ въ Копыль (Быховецъ, стр. 34). Сынъ Владиміра Ольгердовича Иванъ Белзскій сопровождалъ короля Ягеллу на коронацію въ Краковъ, и послЂ того женился на княжнЂ ВасилисЂ БелухЂ — Ольшанской, старшей сестрЂ жены Ягелла — Софіи (Быхов. стр. 29 и 37). Въ бит†подъ Вилькомиромъ, князь Иванъ Владиміровичь, сражаясь за Свидригайла противъ Сигизмунда Кейстутовича, взятъ былъ въ плЂнъ (Бых. cтр. 47). КромЂ Ивана, у князя Владиміра Ольгердовича были еще сыновья: Андрей Могилевскій *). Сигисмундъ Кейстутовичъ, во время своего княженія, враждуя съ литовскими панами, и разрушая на Лит†дворянское начало, заключилъ Олелька въ тюрьму въ Керновъ, а жену и сыновей его Семена и Михаила въ Утяну (Бых. 48). Они были освобождены изъ своего заключенія литовскими панами уже послЂ убіенія Сигизмунда и возвратились въ свою отчизну въ Копыль (Бых 50). ПослЂ отнятія Кіева у Михаила Сигизмунтовича, князь Олелько, съ сыновьями своими, Семеномъ и Михаиломъ, били челомъ великому князю Казиміру, чтобы онъ отдалъ имъ Кіевъ, какъ отчизну ихъ. Снисходя на просьбу пановъ радь своихъ, Казиміръ отдаль имъ Кіевъ, со всЂми пригородками Кіевскими (Бых. 56). Въ 1454 году Олелько умеръ и Казиміръ не позволилъ уже сыновьянъ его дЂлить Кіевъ между собою, на томъ основаніи, что Кіевъ не можетъ считаться ихь отчизною, по причинЂ побЂга князя Владиміра, отца Олелька, въ Москву. Такимъ образомъ Кіевъ былъ отданъ Семену, а Михайлу предоставленъ Копыль. Вь 1460 году умерла жена Олелька Настасія Витовтовна, въ слЂдующемь 1461 году Казиміръ назначилъ князя Михайла Олельковича намЂстникомъ въ Новгородъ. Въ томъ же году Семенъ Олельковичъ умеръ (4 декабря), а Михайло оставилъ Новгородъ (Бых. 61). У Михайла былъ сынъ Семенъ князь Слуцкій, имя котораго не осталось безслЂднымъ въ исторіи южной Руси. Этотъ Семенъ, въ 1502 году, поразилъ татаръ подъ Бобруйскомъ; но въ томъ же году неожиданно налетЂль съ ордою Битесъ-Гирей, захватилъ Семена въ расплохъ и принудилъ запереться въ СлуцкЂ, окрестности котораго совершенно разориль и опустоши.лъ (Бых. стр. 72, 73). Въ 1503 году князь Семенъ принималь участіе въ пораженіи татаръ литвинами у Поневежа, около р. Припяти, и въ томъ же году онъ скончался, по выраженію лЂтописи, »христолюбивый и благовЂрный« (Бых. 73)



*) И Александръ (Олелько), радоначальникъ князей Олельковичей. /13/






7.


Грамоты короля Казиміра, 1457 года 11 ноября, и великихъ князей литовскихъ: Александра, 1500 года августа 6 дня, и Сигизмунда II, 1545 года декабря 5 дня, служащія князьямъ Любецкимь на имЂніе Любчо и на другія имЂнія, находящіяся въ Волынской землЂ.


Року 1569, мЂсеца февраля 7 дня, в понеделокъ.


Пришодчы и постановившися очевисто в замку Луцкомъ, передомною, Петромъ Хомекомъ, подстаростимъ Луцкимъ, ее милость княгиня Павловая Соколинская, княгиия Ганна Романовна, княжна Друцкая и Любецкая, зъ зятемъ своимъ, его милостью княземъ Львомъ Сангушковичомъ Кошерскимь, а ee милость княгина Ивановая Любецкая, княгина Олена Солтановна Соколского и пани . . . . . . . Миколаевая Харлинская оповедали очевисте, привилеи господарскій покладали на именя свои Любецкое и на иншие именя; и не будучи безпечни от неприятеля головного паганства татаръ, и к тому не маючи местца певного в домехъ и. . . . . . . . . . . перестерегаючи часу пригодливого запаленемъ огня и иншихь пригодъ, што за нещастемъ на люди приходитъ, а хотечи тотъ привилеи господарьскій собе для вшелякихъ пригодъ на местцу певному и безпечному мети, просечи, абы на вряде господарьскомъ обявней вычитанъ и до книгъ кгродскихъ былъ записанъ, который привилей господарьскій такъ ся в собЂ маетъ: »Жикгимонтъ Августъ, Божю милостю королъ полскій, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жемоитский, Мазовецкий и иныхъ. Чинимъ явно симъ нашимъ листомъ, хто на его посмотритъ, або чтучи его услышитъ, нинешнимъ и на потомъ будучимъ, кому будетъ потреба того вЂдати: били намъ челомъ дворене наши: князь Богданъ, князь Дмитрей, князь Иванъ, князь Янушъ Романовичи Любецкие, и поведили передъ нами, ижъ которое имене свое, Любче, въ земли Волынской они мають, инодей оть людей неприятелскихъ поганства татаръ оному именю ихъ частокротъ великая небезпечьность деетъ и которой привиляхъ листы твердость на тое имене свое Любче прислухаючие они въ себе маютъ и кгды ся имъ справы коло того именя ихь Любча и границъ ихъ зъ суседы ихъ обаполными трафяютъ и предъ насъ господаря, або пановъ радъ нашихъ, и въ поветехъ Волынскихь, въ томъ се позываютъ /14/ и розъезды чинятъ, тогды они у воженью тыхь привилевъ своихъ головныхъ черезъ далекость дороги и для небезпечности отъ людей неприятелскихъ и отъ огня великую трудность приймуютъ; и били намъ чоломъ, абыхмо для меншой безпечности и для вшелякихъ пригодь листы тверъдости ихъ, которые они на имене свое, Любче, в земли волынской маютъ и зачимъ его держатъ, казали слово оть слова на листе нашомъ выписати, и на то листъ нашъ имъ дали, который бы они, вместо онихъ головныхъ привилевъ листовъ своихъ, завжды ку обороне в потребахъ своихъ на праве покладали; яко жъ напервей положили передъ нами на тое именя свое, Любче, привилей дЂда нашого Казимера, короля его милости, и листъ бабки своее, паней Феди Oлизаровой Шиловича, и другий листъ короля его милости Казимера, и тежъ особно листы дЂда нашого Александра, короля его милости, въ которыхъ широце есть описано, за которые-дей листы и тепере они тое имене, Любче, на себе держатъ, гдежъ мы оныхъ листовъ, черезъ князей Любецкихь покладанныхъ, оглядавши и выслучавши, и бачичи речь и прозбу ихъ въ томъ быти слушную и казали ихъ слово оть слова все въ сей нашъ листь уписати, который жъ такъ се въ собе маетъ: »Самъ Казимеръ, Божю милостю Король полский, великій князь Литовский, Руский, княжа Пруское, Жомоитский и иныхъ. Чинимъ знаменито симъ нашимъ листомъ каждому доброму, нинешнимъ и на потомъ будучимъ, хто на него посмотритъ, або чтучи его услышитъ, комужь потреба того будетъ ведати: поведила передъ нами старостиная Луцкая, пани Олизаровая Шиловича, пани Федка, штожъ панъ ее, небожчикъ панъ Олизаръ Шиловичъ, староста Луцкій, маршалокъ волынской земли, будучи доброй памети, отходя зъ сего свЂта, даровалъ и далъ и записалъ ей именя свои, на имя Здолбицу зъ приселкомъ з Глинскомъ, а з Куниномъ и з иншими приселки, а Гороховъ с приселки, а Любче тежъ с приселки, прадедину, и дедину, и отчизну свою властную, а такъ то справилъ, ижъ она волна по своемъ животе тыи именя отдати тому, кому хочетъ, и обернути ихъ подлугъ своей воли; и вразумивши то пани Олизаровайа, штожъ мы слугу нашого, пана ее, пана Олизара, мели во чти и в ласце нашой и тежъ на наше пожадане, з воли своее доброе а не жадного принуженя, волне даровала насъ, и дала, и записала тыи два именя у Волыню по своемъ животе, на имя Здовбицу и с приселъки, а другое имене Гороховъ и с приселки и с платы и зо всими пожитки, яко жъ то намъ оправила листомъ своимъ вЂчно и непоручно /15/ на веки, и далей била намъ чоломъ и жедала нась, абыхмо ей дали и призволили имене Любчо — пана ее прадедину, и дедину, и отчизну, — по ее животе отдати и записати прирожонымъ своимъ, комубы она хотела; ино мы тое позволили, тое имене Любчо по своимъ животе волна она отдати и записати прирожонымъ своимъ, кому бы хотела, вечно на веки, и тежъ волна обернуты то подлугь своей воли; такожъ з нашей ласки пожаловали есмы и отпустили с того именя — зъ Любча воловщизну нашу на веки вечные; а на твердость тыхъ речей казали есмо печать нашу привесити к сему нашому листу; а при томъ были: маршалокъ нашь, наместникъ Слонимскій, панъ Солтанъ Александровичъ, а подскарбей нашъ Ивашко Литаворъ Богдановъ сынъ Хребтовича, а писаръ нашъ Ивашко Гацковичъ, владыка. Писанъ въ Луцку, въ лето шестьтисячное девятсотъ девяносто пятое, мЂсяца ноября первогонадцать дня, индиктъ 6. Во имя Святыя Тройцы станся Божя воля. Спривилемъ господаря короля Казимера Полскаго, князя великаго Литовского и иныхъ, се я, пани Федка пани Оршина, дочка пана Олизара Шиловича, маршалка волынскои земли, старосты Луцкого, жона, чиню знакомито симъ моимъ листомъ каждому доброму, нине и потомъ будучимъ, будучи есмо въ добромъ здоровіи, чоломъ есми била господарю, великому королю его милости Казимиру, ажебы его милость допустилъ мене ко именямъ моимъ, што мой господарь, панъ Олизаръ, записалъ мне отчизны свои именя у моемъ веку, на имя — Ходенъ, а Любчо, въ Луцкомъ повЂтЂ, — а такъ ми записалъ у вотчизну вечно и непорушно, волна есмы тые именя продати, и заменяти, и ближнимъ своимъ дати и по дугаи своей къ церкви Божее придати, какъ хотечи, такъ ихъ ку потреби мне своей привернути, ино господарь, король его милость, подле запису пана моего у тыхъ именяхъ мене не порушилъ; и я, еще будучи въ добромъ здоровю, погадавши собе и видечи сестренца своего, князя Богдана Василевича, службу и пилность до себе, дала есмы ему по своемъ животЂ имене у вотчизну, на имя Любчо, вечно и непорушно со всимъ съ тымъ, што в тому именю зъ века прислухаетъ, ничого не выймуючи, такъ какъ и господаръ мой, панъ Олизаръ, зо мною посполите держалъ с приселки: з Доросынемъ, а з Суткою и Залесцами, а з сказанымъ островомъ и з ыншими приселки, зъ реками, ставы и ставищи, со млыны и озерами, з ловы, ловищи, з бобровыми гоны и соколими гнездами, з лесы, зъ дубравами, съ полми и сеножатми, и з грани, (которыи идутъ) посередъ Мухотолокъ, рекою Лютицею до мосту /16/ к великому гостинцу, великимъ гостинцемъ до Печатного броду по Трестянку, по Чортовъ Ставокъ, Трыстянкою, ажъ до Ситного болота къ Иваницкой границы, а по Короватую, а по Топорище, по Стохотъ, Стохотомъ, по Чонши, отъ Сокора половицею реки, менуючоися Свидинки, ажъ до Велицкого ставу, по гребли до Соколское дороги, Соколскою дорогою ажъ у Мухотолоки такъ широко и долго, якъ панъ со мною посполите держалъ; а сестренецъ мой, князь Богданъ, маетъ отъ господара моего (sic) пана Олизарову душу и мою душу поминати, и родителей нашихъ; а воленъ онъ в томъ именю продати, и заменяти, и ближнему своему дати, и по души своей к церкви Божее придати, какъ хотечи, такъ его ку потребизне своей повернути; а не надобе въ тое именее никому уступатися, ни брату моему родному, ни дотце моей, ни внучатамъ моимъ, ани ближнимъ моимъ; а при томъ была дочка моя, княгиня Маря Семеновая Ровенская, а панъ Богъданъ Гостскій Сенковичъ, ключникъ Луцкій, потчаший короля его милости; панъ Федко Аврамовичъ, дворенинъ короля его милости, панъ Сенко Плесчинъ, панъ Петро Олехновичъ, маршалокъ пана Петра Яновича, маршалка волынское земли, старосты луцкого, панъ Петрушко Мушетичъ, панъ Еско Еловичъ, панъ Шимко Ганусовичъ, панъ Бартошъ Юшковичъ, A надъ тое свидецство про липшую справедливость и твердость и печать есми свою привисила к сему моему листу. Писанъ у Ровномъ, въ лето шестьтисечное девятьсотъ девеносто шестое, месяца июля семыйнадцать день, индиктъ шостый. Самъ король Казимеръ, Божю милостю, король полский, великий князь литовъский, руский, княжа пруское, жомоицкий и иныхъ. Билъ намъ чоломъ князь Богданъ Василевичъ, а поведилъ намъ, што тетка его, пани Олизаровая Шиловича, пани Федка, записала ему имене свое, на име Любчо, которожъ ей небожчикъ панъ ее далъ и записалъ, а потомъ и мы ей тое имене ей дозволили отдати и продати и листъ нашъ есмо ей (дали) съ привисистою печатю, и просилъ насъ, абыхмо ему (дозволили) то мети; ино, коли она ему тое имене дала и записала ему тое имене, дозволяемъ мети, зъ совсимъ, (подлугъ) запису и данины ее, што ктому именю........ она сама мела, а намъ нехай с того (именя служить); а на твердость того и печать нашу господарскую казали привесити къ сему нашому листу. Писанъ у Новомъ месте, сентебря третего дня, индикта семого. Самъ Александръ, Божю милостю, великий князь литовский, руский, жомоитский и иныхъ. Чинимъ знаменито симъ нашимъ листомъ, хто на него посмотритъ, /17/ або чтучи его услышитъ, кому жъ того потреба будетъ ведати: билъ намъ чоломъ князь Романъ Василевичъ и поведилъ передъ нами, штожъ староста луцкий, маршалокъ волынское земли, небожчикъ панъ Олизаръ Шиловичъ, записалъ паней своей, а его тетце, паней Феди, имене свое отчизное, на имя Любчо, и отецъ нашъ, король его милость, то и привилемъ своимъ ей подтвердилъ, ижъ она волна тое имене Любчо отдати, и продати и ближнему своему записати; и она тое имене Любчо дала, записала сестренцу своему, князю Богдану Василевичу, брату его; и отецъ нашъ, король его милость, на то князю Богдану и листъ свой далъ, и тыи онъ листы вси, привиля отца нашого, короля его милости, што паней Олизаровой дозволилъ записати и записъ ее, што она записала брату его князю Богдану и другимъ, листъ отца нашого, короля его милости, на то передъ нами вказывалъ и поведилъ передъ нами: штожъ того его брата, князя Богдана, у животе вжо нестало, и билъ намъ чоломъ, абыхмо, по близкости брата его ктому именю Любчу, его допустили; ино мы то, на его чоломъбите, учинили зъ ласки нашой — тое имене Любчо, по близкости брата его, дали есмо ему зо всимъ стымъ, што здавна к тому именю прислухаетъ и потвержаемъ то симъ нашимъ листомъ вечно и непорушно ему самому, и его жоне, и ихъ детемъ, и на потомъ будучимъ ихъ счадкомъ; воленъ онъ то отдати, и продати, и заменити, и ближнему своему записати, и ко всему лепшому и вжиточному обернути, какъ самъ налепей розумеючи; а на твердость того и печать нашу казали есмо привесити к сему нашому листу. Писанъ у Боболцохъ, въ лето семътисечное осмое, месяца августа шостого дня, индикта третего. И што се тычетъ тыхъ привилевъ, передъ нами положоныхъ и на семъ листе нашомъ господарскомъ уписаныхъ, мы во всемъ ихъ, чого они за тыми листы (домовялися), при моцы на вечные часы зоставуемъ, на то княземъ Любецкимъ сей нашъ листъ даемъ и, где бы колвекъ тотъ теперешний листъ нашъ пришолъ и былъ отъ князей Любецкихъ и потомъковъ ихъ ку обороне ихъ вказанъ у праве передъ нами господаремъ, або паны радами нашими и старостами поветовыми волынскими, и во всякихъ справахъ и коло розъездовъ и границъ того именъя ихъ Любча, и где колвекъ на иньшихъ местцахъ, — тогды маетъ тому листу нашому во всемъ местцо а вера быти дана, такъ якобы и тои листы головныи, которыи въ семъ нашомъ листе вписаны, положоны были; а на твердость того и печать нашу казали есмо привесити к сему нашому листу. Писанъ у Вилни, /18/ под леты Божого нароженья тысеча петьсотъ чотырдесять пятого, месяца декабря пятого дня, индикта четвертого дня, подпись властное руки господарское. Валериянъ деяконъ Велинскій, писаръ. A такъ я тое оповедане ихъ милости и тотъ привилей его ихъ милости слово отъ слова, с початку ажъ до конца, в книги кгродские записаты казалъ, съ которыхъ я выпись его милость, князь Левъ Александровичъ Санкгушковичъ Кошерскій, подъ моею печатю собе взялъ.


(Книга гродская Луцкая, поточная, 1569 года, № 2043, стр. 81).






8.


Грамота великаго князя Александра Свидригайла князю Михаилу Васильевичу (Вишневецкому?) на имЂнія въ Луцкомъ повЂтЂ. 1458 года, декабря 29.


Z miłosierdzia Bożego, My, xiąże Alexander, inaczey Szwytrygayło Olgerdowicz, czyniemy znamienito i do wiadomości podaiemy tym naszym listem każdemu dobremu, teraznieyszym i na potym będącym, kiedykolwiek tego potrzeba będzie, kto na niego spóyrzy, czyli czytaiąc go usłyszy, iż to My, widząc znamienitą usługę nam nigdy niechybioną wiernego naszego xiążęcia . Michała Wasylewicza, i My, naradziwszy się z naszemi xiążęty i pany, i z wiernym naszym zgromadzeniem, daierny i daliśmy jemu maiętność w Łuckim powiecie, w Żukowie — wieś Aliszowa na rzece na Studle, a do tego Żerewiane na Rudce Alisowy na Studlezy, a Suchowisy dworzysko wierzch Radochonki, a manastyr swiętego Mikołaja na Klewaniu nad Stud-łcm-że i z cerkiewnym zborzyszczem, y z Pieskaczowskicb Aharakowiec na rzece na Połonny yz wszystkiemi pożytki i opłatami, iako z dawna y od wieku do tych wsiow należało i należy y do tego monastyra — y z polami, y z pastwiskami, y z gajami, y z dąbrawami, y zwierżami, y z barciami, ziemiami, y z daninami, y liesami, y z pasiekami, y z łowami, łowiszczami, y z wrembem, y z sianożęcmi, y z błotami, y z krynicami, y z rudami, y z potokami wodnemi, y z młynami, y z rzekami, y z jeziorami, y stawami, y stawiszczami, y z mytami, y z bobrowemi łowami, y zwierzennemi, iakoż to y z dawna okryślono i ograniczono A daliśmy naprzod rzeczonemu Xiążęciu Michałowi Wasyliewiczowi wyżey wyrażone wsie wiecznie /19/ y nienarusznie, jemu samemu — Xiążęciu Michałowi, y jego dzieciom, i jego bliżnim, y jego potomkom; a wolno mu y oddać, y przedać, y zamieniać, kiedy zechce, y podlug upodobania oddać; a może sobie w tych maiętnos'ciach polepszać, y rozszerzyć, y na nowym korzeniu sadzić. A przytym byli: władyka Łucki — Iefrimen, a Xiąże Iwan Wasylewicz, a Xąże Iwan Czetwertiński, a pan Kozaryn Rusanowicz, a pan Niemira Rożanowicz, starosta Łucki, a Xiąże Ołexandro Sonkuszkowicz, a pan Pietraszko Miłoski, marszałek ziemski, a pan Chwedko Chomiński, y inni. A dla lepszey wiadomości i stwierdzenia y pieczęć naszą kazaliśmy przywiesić ku temu naszemu listu. Pisań ten list w Łucku, decembra 29 dnia, indycta 10, roku od narodzenia Jesusa Chrystusa 1458-go. Pieczęć wisząca na rozkaz pana Chwedka Krayczego.

Translationem hanc oryginalem, in lingua ruthena exarcitam, sigillo pendenti antiquo provisam, in toto conformem esse testor. Datum Leopoli, dic 2 martii, 1798.



(L. S.) Andreas Angeltowicz, juris u. doctor. Advocatus Galic: Orient: in civi: lib: ac militaris juris canon, in lingua ruth: professor, diaecesanus examinator, ac C. R. Gubernalis in ling. russ. juratus translator.


Сообщено В. Антоновичемъ.






9.

Жалованная грамота князя Семена Александровича слугЂ своему ІереміЂ Шашку на различныя имЂнія. 1459 года, іюня 12.


Мы, князь Семенъ Александровичъ великого князства своего Киевскаго, ознаймуемо симъ листомъ нашимъ, хто бы на него посмотрити, либо чтучи его слухати будетъ хотЂвъ, кому бы тое вЂдати потреба, ижъ мы дей, змиловавшися надъ слугою нашимъ, урожонымъ Еремиею Шашкомъ, которой намъ великіе услуги свое и коштомъ немалымъ отдаеть, про то, нагорожаючи ему самому, жонЂ и потомству его, при всюи отчизнЂ и дидизнЂ его земляной и при всЂхъ городищахъ /20/ и урочищахъ его зоставую и симъ листомъ моимъ надаю, которыхъ продкове его отъ продковъ моихъ спокойне держали и оныхъ заживали. Городища, селища и урочища з рЂками и рЂчками и зъ ихъ прилеглостями, кождое до себе широкость маючие: городище Тимоловъ изъ лЂсомъ Гнилецкимь, Томиловомъ, ПеченЂжцомъ, Ключовомъ, Бугаевомъ и иншими лесами и лесками и землями своею широкостю, какъ се они маютъ. Городище изъ самъ (sic) Драгушовскими и зо всею землею надъ рекою Русавою, по обохъ сторонахъ тое реки земля лежачая, какъ его продкове въ широкости и долгости з дубровами, сеножатми и речками малими, в Русаву впадаючими. И какъ тая Русава сама в собе рЂкою идетъ и в ДнЂстръ впадаетъ, съ тоею рЂкою Русавою и широкостю земляною; такъ же городища надъ рекою Кусницею изъ головою Кусницы и Кусничкою, зо всЂми ихъ полями, сеножатми, дубровами и ихъ приналежностю. До того, инъшіе городища и урочища надъ рЂчкою Каменицею и отъ верховины ее, которая впадаетъ въ ДнЂстръ, з обудвухъ сторонъ тое рЂчки Каменицы землю держати маетъ по самую Сухую Каменицю, съ подойминами такъ того мЂсце по рЂчку Рашковку, которая в ДнЂстръ впадаеть, и з оними городищами, и ихъ широкостю и долгостю земляною, и изь стЂнъками и ярами, долинами, по надъ Нестромъ и въ поляхъ будучими, — зо всЂмъ тымъ, какъ продкове его держанья и уживаня свои мЂли, повинность и службу предкомъ нашимъ отдавали и намъ отдаютъ. При чомъ всЂмъ, его самого, жону, дети и на потомъ будучіе исчадки его при томъ всЂмъ зоставую, имЂти хочу, какъ продкове его заживали, што бы и унъ тое отчизны и дидизъни свое заживалъ и по немъ счадки его. Ha што и листъ нашъ с притисъненьемъ и завишеньемъ печати дали есмо. Писанъ на Прилуце, за Днепромъ, іюнь 12 день, в лЂто 6967.


Сообщено В. Антоновичемъ.


Объ упоминаемомъ въ настоящемъ актЂ князЂ СеменЂ АлександровичЂ см. примЂчаніе къ акту № 6. /21/






10.

Грамота великаго князя Александра Звягольскому намЂстнику, Яцку МЂзю, на крестьянское семейство въ г. ОвручЂ. 1496 года, апрЂля 11.


Самъ Александръ, Божою милостью великій князь Литовскій, Русскій, Жомоитскій и иныхъ.


НамЂстнику Вруцкому, князю Григорью Глинскому, и инымъ намЂстникомъ нашимъ, хто потомъ будетъ отъ насъ Вручей держати. Билъ намъ чоломъ намЂстникъ Звягольскій, Яцко Мезь, а просилъ в насъ во Вруцкомъ повЂте человика, на имя Лазорка, изъ его сынми, и зъ братаничи его, а повЂдалъ намъ, штожъ дей съ нихъ одна служба, а дани они дають двадцать ведеръ меду и четыри вЂдра, а померного два гроши и подымщина, а служба дей ихъ — тое три дни сена косятъ, а три дни жита жнуть и иныи службы служать; ино мы того человика, Лазорка Мошкевича, изъ его сынми и зъ его братаничи дали ему изъ данью и со всими ихъ землями спашными, и зъ бортными, со всимъ потому, что здавна тыи люди держали. Писанъ в Меречи, априль 11 день, индиктъ 14.


(М. П.)


Сообщено В. Антоновичемъ.














Попередня     Головна     Наступна


Етимологія та історія української мови:

Датчанин:   В основі української назви датчани лежить долучення староукраїнської книжності до європейського контексту, до грецькомовної і латинськомовної науки. Саме із західних джерел прийшла -т- основи. І коли наші сучасники вживають назв датський, датчанин, то, навіть не здогадуючись, ступають по слідах, прокладених півтисячоліття тому предками, які перебували у великій європейській культурній спільноті. . . . )



Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть ціле слово мишкою та натисніть Ctrl+Enter.