Опитування про фонему Е на сайті Ізборник  


[Грамоты великих князей литовских с 1390 по 1569 год / Под ред. В. Антоновича и К. Козловского. — К., 1868. — С. 113-149.]

Попередня     Головна     Наступна





51.

Грамота Сигизмунда-Августа, утверждающая привилегію, данную епископомъ Луцкимъ и Острожскимъ, Маркомъ Журавлицкимъ, боярину Григорію Сестршану, по которой отдается ему за службу во владЂніе церковное село ТочивЂки. 1568 года, января 22 дня.


Zygmónt trzeci etc.

Oznajmuiem tym Listem naszym komu to wiedzieć należy; pokładał przed nami . . . . . . Żądał od nas dworzanin nasz urodzony Mikolay Fronckiewicz-Radzymińsky, starosta Wasilisky, abyśmy z metrik Cancellarii naszey W. X. L. vidimusem wydać rozkazali sprawę w tym liście niżey opisaną, która w ten nasz list, nazwany vidimus, słowo w słowo wpisaćeśmy kazali i tak się w sobie ma:

»Zygmunt-August, Bożą miłością król Polsky, wielki xiąże Litewski, Ruski, Pruski, Żomoidsky, Mazowiecky, Inflancky, y innych. Oznaymuiem tym listem naszym ninieyszym y na potym będącym: bił nam czołem bojarzyn episkopstwa Łuckiego i Ostrogskiego, Hryhory Siestrzan, y powiedział przed nami, iż bywszy episkop Łucky i Ostrożsky Josif, za służby iego, które on w sprawach y w niemałych potrzebach cerkiewnych episkopu Łuckiey y Ostrożskiey, imieniczko nazwane Toczywieki, z dworcem, z ludźmi, z stawy, z młyny, z lasy i ze wszystkimi grunty, płaty, dochody y pożytki iako się to imianiczko samo w sobie ma, w granicach y obychodziech swoich niczego na sobie nie zostawując; a potem y terażnieyszy episkop Łucky Ostrożsky, Marko Żorawnicky, widząc iego także być czło-/114/wieka godnego y potrzebnego w każdych sprawach cerkiewnych, wedle daniny przodka swojego, episkopa Jozefa, przy tem ymieniezku Toczywiekach jego zostawiwszy, na to iemu list swóy dali, który list przed nami pokładał, biiąc czołem, abysmo my, hospodar, zwierchności naszey hospodarskiey, iako podawca one iemu dali, na list iemu stwierdzili naszym listem na wieczność, który list ieśmo, oglądawszy, kazaliśmo słowo od słowa w ten nasz list wypisać y tak się w sobie ma:

»Miłością Bożą y przeczystey jego macierzy y Świętego apostoła ewanielista, Chrystozoma Joanna Bohosłowa, my, Marko, episkop Łucki y Ostrożsky, czynim iawno tym naszym listem niniesznim y na potem będącym, komu będzie tego wiedzieć potrzeba okazywała, iż z łaski Bożey y hospodarskiey będąc nam obdarzonym miejscem tym stolicą Episkopii Łuckiey y Ostrożskiey ieszcze narzeczonym Episkopem, pokładał przed nami list, daninę przodka naszego episkopa Łuckiego y Ostrożskiego, nieboszczyka Józefa z podpisem własney ręki iego, bojarzyn nasz cerkiewny, Hrehory Siestrzan, któremum dał y opatrznie udziałał za służby iego y nakłady, które on od niemałego czasu czynił, ieżdżąc do dworu hospodarskiego y dowodząc praw w krzywdach y doległościach cerkiewnych, przyjmując trudności y nakłady nie małe, w tem iemu nagrodę y opatrzenie czyniąc y rozumieiąc y naprzód iego być potrzebnym y godnym sługą Cerkwie Bożey, dał iemu imienie cerkiewne pod Ostrogiem, Toczywicki, które leż izdawna bojarze dzierżywali i służbu Cerkwi Bożey z niego służyli, i bił nam czołem, abyśmo iego przy tym imieniu Toczywiekach, wedle daniny i listu przodka naszego, nieboszczyka Józefa, zostawili y z tego jego nie ruszyli; a tak my onego listu daniny przodka naszego oglądawszy y dostatecznie z niego wyrozumiawsy, wziowszy s tego wiadomość, iż on w posługach Cerkwi Bożej do dworu hospodarskiego trudności y nakłady nic małe przyjmował, a naiwięcey też y ia rozumiejąc jego być potrzebnym y pożytecznym sługą Cerkwie Bożey, ni w czym nie naruszając daniny przodka naszego, nieboszczyka Józefa, a wiedząc, iż też z dawnych czasów te imienie cerkiewne bojarze dzierżywali, na czołembicie iego tośmy uczynili y przy tym imieniu Toczywiekach według daniny przodka naszego zostawili; a tak teraz, gdy nas prosił y bił nam czołem, abychmo iemu na to imienie Toczywieki list nasz pod pieczęcią stolicy naszey episkopskiey dali y to iemu potwierdzili, gdzie będąc nam w tym mieście episkopskim czas niemały, bacząc ochotne y pilne służby iego ku sobie y Cerkwi Bożey, y za proźbą y czołem biciem iego, tośmy udziełali i tym listem naszym to imienie Toczywieki iemu daiem i potwierdzamy, — ma on sam, żona, dzieci /115/ y potomki iego, to imienie z ludźmi y ich robotami, y podaczkami, y z ziemiami naszymi, y z dąbrowami, a lesy, zaroslami, y z pasiekami, y sianożęćmi, z stawy, które w siele Toczywiekach, y ze wszystkim, a wszystkim, tak iako się to imienie Toczywieki z dawnych czasów w sobie y granicach y obchodziech y pożytkach swoich ma, potem iako y pierwsze boiarze przód te imienie Toczywifki y używali iednego młyna na rzece Lubuci, który Siestrzan dzierżał, ma na nas do imienia naszego Tuszczy dzierżan być. A on wolen będzie w tym imieniu Toczywiekach dwór sobie zbudować y wszystkie pożytki, według woli y zdania swego, iako chcąc ku swemu dobremu y pożytecznemu przywłaszczać y iego dzierżeć wiecznie y używać, a z tego służbę bojarską, iako pirsze boiarze szlachta cerkwi Bożey służą, y on ma nam y potomkom naszym ku cerkwi Bożey służyć; a my sami y potym będący Episkopi Łuckie i Ostrogskie z ludzi iego żadnjch płatów y wołowszczyzn na siebie brać, y iego samego, żony, dzieci y potomki iego niektórymi przyczynami z tego imienia Toczywieków, y oni sami y niektóre krzywdy y przekazy iemu w tym imieniu czynić nie maią y natośmy dali temu boiarzynu naszem i Sestrzanu, żonie y potomkom iego, ten nasz list pod pieczęcią y s podpisem ręki mey. Pisan w Zorawnikach. Roku pańskiego 1567, miesiąca Januaria 12 dnia. — I gdyż imienia kościelne, iako własność nasza hospodarska, w podaniu i szafowaniu naszym iest; my z zwierzchności naszey łaskawey na to pozwoliwszy, przy tym imieniu Toczywiekach, wedle daniny episkopów Łuckich, iego zostawili, y tym listem naszym zoslawuiem y utwierdzamy to na wieczne czasy ma Hrehory Sestrzan sam y iego żona, dzieci y potomkowie ich one imieniczko w episkopii Łuckiey i Ostrożskiey Toczywieki, z dworem, z ludźmi, stawy, z lesy i ze wszystkimi grunty, płaty, y dochody, y pożytki, y ze wszystkiem, iako się imieniczko samo w sobie w szyrokości gruntu, w granicach y obychodziech swoich ma, dzierżeć y używać wieczno y na wieki nieporuszno, będąc wolny w tym imieniu Toczywiekach przybawić, rozszyrzać y wszelakie pożytki jakiekolwiek imienie nazwane abo mianowane być maią, przymnażać y przyczyniać, sprawując y zachowując się we wszystkim po temu według listu teraźnicyszego episkopa Łuckiego Marka Żorawnickiego, na to imieniczko danego, y s tego imieniezka Toczywiek będzie powinien on y potomki iego episkopii teraźnieyszev Łuckicy y Ostrożskiey y potym będącym episkopom Łuckim y Ostrożskim ku episkopii Łuckiey służyć y podarek y płata niiakiego z tego imieniczka on sam y potomki iego dawać maią. A na twierdost tego ten nasz list ręką naszą hospodarską podpisawszy y pieczęć naszą k niemu /116/ przywiesić ieśmo kazali. Pisan w Wołożynie. Roku 1568, miesiąca Januaria 22 dnia.

Podpis ręki Hospodarskiey. Michayło Haraburda, pisarz. — Którey sprawy ten nasz list nazwany vidimus, pod pieczęcią naszą wielka W. X. L. dworzaninu naszemu urodzonemu Michałowi Fronckiewicza Radzymińskiemu staroście Wasiliskiemu wydan iest. Pisan w Wołożynie na Sejmie Walnym. Roku panskiego 1605, miesiąca marca 2 dnia. U tego vidimusa pieczęć hospodarska W. X. L, a podpis ręki — Lew Sapieha. Cancell. W. X. L. Jan Duksza. A tak my k prozbie, іако słuszney, łaskawie się przichilaiąc, listy wysze pomienione, iako się w sobie maja, kazawszy do xiąg Cancellarii naszey przyiąć y wpisać; a na większą twardość do tego listu naszego pieczęć koronną przycisnąć ieśmy kazali. Pisan w Warszawie, roku 1619, miesiąca Marca 2 dnia. Panowania naszego polskiego 32, a świedzkiego 26 roku. Stanisław Żołkiewskius Regni poloniae Cancellarii, Sprawa Jaśnie wielmożnego JS. M. pana Stanisława Żołkiewskiego kanclerza i hetmana naywyższego koronnego. Floryan Oleszko, woyski Włodzimirski, sekretarz y pisarz jego królewskiej mości.


Pieczęć

Wielka Coronna.



Сообщено B. Антоновичемъ.






52.

Уступка протоіереемъ овруцкой церкви св. Василія Великаго, Григоріемъ Василевскимъ, урочища Трыстеницкого въ потомственное владЂніе крестьянамъ села МухоЂдъ, Даниловичамъ, подъ условіемъ отдачи ежегодной дани въ пользу церкви по 10 ведеръ меду. 1568, марта 9.


Року тисеча шестъсотъ деветдесіятъ семого, месаца окътобрия двадцатъ второго дня. /117/

На уряде кгродскомъ, в замку его королевъское мылости Овъруцъкомъ, передо мною, Даныелемъ Левъковскимъ, намесником на тот час подстароства и реентом кгродским Овъруцъкимъ и книгамы нинешьнимы кгродскими Овъруцькими comparens personaliter prze wielebny w Bogu jego mość ociec Semion Komar, protopopa Owrucki, ten zapis, od Jakowa, Hrynia, Kalenika y Kondrata Daniłowiczow, poddanych Muchoiedowskich, przy pieczęciach dwoch przycisnionych, wielebnemu w Bogu jego mości oycu Hrehoremu Wasylewskiemu, protopopie Owruckiemu, ratione intro contentorum dany y służący, dla zapisania do xiąg ninipyszych grodzkich Owruckich per oblalam podał, prosząc mnie, urzędu, aby ten zapis do xiąg ninieyszych wpisany był, a tak ja, urząd, ex munere officii mei, pomieniony zapis ad acticandum przymuiąc, z początku aż do koncz czytać przed sobą kazałem, ktorego iest russkim pismem tenor takowy: »Я Яковъ весполъ з братиею моею: Грынемь, а Каленыкомъ, а Кондратомъ Даныловычы, подданные ее милости панее Ивановое Служъчиное, Пани Богъданы, Мухоедовъские, сознавамы и явъно чынымъ тымъ лыстомъ нашымъ, кому буде потреба того вЂдаты, такъ теперешнымъ, яко и на потомъ будучымъ, ижъ которая земля звечыстая, никому ничымъ непенная, храму святого Велыкого Васыля Овруцского, на имя Трыстеницкая, островъ Обрубный, ино мы братя вышейреченая всЂ сполечне били есмо чоломъ отцу Грыгорю Васылевъскому, протопопе Овруцъкому, абы его мылость той островъ нам вес далъ на даныны десеты ведрехъ меду пресного мЂры Овруцское на вЂчностъ; ино его милост то на наше чоломбытъе вчыныл и той остров вышепысаный намь вес на даныны десеты ведрехъ меду мЂры Овруцское далъ, маем его мылосты, отцу Грыгорю, або потомком его в кождый год с того острова вышемененого дани давати десет вЂдер меду пресного, доброго, мЂры Овруцское; а если быхмо его мылости не мЂли той даны десеты вЂдеръ меду сполняти, або гранъ земли сказити, або иншее знамя в тот остров Церъковъный вносити и якую колъвекъ шкоду земли вчынити, тогды повинни будемъ за то отцу Грыгорю, або потомку его, ведле права посполитого и статуту земского, всю шкоду платити, а вины се милости паней своей двадъцат копъ грошей маемъ заплатити, а отцу Грыгорию, або потомку его, вины десетъ копъ грошей маемъ заплатити, а потомъ отецъ Грыгорей, або потомокъ его, воленъ будет тот островъ вышереченый Святого Васыля от нас отнявъши, кому хотя дати, а его мылост то шкодыти. /118/ не будет, а для лепъшого сведомя и болшее твердосты сего нашего лысту о прыложене печатей били есмо чоломъ ихъ мылости: пану Богуфалу Мыхайловычу Павши, писару земскому, бирчому господарскому повЂту Киевъского, а пану Ивану Грыгоревичу Шысце Ставецскому; ихъ мылостей за прозбою нашею то вчинили и печати свои прыложити рачылы. Пысанъ ув Овъручомъ, под лето Божего нароженя тисеча пятъсотъ шестьдесятъ осмого, месяца марта девятого дня; у того запысу печатей две .... прытысненые«. Который-же то запыс за поданем и прозбою вышъмянованое особы подаваючое, а за моим урядовымъ прынятемъ, до кныгъ нынешныхъ естъ упысаный.


Книга Овручская гродская, 16971699 г. 3319, листъ 61, на обор.






53.

Грамота Сигизмунда-Августа, освобождающая дворянина Ивана Борзобогатого-Красенского отъ отвЂтственности за неисполненіе военной повинности, такъ какъ онъ во время похода занятъ былъ господарскою службою. 1568, АпрЂля 25.


Року 1569, месяца ноября 23 дня.

Пришедши на врядъ его королевской милости, до мене, Яроша Паликиевскаго, воротного замкового, в тотъ часъ будучого на местцу пана Петра Хомяка, подстаростего Луцкого, панъ Иванъ Борзобогатовичъ Красенский, мостовничий Луцкий, покладалъ передо мною листъ его кролевской милости, подъ печатю и с подписью властное руки его милости господарьское, и тежъ с подписанемъ руки писара его кролевское милости, пана Матиса Савицкого, писаный до его милости пана Василя Петровича Загоровского, а до пана Кирдея Мнишинского, и просилъ панъ Иванъ Борзобогатый, абы тотъ листъ его кролевское милости вычитанъ и в книги кгродские былъ записанъ, который листъ такъ ся в собе маетъ: »Жикгимонтъ-Августъ, Божю милостю король Полский, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Ифлянский и иныхъ, городничому володимерскому, Василю Загоровскому, дворенину нашому Ивану Кирдею Мнишинскому, што есте /119/ отправлены до поветовъ Луцкого и Кремянецкого на увязоване в ыйменя князские, панские, шляхетские и земянские, которыхъ, водле повинности своее шляхетское, уфалы сойму городенского, на сей часъ войны не служили; ино ижъ мостовничий Луцкий, дворенинъ нашъ Иванъ Борзобогатовичъ Красенский, который будучи презъ лето и зиму на послузе нашой, выправуючи розную спижу з Волыни до обозу нашого и до Борисова, не былъ спешонъ войны служити зъ именей, который онъ жоны своее Ганны и сестры ее Марьи Семашковне, тежъ сестры своее Ганны Боговитиновое в держаню и въ опеце маетъ и чотыри дей кони ку службе з нихъ ставити повиненъ; для чого приказуемъ вамъ, ижъ бы есте именямъ тымъ, которыхъ онъ войну служити и чотыри кони ставити повиненъ былъ, дали покой и увязованя жадного не чинили, бо онъ, будучи на таковой послузе нашой земской, не могъ и не повиненъ был войны служити и таковыхъ четырохъ коней, с повинности свое шляхетское, ку службе военной ставити, и будете ли ся увязали, вы бы за се ему . . . . . . . . . . . . чинили, яко бы онъ в той мери безъ вины и причины шкоды не терпелъ. Писанъ у Кнышине, лета Божого нароженя тысеча пятьсотъ шестьдесять осмого, месяца априля двадцять пятого дня. Подпись руки его кролевское милости, и тежъ писара его милости господарьского пана Матыса Савицкого«. A такъ я, за прозбою пана Ивана Борзобогатого Красенского тотъ листъ его кролевское милости с початъку ажъ до конца в книги кгродские записати казалъ.


Книга гродская, Луцкая, поточная, 1569 года, 2043, стр. 561.






54.

Увяжчій листъ, выданный Сигизмундомъ-Августомъ князю Богушу Федоровичу Корецкому, старостЂ Луцкому, Брацлавскому и Винницкому, въ имЂнія Серадскаго воеводы, Ольбрыхта Ласкаго и жены его, княжны Беаты Острожской. Король присудилъ ихъ имЂнія князю Корецкому за сумму 47,407 копъ грошей, которые Ласкіе должны были, вслЂдствіе королевскаго приговора, уплатить ему въ удовлетвореніе за 35 наЂздовъ и грабежей, произведенныхъ ими въ имЂніяхъ Корецкаго. 1568 года, іюля 10.


ЛЂта Божого нароженя 1568, августа 2 дня. /120/

Присылалъ на врядъ его кролевское милости замку Луцкого, до мене, Петра Хомяка, подстаростего Луцкого, вельможный панъ его милость, князь Богушъ Федоровичъ Корецкий, староста Луцкий, Браславский и ВЂницкий, з листомъ господарскимъ увяжчимъ, которого его милость одержалъ з дворениномъ его милости господарсъкимъ, паномъ Иваномъ Семеновичомъ, съ канцлереи его кролевское милости до вельможного пана его милости пана Олбрыхта Лаского, воеводы Сирадского, и до малжонки его милости панее Бияты съ Костелца, княгини Острозское, на сумму пенязей, на увязане до права во ймемъя ихъ милости, черезъ вырокъ его королевское милости, князю старосте его милости, на сойме Виленскомъ, валномъ, указаную, даный, просячи, абы тотъ листъ его кролевское милости на вряде былъ вычитанъ и в книги кгродские для певнейшого хованъя уписанъ, который листъ господарский такся въ собе маетъ:

»Жикгимонтъ-Августъ, Божю милостю король Полский, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Ифлянский и иныхъ. Воеводе Сирадскому, пану Олбрыхту Ласкому и малжонце его, паней Бияте съ Костелца княгинЂ Острозской, што первей сего, въ року минувшомъ, тисеча пятьсотъ шестдесятъ шостомъ, будучи намъ господару у Вилни, на сойме великомъ, валномъ . . . . . . . . . . . . . . . . . . съ панами радами нашими ихъ милостю, жаловалъ намъ староста Луцкий, Браславский и ВЂницкий, князь Богушъ Федоровичъ Корецкий, за чотырма мандаты нашими, водлугъ уфалы сойму великого, валного, Виленского, минулого, в року шестдесятъ третемъ съ канцеляреи нашое выданными, о томъ, штожъ дей, будучи ему за росказанемъ нашимъ господарскимъ въ року прошломъ шестдесятъ четвертомъ, службе нашой и земской военной часъ немалый, дошла до его тая ведомость отъ врядниковъ его з Волыня, ижъ дей вы, невЂдомо для которое причины в ономъ року, шестдесятъ четвертомъ, месяца сентебря девятого дня, наславши моцно кгвалтомъ на власные именья и кгрунты его, то есть на Криловъ и на Черницу, боярина своего Острозского, Федора Вербовецкого, зъ многими слугами, бояры и подданными своими Острозскими, Клепачовскими, и к тому дей есте росказали дать помочь отъ врядниковое Березъдовское, Сокоровое, всЂхъ Берездовцовъ, которыхъ дей было околко сотъ чоловековъ, з бронями, з гаковницами, з ручницами, з сагайдаки, з луки, з рогатинами и з ыншимъ оружемъ, и в онже часъ тотъ Вербовецкий с тыми верху /121/ писаными помочниками своими, по трикротъ наежаючы на тые именя его верхуписаные, первый дей разъ в томъ року минуломъ, шестдесятъ четвертомъ, месяца сентебра девятого дня, в суботу, на властные дей кгрунты и на именя его, то есть на Криловъ и на Черницу, — збожя, въ оныхъ поляхъ стоячые, колко тысячъ копъ жита и ярины его властного и подданныхъ его . . . . . . . одно побрали, другое попалили; а потомъ де, того месяца сентебра третего и четвертого дня, тотъ же дей бояринъ вашъ, Вербовецкій, з многими слугами, бояры и подданными вашими Острозскими и Берездовскими, наехавши моцно, кгвалтомъ — на власные кгрунты тыхъ вышепомененныхъ — Крылова и Черницы и к тому дей иншихъ селъ его: на Киликиевское, Богдановское и на Печибодское, перешедчи чрезь границу военную, которую дей онъ от ыменей вашихъ Клепачовъ и Снытокъ и Плоское, волости Острозское, почавши оть границы Русивлское пановъ Чапличовъ, черезъ певный дей знакъ кграни, ажъ до руды Полское, которая впадаетъ в рЂчку Жеревъ, подданныхъ дей его тыхъ верхуписанныхъ селъ о колко тисячъ возъ сЂна одно побрати, а иное попалили, — а подданныхь дей его познаходивши, самихъ побили и поранили; кони, з возы, з сокиры, з нихъ сермяги, шапки, кожухи, поясы с калитами и з мошнами, в которыхъ дей в тотчасъ пенязи были, побрали; а потомъ дей тогожъ року прошлого, шестдесять четвертого, месяца ноябра первогонадцать дня, наславши дей вы врядника своего Берездовскаго, Томаша Подоского, з многими слугами, бояры и подданными своими Березъдовскими и Полонскими, в зброяхъ, з бронями, яко на одного неприятеля, моцно, кгвалтомъ на властный кгрунтъ его Корецкий . . . . . . в селе Правотине, рудныковъ дей жида Ратненского, ЖилмЂновыхъ, о колко десять чоловековъ побили и поранили; з самыхъ сукни, сермяги, кожухи, поясы с калитами и с пенязьми готовыми, и иншие многие речи, што при нихъ были, и сокиры . . . . . . . . . . . . . . . . a многіе речи на тотъ часъ въ них были . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . тогожъ мЂсяца ноябра шостогонадцать дня, наславши того-ж врядника своего Берездовского, Подоского, з многими слугами, бояры и подданными своими Острозскими и Берездовскими моцно, кгвалтомъ, также на властный дей кгрунтъ — се що Горбиковский, Жолобовский, Правотинский, Горицкий и Бабинский, перешедчи дей через границу звечистую, почовши отъ Гаврикова ставу, на реце Царели, отъ шляху великого Киевского, ажъ до реки /122/ Сетчи, который делит кгрунтъ его отъ именей вашихъ Брозъдовскихъ и Хлыпатскихъ, сена дей властные бояръ и подданныхъ его тыхъ вышеймененныхъ селъ, презъ колко тисечъ возовъ — одно побрали, а другое огнемъ попалили; людей, которыхъ дей на онъ часъ при тыхъ селахъ находили, позбивали и помордовали; кони, з возы, и зъ самыхъ сермяги, кожухи, поясы с калитами, и пенязьми готовыми и иншие многие речи, што колвекъ на тотъ часъ при собЂ мЂли, то все побрали; и ктому дей вы, на томъ мало маючи, наславши врядника своего Берездовского, Томаша Подоского, а боярина вашого Острозского, Ивана Сокуру, з ыншими многими, слугами, бояры и поддаными вашими, волости Острозское и Берездовское, которые дей вжо в року минуломъ, шестдесятъ пятомъ, месяца февраля девятого дня, наехавши моцно, кгвалтомъ, на именъе его Печыбоды, подданныхъ его шести человековъ на ймя: Опанаса отамана, Гурина, Устина, Ивана, Игнатца а Хурса побили и поранили и праве за вмерлыхъ полишили, а чотырохъ чоловековъ на ймя: Дмитра, Тимофея, Ивана а Моисея поймали и з собою повели и всю маетность ихъ, што в нихъ в домахъ было, то все побрали; а отътоль дей едучи, на дубро†чотиры стоги жита, в которыхъ было по шестдесятъ копъ, огнемъ спалили; и въ тотъ же дей часъ в селЂ его, Киликиевскомъ, шестнадцатеры бчолы з дерева бартного подрали, а дерева попалили, — и в тотъ же дей часъ, поткавши чотырохъ подданныхъ его Киликиевскихъ, наймя: Мирона, Дениса а Олизара, которые ехали до волости Жеславское збожя куповати, а четвертый дей чоловикъ, на ймя Трохимъ, ехалъ з жоною и съ детятемъ своимъ до волости до Жеславское, посполъ с тыми-жъ людми до приятелей своихь, тыхъ, дей они, перенемши на доброволной дорозе, якъ самыхъ, такъ и тую невЂсту, которая з ними ехала, побила и помордовали; и зо всего, што колвекъ при нихъ было, поотбирали, и праве за вмерлыхъ полишити, олижъ де ихъ другие поде, едучы по нихъ дорогою, нашли ихъ мало не померлыхъ, а тое де детя того подданого его Трохима на смерть замордовано; и к тому дей еще, на томъ мало маючи, въ тотъ же де часъ, тотъ жо врядникъ Березъдовский. Подоский, перенемши на доброволной дорозе подданныхъ его Корецкихъ, на ймя: Марка, Андрея а Лукъяна зъ ихъ товарышми, едучихъ с Коломыи зъ солю двадцатъ чотыри возы с конъми, з возы и зо всимъ тымъ, што колвекъ при нихъ было, побрали, а самыхъ збивши, змордовавши, и зо всего, што при нихъ было, отобравши, такъ-ще за мерлыхъ полишили, и многие, /123/ a незносные кривды в тотъ часъ тымъ подданнымъ его поделали. За другимъ мандатомъ жаловалъ князь староста о томъ, што-жъ дей вы, подъ часомъ заказаня на службу нашу господарскую и земскую военную, року прошлого шестъдесятъ пятого, месяца мая десятого дня наславши бояръ своихъ Острозскихъ: Федора Вербовецкого а Ивана Сокора, з иншими многими слугами, бояры и подданными своими моцно, кгвалтомъ на имене его Крыловъ, на властный кгрунтъ его, на поляхъ плуговъ двадцатъ семъ, з возы и железами побрали, другие плуги порубали, а подданые его, которые на тотъ часъ при тыхъ плугахъ были, о колко десять человековъ побили и поранили, кони з возы, с хомутами, з самыхъ сермяги, шапки, поясы с калитами и с пенязьми готовыми, к тому сокиры и иншие многие речы, што колвекъ на тотъ часъ при нихъ было, то дей все побрали; а потомъ дей тогожъ месяца мая семогонадцатъ дня тыхъ же бояръ своихъ острозскихъ Хведора Вербовецкого а Ивана Сокора з ыншими слугами, врядниками, бояры и подданными вашими Острозскими и Берездовскими, наславши дей вы, моцно, кгвалтомъ, на властивый кгрунтъ именя его Русивлского, на поли воловъ три плуги, одны с плугами и з железами побрали, а иншие плуги порубали, а подданыхъ дей его тамошънихъ, Русивлскихъ, которые при тыхъ плугахъ были, иныхъ многихъ находячы на поляхъ, побили и поранили, и што дей колвекъ на тотъ часъ при нихъ было — кони з возы, сокиры, а зъ самыхъ сермяги, шапки, поясы с калитами и с пенязми готовыми такъжо побрали. Надъ то дей того-жъ месяца мая двадцать девятого дня, наславши врядниковъ своихъ — Острозского Франца Круша а Берездовского Томаша Подоского а Юрья Зарубу, и к тому з ыными многими врядниками, слугами, бояры и поддаными вашими Острозскими и Берездовскими, обычаемъ военънымъ, а праве неприятелскимъ, маючи з собою колко сотъ человековъ, зъ сагайдаками, з ручницами, з рогатинами и з ыншими многими а розьмаитыми бронями, моцно, кгвалтомъ, на именъя его Корецкие, то есть на Зусивлю, на Осташовку, на Саножинь, и на Криловъ, бояръ и подданыхь его тыхъ вышемененыхъ селъ жонъ и детей ихъ побили и поранили, а в домехъ ихъ ворота и въ клете двери повыбивали, всю маетъность ихъ, то есть: сукни, сермяги, кожухи, шапки, сорочки, полотна, пенязи готовые, мяса старые, масла. сыры и иншие многие речи з домовъ ихъ, также и на поляхъ кони, волы, коровы, овцы, козы, свиньи и всякое быдло с чередами оныхъ, впередречоныхъ селъ подданныхъ его побрали, /124/ имъ многие а незъносные дей кривды и шкоды на тоть часъ тымъ подданымъ его починили: а потомъ дей тогожъ месяца мая тридцать первого для, наславши дей вы врядника своего Берездовского, Томаша Подоского, а боярь Острозскихъ — Хведора Вербовецкого а Ивана Сокуру а многими слугами, бояры и поддаными своими не зъброяхъ, яко на одного неприятеля, моцно, кгвалтомъ, на властивые именя его волости Корецкое, на Селичовъ, на Горицю и на Чернокалы, людей подданыхъ его тыхъ вышемененыхъ селъ его жонъ и детей ихъ побили и поранили, а в домехъ ихъ, в некоторыхъ — ворота и в клетей двери поодбивавши, маетность ихъ, то естъ: сукни, сермяги, кожухи, пенязи готовые, сорочки, полотна и иншие многие речы, а на поли кони и быдло с чередами, в Чоряокалахъ, побрали и многие дей кривды и шкоды тымъ подданымъ его на тотъ чась, в побранью маетности, поделали; к тому дей тогожъ року прошлого шестдесятъ пятого месяца июля другого дня, такъ-же дей, наславши вы бояръ своихъ Острозскихъ, — Хведора Веръбовецкого, а Ивана Сокора з ыншими бояры и поддаными своими Берездовскими, моцно, кгвалтомъ, на властный кгрунтъ его волости Корецкое — Крыловский, Киликиевский и Русивлский, людей подданыхъ его тыхъ верхумененныхъ селъ на поляхъ и на дубровахъ находячы, одныхъ людеи и жонъ ихъ побили и поранити, а другихъ многихъ, поймавши и позъбивавши, зъ собою у везенъе повели, а маетности ихъ: кони з возы; зъ самыхъ сермяги, шапки, сорочки, сокиры, поясы с калитами и с пенязми готовыми побрали. Еще дей тогожъ месяца июля пятого дня, наславши дей вы врядника своего Берездовского, Томаша Подоского, а бояръ Острозскихъ, тогожъ Федора Вербовецкого и Ивана Сокора, з ыншими многими слугами, бояры и поддаными своими Острозскими и Берездовскими, моцно, кгвалтомъ, по другий разъ, натыежъ именъя его властные Корецкие — на Селичово, на Куты и на Горицу, людей и подданыхъ его, жонъ и детей побили и поранили, а другихь пятнадцати чоловековъ, поймавши и позбивавши, у везенъе зъ собою повели, а въ домехъ ихь ворота и въ клете двери поотбивавши, а на поли кони и быдло с чередами, в тыхъ вышемененыхъ селехъ его Селичове а в Горицы, заняли, а особливе дей кони служебниковъ его, которые дей в тыхъ жо селехъ его — в Селичове и в Кутахъ, на власномъ кгрунъте его пасены были, всихъ сто двадцать и пять коней, тыежъ дей врядники, слуги, бояре и подъданые ваши взяли, и то все, посполъ с конми и счередами, которые в подданыхъ его в тыхъ /125/ же селехъ побрали. И к тому жъ оными жъ дей конми служебниковъ его, такжо и быдломъ подданыхъ его, которые тотъ врядникъ и бояре ваши заняли, проводячи ихъ до замку вашого, Берездова, збожъя о колко сотъ копъ, на поляхъ лежачого, на властномъ кгрунте его жита и яринъ потоптали. Потомъ дей тогожъ месяца июля семого дня, в суботу, врядникъ вашъ Берездовский, Томашъ Подоский, а бояре ваши Острозские: Федоръ Вербовецкий а Иванъ Сокоръ, з многими помочниками своими, перенявши мещанъ его Корецкихъ сорокъ человековъ, которые с Коломыи зъ солъю ехали, на доброволной дорозе близко замку вашого Березъдовского, тыхъ всихъ людей сорока человековъ побили и поранили, возы с конъми, и з солью, и зо всема речами, што у возехъ было, а з нихъ сукни, сермяги, гроши готовые побрали, а самыхъ, повезавши, до замку вашого Берездовского приведши, у в окрутное везенье посадили; а того жъ дей дня отаманъ вашъ Сусмецкий, на ймя Юрко, с помочниками своими, такь жо перенявши пахоля его, на ймя Остафъя Мокренского, на доброволной дорозе в селе Сусмецкомъ, который дей ехаль в потребахъ его самого зъ староствъ его, з Бряславля и з Веницы, безъвинъне збили и, поймавши, до врядника вашого Берездовского, до Подоского, привели, и такъ же у в окрутное везенъе осадили, и гроши, што при немъ были, до него посланые, коня зъ седломъ и иньшие многие речы въ него побрали; потомъ дей тогожъ месяца июля осмого дня, наславши дей есте врядниковъ своихъ: Острозского, Франца Круша, а Берездовского, Томаша Подоского, а бояръ Острозскихъ: Федора Вербовецкого а Ивана Сокора, з ыншими многими слугами, бояры и поддаными своими Острозскими и Берездовскими, на домъ служебника его, Бориса Совы, на Селичовъ, самого дей того служебника его, Бориса Сову, збили, зранили и змордоваля, слугъ и челядь его такъ же дей побили и поранили, и шкоды дей немалые оному служебнику его в побраню маетности его поделали; за тымъ дей на завтріе, в понеделокъ, тогожъ месяца июля девятого дня, наславши дей вы справцу своего, Юря Зарубу, и тыхь же врядниковъ своихъ: Острозского, Франца Круша, а Берездовского, Томаша Подоского, и оныхъ бояръ своихъ Острозскихъ: Федора Вербовецкого а Ивана Сокура, и иныхъ многихъ слугъ, боярь и подданыхъ своихъ Острозскихъ и Березъдовскихъ о колко сотъ коней, моцно, кгвалтомъ, на йменъе его Куты, служебниковъ его, которые дей въ ономъ селе его мужали для постереганя правъды, подданыхъ его, одныхъ тамжо побили /126/ и поранили, а которые дей, видячи, ижъ ся не могутъ имъ в томъ селЂ оборонить, и оборонъною рукою до другого именъя его, до Печибодъ, входили, они дей, и за тыми гонячи, на тое другое именъе его, на Печибоды, также моцно, кгвалтомь, з немалымъ войскомъ . . . . . . . . . . . . . . . и якъ оныхъ слугъ, которые дей, передъ ними входячи, до того именъя его пришли, также бояръ и подданыхъ его, мешкаючихъ въ томъ селе Печибодехъ, самихь побили и поранили, ажъ дей некоторые з нихъ ледве водою отплыли, а иншие повтекали, а маетность дей, як оныхъ служебниковъ его, которые на тотъ часъ при нихъ были, и которыхъ, в оном селе его, в Кутахъ, входечи перед ними, . . . . . . . . . селе, такъ тежъ бояръ и подданыхъ Печибодскихъ маетности, з домовъ ихъ, а на поле быдло, побрали и многие а незъносные кривды тымъ слугамъ и подданымъ его поделали; и к тому дей тыежъ бояре ваши: Хведоръ Вербовецкий а Иванъ Сокоръ, тогожъ месяца июля двадъцать шостого дня, в понеделокъ, вночы, собравшися з многими слугами и помочниками своими, и тежъ с поддаными вашими Острозскими, подехавши, моцно, кгвалтомъ, подъ место его Корецкое, двохъ неволниковъ его Татаръ, пойманцовъ, на ймя: Ахмата а Шабана, а швачку малжонки его, татарку, на ймя Татяну, и з нею челяди Московское пятеро, которые при тойже швацце для науки оставлены были, выпроводили и на возехъ своихъ до замку Острозского отвезли, которая дей швачка Taтяна, маючи ключи отъ кнегини малжонки его до всякого схованъя, не маю речей, то есть: шатъ, перел, клейнотовъ, грошей; покрала и зъ собою побрала; якожъ дей князь Корецкий до приятеля вашого, который отъ васъ тамъ у в Острозе на тоть часъ былъ, до пана Юря Зарубы, о то жалуючы и права просячи, посылалъ, онъ дей, якъ права дать, такъ и тыхъ неволниковъ его выдать не хотелъ. За третимъ мандатомъ жаловалъ князь староста о томъ, штожъ дей, вжо выехавши ему на службу нашу господаръскую и земъскую военную з ыменей его до Ракова, в року минуломъ шестдесятъ пятомъ, и будучи ему вжо в дорозе, дошла его ведомость одъ врядниковъ его з Волыня, ижъ дей вы, неведомо для которое причины, наславши бояръ своихъ Острозскихъ: Хведора Вербовецкого а Ивана Сокора, з многими поддаными вашими Острозскими и Берездовскими, моцно, кгвалтомъ, на властный кгрунтъ именъя его Крыловского, вночЂ, сена кошеного в копахъ, подданыхъ его Крыловскихъ: Степана Тишевича, Данила Протасовича а Грица Рожка, сто двадцать два возы спалили, а потомъ дей въ томъ же року /127/ шестдесятъ пятомъ, месяца августа третего дня, такжо в небытности его, наславши дей есте тыхъ жо бояръ вашихъ Острозскихъ: Хведора Вербовецкаго, а Ивана Сокора, с поддаными вашими Острозскими, повторе моцно, кгвалтомъ, на властный кгрунтъ того жъ именя его Крылова, сеножати его дворные на триста и на тридцать возъ покосили и сено побрати казали; ктому дей, в томъ же року и тогожъ месяца августа девятого дня, в четьверъгъ, наславши дей есте тыхъ жо бояръ вашихъ Федора Вербовецкого а Ивана Сокора третий разъ моцно, кгвалтомъ, на властный кгрунтъ именъя его Черницкое, на сеножати подданого его Черницкого Хведора Воробъя и трехь сыновь его: Ивана, Дмитра а Якова, збили, изранили и четверо коней взяли, а з самыхъ сермяги, шапки, поясы с калитами и с пенязми готовыми побрали и многие кривды и шкоды ему самому и подданымъ его, в покошенъю сенъ, в побраню маетностей ихъ, подЂлали; за четвертымъ мандатомъ жаловалъ князь староста о томъ, штожъ дей вжо по тыхъ всихъ першихъ кривдахъ и кгвалтехъ, боехъ, грабежахъ и наежчкахъ ему отъ васъ самыхъ, врядниковъ и слугъ, бояръ вашихъ поделаныхъ, вышей в семъ листе нашомъ описаныхъ, будучи дей ему . . . . . . . . у Вилни при насъ, господари, на сойме валномъ, всимъ землямъ нынешнего панства нашого великого князства Литовского зложономъ, в року прошломъ шестдесятъ пятомъ, месяца ноября первого дня, наславши дей ecтe бояръ своихъ Острозскихъ: Федора Вербовецкого а Ивана Сокора з ыншими многими слугами, бояры и поддаными вашими, а помочниками ихъ, кгвалтомъ на именъе его Киликиевъ, которые дей, наехавши на тое именъе его, подданыхъ Каликиевъскихъ нашедчы на гребли Киликиевской, побили и поранили и чотырохъ чоловековъ, на ймя: Зенца, Ивашка, Василя, а Бориса, поймавши и позбивавши, зъ собою повели, а кони, быдла остатокъ, што вжо небожята люде, после первшихъ кгвалтехъ были здобыли, то все побрали, а потомъ дей у тымъ дне, тогожъ месяца ноября десятого дня, наславши дей есте другого боярина своего Острозского, Федора Колоденъского, такъжо з многими слугами, бояры и поддаными вашими, моцно, кгвалтомъ на именъе его Русивль, на домъ боярина его, Ивана Лозицкого, — самого того боярина Лозицкого збили, змордовали, а сына его Грицка изранили и шкоды не малые в тотъ часъ, в побраню остатку маетности, ему самому и подданнымъ его поделали; которыхъ жо дей кривдъ и шкодъ зо всими тыми кгвалтовными посылками вашими от тыхъ всихъ /128/ верху писаныхъ бояръ, слугъ и людей вашихъ в ыйменъяхъ, селехъ и на кгрунтехъ его первопомененыхъ, ему самому, слугамъ, боярамъ и подданымъ его поделаныхъ, князь староста реестръ меновите написаный передъ нами, оказовалъ. И на онъ часъ, по вычитаню мандату, поведалъ князь Корецкий, же за тыми мандаты принялъ былъ рокъ вашъ передъ нами, ку росправе з нимъ стати за трема мандаты месяца декабря семогонадцать дня, в году минуломь шестдесятъ пятомъ, a за четвертымъ тогожъ месяца декабря двадцать четвертого дня; на которые то обадва роки князь староста передъ нами оповеданъе и пилность ку праву чинилъ, и по рокахъ, черезъ немалый часъ будучи, онъ зде у Вилни, на соймЂ, при насъ, господари, частокротне прозъбами своими о учиненъе ему з вами в тыхъ речахъ справедливости усиловалъ; нижли передъ инъшими болшими и важнейшими справами нашими и земскими, не будучи дей намъ доспешнымъ тое речи ваши слухати и судовне отправовати, за прикладанъемъ и помынанъемъ по колко кротъ роковъ, стягнулася тая справа ваша ажъ до дня месяца генваря осмого, в году минуломъ, шестдесятъ шостомъ, гдеж, будучи намъ на суде с паны радами нашими ихъ милостю, по вчиненю жалобы черезъ князя Корецкого за оными мандатами, веръху описаными, отъ твоей милости пане Лаский служебъникъ твой, Якубъ Кресинский, менячися быть умоцованымъ твоимъ, справы противъ князя Корецкого домовялся, абы князь староста первей того довель, если тебе тыми мандаты позвалъ, а князь Корецкий не хотелъ того мовенъа его y права приймовати, абы первей Кресинский моцъ отъ обудвухъ васъ в той речи показалъ. Кресинский положилъ листъ вмоцованый одного твоей милости, пане воеводо, с печатю и с подписъю руки твоее властное, который былъ вычитанъ передъ нами и слово отъ слова такъ ся в собе метъ: я, Лаский Олбрыхтъ, воевода Сирацкий, вызнаваю тымъ моимъ листомъ, ижъ што воевода Киевский, маршалокъ Волынское земли, староста Володимерский, князь Костентинъ Костентиновичъ Острозский, позвалъ мене и малжонку мою паню Беяту с Костелца Княжну Острозскую мандатомъ его кролевское милости о насланъе кгвалтовное подчасомъ военнымъ на имене Славенское и о шкоды в томъ именю поделаные, которое собе на мандате от неякого Павла Итщолды быти менилъ; особливе тежъ, што староста Луцкий, Бряславский и ВЂницкий, князь Богушъ Хведоровичъ Корецкий позвалъ мене и малжонку мою мандаты двЂма о кгвалтовные наезды, бои, грабежи и о попаленъя сЂна, /129/ которые собЂ отъ земянъ моихъ Острозскихъ: Федора Вербовецкого, а Ивана Сокора быти менилъ; яко тая вся справа ширей и достаточней на тыхъ мандатехъ есть доложона, где ся, отьежаючи на пилные а важные потребы его кролевское милости и корунъные, имъ за тыми мандаты на року собЂ назначономъ стати и в отказе быти не могу, про то в томъ отъеханю своемъ, давши зуполную моцъ служебнику моему, Якубу Кресинскому, на томь року, за тыми мандаты припаломъ, на зъбите тыхъ мандатовъ причинами слушными и у права передъ его королевскою милостю а ихъ милостю паны радами, которого тымъ мандатомъ в томь, яко и во всихъ справахъ моихъ, передъ его королевскою милостю припалыхъ, на томъ соймЂ теперешнемъ и по розъеханъю соймовомъ моцно чиню, вирючи и змоцаючи ему вся поступки правные тые зыски и страты во всихъ потребахъ моихъ справовати. И на то есмь ему далъ сей мой листъ подъ моею печатю и с подписомъ властное руки моее. Писанъ у Вилни, лета Божого нароженя тисеча пятъсотъ шестдесять пятого, месяца декабря пятогонадцать дня. Князь, староста Луцкій, выслухавши того листу умоцованого и заховавши впередъ всЂ причины правные к тому листу умоцованому мовити, на онъ часъ тую толко одну причину, розумеючи ее быти головнейшою, поведилъ, ижъ в томъ листе поручономъ твоемъ, пане Лаский, не дана дей была Кресинскому моцъ ку отказу и розправе з нимъ судовной о самые речи, о што онъ васъ позвалъ, але дей толко дана ему моцъ ку збиваню мандатовъ, зыскъ и страту в томъ поручаючи, к тому повЂдилъ князь староста, ижъ онъ тыми мандаты позвалъ твою милость, пане Лаский, и малжонку твою, пани Беяту с Костелца, княгиню Острозскую, а моць тая была дана толко от самого тебе, пане воеводо, и не до правного мовенъя, одно до збиванья мандатовъ, и докладалъ того, же дей тые именъя не такь много суть твое, пане Лаский, хотяжъ в держаню ахь есте-сь, яко твоя, пани воеводиная; и с тыхъ дей причинъ онъ Крестинского за моцного ку мовеню правному в той спра†приймовати не могъ, и домовлялся, абы Кресинскій моцъ отъ самое . твоей милости, пани Лаская, если бы мЂлъ, оказалъ. Кресинскій повЂдилъ, ижъ ему моцъ отъ тебе не есть потребно покладати, а жебы досыть мело ему быти ку праву моцы самого твоей милости, пане воеводо, тыми причинами то выводячи, ижъ ты, пане Лаский, на мандатехъ в головахъ чрезь князя старосту описанъ и обжалованъ естесь, и в тому, будучи малжонкомъ, головою старшого, яко самую малжонку /130/ свою, такъ и именя ее въ моцы, опеце и обороне своей маешъ, и яко бысь ты мелъ быти о именъя ее самъ одинъ, кромь ее порученя чинити, и в прага мовити; князь староста поведилъ: ачъколвекъ онъ на мандатахъ в головахъ самого тебе, пане воеводо, яко старшого, а молжонка княгини Острозское описалъ, але тые именъя, с которыхъ ся ему тые кгвалты, кривды в забиранъю кгрунтовъ и инъшихъ шкодахъ стали, суть самое тобе, пани Лаская, и для того потребовалъ видети моцы самое твоее милости. Кресинский, попераючи першое повести своее, ижъ волно тобЂ, пане Лаский, самому, яко головЂ, именья малжонки своее правомъ чинити, докладалъ и того, же дей ты, пани Лаская, ему, малжонъку своему, вси именъя свои записала и в моцъ поступила. Князь Корецкий поведилъ, ижъ онъ о тыхъ записахъ ни чого не ведаетъ; Кресинский припущалъ то памети нашой господарьской, яко бы ся то з ведомьстю нашою дЂяти мало быти, же пани Лаская, будучи въ ПетриковЂ, на СоймЂ, пану Ласкому, малжонъку своему, вси именъя свои записала, где жъ за тымъ пытати есьмо казали Кресинского, естлибы то на писме мелъ, ку праву оказалъ, же ты, пани Лаская, малонку своему именъя свои записала, — не показалъ и ничимъ того ведле права не довель; гдежъ мы, обмовившися о томъ с паны радами нашими ихъ милостю, нашли то, абы Кресинский моць отъ самое тебе, пани Лаская, указалъ; нижли Кресинский и моцы жадное не положилъ, а такъ мы. господаръ, на онъ часъ того мовенья ихъ з обу сторонъ достаточне выслухавши а оглядавши, ктому листовъ вызнаныхъ дворенъ нашихъ: Григоря Кацевича а Миколая Войдена, черезъ князя Корецкого передъ нами покладаныхъ, съ печатью и с подписомъ рукъ ихъ властныхъ, которые дворене наши тебе, пане Лаский, тыми мандаты нашими оть князя Корецкого позывали, гдежъ созване оныхъ дворянъ нашихъ на тыхъ листехъ ихъ посведчило и оказало то, же ты, пане Лаский, очевисто черезъ нихъ тыми мандаты естесь позванъ, а на листе одного з нихъ, Воденевомъ, и того доложоно, же ся твоя милость обецалъ передъ нами стати и во всемъ ся князю старосте усправедливити, а около року, за тыми мандаты зложоного, згодилося сознане ихъ с повестю князя старостиною, верхучиненою, и повторе, обмовивши мы около того зъ ихъ милостю паны радами нашими, а видечи то, кгдыжь князь староста Луцкий позвалъ 6ылъ тыми манъдаты нашими обеЂхъ васъ сполне, зъвлаща о кгвалты, утиски, и кривды поделаные з именей самое твоей милости, пани воеводиная, /131/ в забранъю кгрунтовъ его и починенъю инъшихъ шкодъ, а служебникъ милости твоей, пане воеводо, передречоный Якубъ Кресинский, толко отъ одного твоей милости моцъ положилъ и то одно ку збыванЂ мандатовъ а не ку судовной справе отъ самое тебе, пани воеводиная, моцы жадной не показалъ ани тежъ того ничимъ ся з стороны твоей, пане Лаский, подпиралъ, жебы. малжонка твоя мела тобЂ именя свои записати тутъ, у суду нашого, за пытанъем нашимъ не довелъ и тыхъ записовъ не показалъ, а за мандатомъ, ижъ рокъ кождый есть певный, яко завитый, кгдыжъ таковые мандаты уфалены были на сойме валномъ для прудкое сараведливости людское; с тыхъ причинъ знашли есьмо то вырокомъ нашимъ, же князь староста Луцкий за тыми чотырма мандаты нашими в онъ часъ року противъ васъ обудвухъ усталъ и за таковымъ непослушенствомъ и нестанемъ вашимъ ку праву, заховываючи мы князя старосту Луцкого в томъ водлугъ обычаю права посполитого, статуту земского, сказали есмо вырокомь нашимъ господарскимъ кгрунты тые, и мандатехъ и вышей в семъ нашимъ листе менованые, описаные, князю старосте Луцкому в держане до права, а за кгвалты головщину, навезки и шкоды, при тыхъ кгвалтовныхъ наездахъ поделаные, свазали есмо на васъ, также до права суму пенязей водле реестру, черезъ князя Корецкого положоного, который, з росказаня нашого, для певности тое речи впередь, запечатань есть печатю нашою господарскою и рукою писара нашого подписанъ, казавши тое все с канцлереи нашое ошацовати, подле статуту з навезкою некоторые шацункомъ, в статуте описаномъ, а чого в статуте не описано, то ведле повести под даныхъ его, яко ихъ што коштовало, водлугъ которого реестру учинило таковую суму пенязей: за тридцать пять кгвалтовъ — за каждый кгвалтъ водлугъ статугу по дванадцати рублевъ грошей, чинитъ семсотъ копь грошей, а за одну головщину чоловека тяглого . . . . . . a навязки слугъ, бояръ, шлячтичовъ, слугь путныхъ, отамановъ, рикуней, будниковъ, бортниковъ, невестъ, людей тяглыхъ, кладучи каждую навязку водлугъ статута, чинитъ тисячу сто пятнадцать копъ грошей за каждый при тыхъ кгвалтовныхь наездахъ и боехъ, поделаные, чинитъ двадцать две тысячи семъсотъ девятдеся . шесть копъ грошей и пенязей девять, а навязки шкодамъ, водлугъ статуту такъ жо много кладучы, чинитъ шкодъ з навезкою сорокъ пять тысячь пять сотъ девятдесятъ две копы и одынъ грошъ, пенязей осмь; того въсего за кгвалты, навязки, головщину, за шкоды, и навязву шкодамъ, головною /132/ сумою — чинитъ сорокъ семъ тисячь, чотыреста семъ копъ, одинъ грошъ, и пенязей осмъ. И за тую суму сказали есмо князю старосте Луцкому увязанъе до права в люди именей властныхъ самое твоее милости, пани Лаская, с которыхъ собЂ князь староста тые кгвалты, кривды и шкоды менитъ быти почыненые, водлугъ статуту, за кождую десять копъ грошей в службу людей, то есть два дыми людей Волынскихъ, а где бы в тыхъ именъяхъ твоихъ, с которыхъ ся князю Корецкому кгвалты и шкоды стали, такъ много людей не было, штобы тую суму, за шкоды ввязаную, вынесло, тогды и з иншихъ имений вашихъ, люди по тому жъ ведле статуту, штобы за тую суму, вышей описаную стояло, яко и ввязати есмо в то князя старосту послали были заразомъ з оного-жъ сойму виленского дворенина нашого; нижли борздо а по томъ выроку нашомъ з некоторыхъ певныхъ причинъ, а для лепшого вашого, росказали есмо листъ нашъ писати до князя старосты луцкого, и с подписомъ властное руки нашое к нему послали, уживаючи и ожедаючи его милости в томъ, абы онъ того увязанъя позанехалъ и задержался с тымъ до сойму Берестейского прошлого в ономь жо году, шестъдесятъ шостомъ, маючи волю то промежду васъ на ономъ соймЂ Берестейскомъ, постановити и цомерковати, гдежъ князь Корецкий, на писане нашо, а чинячи досить воля и жадливости нашой господарской, оного увязанъя позанехалъ и не уживалъ его противъ васъ, подле выроку сказаня и листу нашого увяжчого, одножь, про небытность нашу господарскую на ономъ соймЂ Берестейскомъ, в той речи, на которое ся застановене промежду васъ нестало, а князь Корецкий, будучи от нась ужитъ, абы ся с тымъ увязанемъ не сквапилъ, терпЂливымъ в томъ былъ, не увязывался во именя ваши ажъ и до сихъ местъ; лечь ижъ твоя милость, пане воеводо Сирацкий, вЂдаючи о таковымъ выроку нашомъ, противъ собе вделаномъ, так жо и о томъ, же есмо тое увезанъе, яко верху поменено, для вашого лепшого и спокойнейшого, уживши в томъ кънязя Корецкого, жаданемъ нашимъ задержали, а будучи потомъ колкокротъ у насъ, господаря, не хотечи ся въ томъ чути, и жадного застановенъя въ тыхъ речахъ съ княземъ Корецкимъ вчинити, а князь Корецкий, будучи зде при насъ, господари, на теперешнемъ сойме Городенскомъ, просиль насъ, абыхъмо ему в томъ далей того надъ право посполитое вырокъ нашъ шкоды приймовати не узычали, але вжо того увязанъя водле оного выроку нашого, верху припоминаного, ему призволили и дворенина нашого увяжчимъ ему на /133/ то придали; а такъ мы, заховываючи князя старосту ведле оного выроку нашого, на сойме Виленскомъ вчиненого, и водлугъ листу нашого увяжчого, на онъ же часъ ему в той речи до вась даного, послати до васъ дворенина нашого Ивана Семеновича и росказали ему князя старосту, яко в кгрунты на выписе выроку нашого и в семъ нашомъ листе вышей меновите описаные, князю Корецкому до права прислужоны, и за суму пенязей, и за головщину, кгвалты, навезки и шкоды на насъ сказаную сорокъ семъ тисячъ чотыриста семъ конъ, оденъ грошъ, пенязей осмъ, в люди именей самое твоеи милости пани воеводиная, и тежъ хотя будешъ ли твоя милость, пане Лаский, которое право записы до тыхъ именей мЂти, с которыхъ онъ тые кгвалты, кривды и шкоды менитъ быти почыненые, водлугъ статуту, за кождую десять копъ грошей в службу людей, то есть в два дымы людей волынскихъ, а гдебы в тыхъ именяхъ вашихъ, с которыхъ ся Князю Корецкому кгвалты и шкоды стали, такъ много людей не было, што бы тую суму за шкоды сказаную вынесло, тогды у в ыншихъ именяхъ вашихъ люди, по тому жъ ведле статуту, што бы за тую суму, вышей описаную, стояла, до права увязати и в держане ему подати; про то приказуемъ вамъ, абы есте, о томъ вЂдаючи, тому дворенину нашому в томъ противни не были, яко увязованя в кгрунты, верху описаные, князю Корецкому в держанъе до права сказане, и в суме пенязей, за шкоды сказаной, перво помененой, в люди именей вашихъ сами черезъ врядниковъ, слугъ и подданыхъ своихъ не боронили, такъ и по ввязанью нычимъся у в оные кгрунты, вышей выображоные, и тежъ в люди черезъ того дворенина нашого ему поданые, до права не вступовали, и з моцы его не выймовали, подъ закладомъ нашимъ сорока тысячми копами грошей, а о безъпечность здоровя того дворенина нашого абы ся ему, будучи на той справе, никоторая не безъпечъность здоровъя его от васъ самыхъ, врядниковъ, слугъ, бояръ и подданныхъ вашихъ не деяла, покладаемъ на вась особливый закладъ нашъ две тысячи копъ грошей. Писанъ у Городни, лета Божого нароженъя тисяча пятсотъ шесдесять осмого, месяца июля десятого дня«.


Книга Луцкая гродская поточная 1567 года, 2042, листъ 241. /134/






55

Д†грамоты Сигизмунда-Августа, извЂщающія объ отдачЂ на откупъ; на годъ, таможенныхъ пошлинъ великаго княжества литовскаго жмудскому старостЂ Яну Еронимовичу Ходкевичу, подканцлеру литовскому Остафію Воловичу, и еврею Менделю Изаковичу. 1568 года, сентября 5 и 8.


ЛЂта Божого нароженя 1567, ноября 2-го дня, въ неделю.

Пришедши на врядъ замку господарского. Вододимірского, передъ мене, Михайла Привередовского, подстаростего Володимірского, дворенинъ господарский, панъ Павель Оранский, то отповедилъ и тыми словы до книгъ вызналъ, ижъ, и что первей сего и при старосте Жомоитскомъ, маршалку земскомъ великаго князства Литовского, справцы и гетману его королевское милости земли Лифланское, державцы Плотелскому и Телшовскому, пану Яну Еронимовичу Ходкевича, а при подканцлеромъ его королевское милости великого князства литовского, маршалку дворному, старосте Берестейскомъ и Кобрынскомъ, пану Остафъю Воловичу, Исакъ Бродавка и дети небожчика Давида Шмерлевича: Шмерль и Лазаръ, поборы у великомъ князстве литовскомъ и на Волыни отъ его королевское милости, на оранде до певного часу, до дня всихъ святыхъ, въ року теперешнемъ, шесдесятъ семомъ, которое свято дня вчорашнего въ суботу минуло, держали; а такъ его кролевская милость знову тые вси поборы, на пришлый годъ, шестдесятъ осмый, также пану старосте Жомоитскому и пану подканцлерому, а при ихъ милостяхъ жиду берестейскому, Менделю Исаковичу и товарышом его арендовать, и мне, слузе своему господарскому, черезъ листъ свой господарский росказати рачить, абыхъ я печатъ, скрынки, ключи, и всю справу поборовую на коморахъ и прикоморахъ поборовыхъ, на тее свято всихъ святыхъ, отъ Изака Бродавки и детей небозчика Давыда Шмерлевича-Шмерли и Лазара, слугъ и сцравецъ ихъ, взявши, слугамъ и справцамъ пана старосты Жомоитского и пана подканцлерого и Менделю Изаковичу съ товариши его слугамъ и справцамъ ихъ жидовскимъ, въ моцъ и справу подалъ; ино я, водле листу и росказаня его милости господарского, на коморе тутошней Володимірской, печатъ, скрынку, ключи и всю справу поборовую у справцы /135/ Изака Бродавки и детей небожчика Давыда Шмерлевича — Шмерли а Лазара, въ Маира Аврамовича взявши, справцы поборовому его милости пана подканцлерого, пану Михайлу Василевичу Дубницкому на имя его милости пана старосты Жомоитского и пана его, а справцамъ Менделевымь: жиду Володимірскому, Маиру Изаевичу, а жиду Любомскому, Июде Агроновичу, въ моцъ подалъ, при которомъ оповеданю и вызнаню своемъ выписъ съ книгъ врядовыхъ замку господарского Берестейского записаня въ книги листу его кролевское милости въ той справе поборовой до Изака Бродавки а детей небожчика Давыда Шмерлевича Шмерли и Лазара писаного, и Менделю даного, и на вряде замку Берестецкого отъ оного Менделя показованого, и к тому особливе листъ его кролевское милости, съ подписанемъ руки и печатю его милости господарскою, справы писара его милости господарского, пана Матыса Савицкого до кнезей, пановъ, воеводъ кашталяновъ, старостъ и всихь вобецъ обывателей земли Волынское, въ той же справе поборовой писаный, передо мною на вряде показовалъ и просилъ мене абы тое оповедане и вызнане его взятя печати, скрынки, ключовъ и всее справы поборовое коморы Володимірское отъ справцы Изака Бродавки и детей небожчика Давыда Шмерлевича — Шмерли и Лазара въ Маира Аврамовича, и подане справцы поборовому пана подканцлерого, его милости пану Михайлу Дубницкому, на имя пана старосты его милости Жомоитского и пана его, а справцамъ Менделевымъ: жиду Володимірскому, Маиру Изаевичу, а жиду Любомскому, Июде Агроновичу, и выписъ с книгъ замку Берестейского, листъ его кролевское милости перво помененый, въ книги замку Володимірского записано было; я того выпису съ книгъ замку Берестецкого и листу его кролевское милости въ справе поборовой писаныхъ, оглядевши и вычитавши, яко тое оповедане и вызнане его, такъ тотъ выписъ съ книгъ замку Берестецкоого и листъ его кролевское милости слово отъ слова въ книги замковые записати казалъ, которые такъ ся въ собе мають:

»Выписъ съ книгъ врядовыхъ замку господарского Берестецкого. ЛЂта Божого нароженя тысяча пятсотъ шестдесятъ семого, месяца октебра пятогонадцать дня, въ середу. Пришедши облычне до вряду господарского замку Берестецкого, передъ мене Дмитрего Сапеги, подстаростего Берестейского, жидъ Берестецкій, Мендедь Исаковичъ, передо мною на вряде листъ его кролевское милости, съ подписанемъ власное руки его милости господарское и съ подписанемъ руки пи-/136/capa его милости господарского, пана Матыса Савицкого, писаный справцамъ мытъ и поборовъ господаря, короля его милости, въ великомъ князстве Литовскомъ, Изаку Бродавке а детемь небожчика Давыда Шмерлевича — Шмерли а Лазару, о который листъ просилъ Мендель, абымъ его до книгь врядовыхъ замку господарского Берестейского вписати велелъ, которого листу короля его милости я, подстароста, огледавши, за прозбою Менделевою, велелъ есми тотъ листъ его до книгъ врядовыхъ уписати, который слово оть слова такъ ся въ собе маеть:

»Жикгимонтъ-Авкгустъ . Божого милостю король Полский, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Инфлянский и иныхъ. Справцамь мытъ и поборовъ нашихъ у великомъ князстве Литовскомъ: Изаку Бродавке а детемъ небожчика Давыда Шмерлевича — Шмерлу и Лазару. Ознаймуемъ вамъ, што на сей часъ маете и держите тые поборы при старосте Жомоитскомъ, маршалку земскому великого князства Литовского справцы и гетману нашому земли Инфлянское, державцы Плотелскому и Телшовскому, пану Еронимовичу Ходкевича, а при подканцлеромъ нашомъ великого князства Литовскаго, маршалку дворномъ, старосте Берестейскомъ и Кобрынскомъ, пану Остафию Воловичу, отъ насъ господара на аренде до певного часу, которой аренде вашой рокъ выйти маетъ на день свята всихъ святыхъ в року теперешнемъ, шестдесятъ семомъ, близко пришлого; а такъ мы, господарь, знову тыи вси поборы на пришлый годъ, шестдесятъ осмый, также пану старосте Жомоитскому и пану подканцлерому, а при ихъ милости подданому нашому, жиду Берестейскому, Менделю Исаковичу, яко сведомому и беглому у справахъ поборовыхъ, и товаришомъ его, которыхъ онъ къ собе приметъ, арендовали, почавши от того свята всихъ святыхъ в року теперешнемъ, шестдесятъ семомъ, пришлого, коли ваша аренда выходитъ, ажъ до другого такового свята всихъ, святыхъ, которое в року шестдесять осмомъ быти маеть, для чого до коморъ мытныхъ и поборовыхъ головныхь, то есть, до Виленское, до Жомоитское, до Ковелское, до Волынскихъ, Подляшскихъ, Городенское, и до всихъ прикоморковъ, к тымъ коморамъ приналежачихъ, послали есмо дворенина нашого Павла Оранского, которому росказали есмо, аж бы онъ печать, скринки, ключи и всю справу поборовую на тыхъ всихъ коморахъ и прикоморкахъ, на тое свято близко пришлое всихъ святыхъ, от васъ самыхъ, отъ слугъ и справецъ вашихъ взявши, слугамъ и справцамъ пана старосты Жомоитского, и пана подканцлерого, /137/ и Менделю Исаковичу с товариши его, и слугамъ и справцамъ ихъ жидовскимъ в моцъ и справу подалъ, вы бы о томъ ведали, а противеня и непослушенства никоторого противъ сему росказаню нашому господарскому чинити не смеючи, на часъ помененый всихъ святыхъ, на сконченю тое аренды своее, печать, скрынки, ключи и вси справы поборовые, которые на сей часъ в заведеню своемъ маете, слугамъ пана старосты Жомоитского, и пана подканцлерого, и Менделю Исаковичу с товариши его, слугамъ и справцамъ ихъ, передъ тымъ дворениномъ нашимъ в моцъ и справу нашыхъ коморахъ головныхъ и на всихъ прикоморкахъ, к нимъ приналежачихъ, подали, а черезъ то, сами, в тую справу поборовую не вступуючися, имъ в ней переказы никоторые не чинили конечно, абы то инакъ не было. Писанъ у Кнышине, лета Божего нароженя тисеча пятсотъ шестдесять семого, месяца сентебря осмого дня. Которыйжъ листъ его кролевское милости Мендель, давши до книгъ врадовыхъ замку господарского Берестейского записати, и выписъ с книгъ взялъ собе под моею печатю. Писанъ у Берести. Василей Григоревичъ«.

»Жикгимонтъ-Августъ, Божю милостю король Полский, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Инфлянтский и иныхъ. Княземъ, паномъ, воеводамъ, каштеляномъ и княгинямъ, панямъ, старостамъ, державцамъ, вдовамъ, земянамъ и дворанамъ нашимъ, войтомъ, бурмистромъ, радцамъ и всимъ мещаномъ и купцомъ, местъ и селъ нашихъ господарскихь и князскихъ, панскихъ, духовныхъ, светскихъ, во всей земли волынской лежачихъ. Ознаймуемъ вамь, ижъ под теперешнимъ тягненемъ особою нашею господарскою обозомъ до войскъ нашихъ, на оборону панства нашого, великого князства Литовского, противко неприятелеви нашему, великому князю Московскому, взяли есмо в скарбъ нашъ на заплату людемъ служебнымъ и на выправу двору и обозу нашего певную суму пенязей у старосты Жомоитского, маршалка земского великого князства Литовского, справцы и гетмана нашого земли Лифлянское, державцы Плотелского и Телшовского, пана Яна Еронимовича Ходкевича, а у подканцлерого нашого великого князства Литовского, маршалка дворного, старосты Берестецского и Кобрынского, пана Остафия Воловича, у подданого нашого, жида Берестейского, Менделя Изаковича, и у товаришовъ его, которого ихъ милостъ ку собе, яко сведомого справы поборовое, припустили; якоже ще на раты розложоные мают въ скарб наш немалое сумы пе-/138/незей дати, а иж-бы были певни заплаты своеи, панъ староста жомоитский и панъ подканцлерый, а при ихь милости Мендель жидъ, тогды завели есмо имъ арендою поборы великого князства Литовского, якъ давные, яко и на сойме Берестейскомъ прошломъ уфаленые, отъ товаровъ всякихъ, которые съ панства нашого, великого князства Литовского, за границу, и з-за граничья до панства нашого проважоны бываютъ, на цалый годъ, почавши отъ дня всихъ святыхъ, пришлого свята, въ року теперешнемъ, шестдесятъ семомъ ажъ до того року всихъ святыхъ въ року пришломъ, шестдесятъ осмомъ, яко то на аренде нашой естъ описано, о чомъ бы ecтe ведали, и на коморахъ мытныхъ и поборовыхъ головныхь и всихъ прикоморкахъ, къ нимъ прислухаючихъ, въ земли Волынскои лежачихъ, у воеводствахъ, староствахъ, державахъ и тивонствахъ своихъ, где колвекъ, передъ тымъ и сего году, коморы и прикоморки сторожа тыхъ поборовъ нашихъ бывала и знову уставлена, такъ въ местехъ нашихъ господарскихъ, яко и въ вашихъ: князскихъ, панскихъ, духовныхъ и свецкихъ слугамъ пана старосты жомоитского, и пана подканцлерого, и Менделю Изаковичу съ товариши его, слугамъ и справцамъ ихъ и жидовскимъ, которые за симъ листомъ нашимъ до коморъ головныхъ и прикоморковъ ихъ, въ земли волынской лежачихъ, приедутъ, отъ всякого товару съ купцовъ нашихъ господарскихъ и своихъ: князскихъ, панскихъ, духовныхъ и светскихъ, из за граничя переежчихъ, поборовъ, першихъ и на Берестейскомъ сойме прошломъ уфаленыхъ, выбирати с коморъ и прикоморковъ, где здавна мытные суть, и еще, где бы ихъ для устреженя прекрадаючихся съ товары причинити потреба, допустили и помочъ зъ урадовъ нашихъ и зъ ыменей своихъ, на промыту, хто бы сваволне, або потаемне проехалъ, укрившися, о потребу, яко въ речи нашой господарской и земской, давали, спротивеня ниякого зъ себе не показуючи и инымъ чинити не допущаючи, конечно. Писанъ у Кнышине, лЂта Божого нароженя тысяча пятсотъ шестдесятъ семого, месяца сентебра пятого дня. Подписъ руки его милости господарское. Матысъ Савицкій писаръ«.


Книга Владимирская гродская. записовая и поточная, 1567 года, № 934, листъ 183. /139/






56.

Грамота Сигизмунда-Августа, князю Андрею Михайловичу Курбскому, о томъ, что назначается новый судебный срокъ, по дЂлу его съ Судомирскою каштеляншею. Анною Мацеевскою, впредь до выздоровленія ея повЂреннаго, Магнушевскаго; кромЂ того, грамота предписываетъ Курбскому возвратитъ Мацеевской 200 овецъ, похищенныхъ въ ея имЂніи, 1568 года, сентября 17.


ЛЂта Божего нароженя 1568, месяца октебра третего дня.

Пришедчи на вралъ замку господарського володимерского, до мене, Якима Василевича, будучи мне на тотъ чась на местъцу пана Михайла Павловича, подстаростего володимерского, градникъ кашталяновое Судомирское, паней Станиславовой Мацеевское, панее Анны зъ Стоянецъ Мацеевской, панъ янъ Некгошевский, показалъ листъ его кролевское милости, в справе панее своее, еи милости панее Мацеевское, до князя Андрея Михайловича Курпского писаный, о одложенье року для фороби пана Войтеха Макгнушевского, на зоставене заштий и розниць межи их милостями, через пана Магнушевского, до выздоровеня его, до светого Мартына, свята рымского, близко пришлого, о двесте овецъ, которые дей у подданых ее милости, панее моеи взяты, абы князь Курпскій подданымъ ее милости вернути велел, яко ширей на томъ листе его кролевское милости описано есть, и просилъ мене, абы тотъ листъ его кролевской милости в книги замковые заведенъ и вписанъ былъ; я, того листу кролевское милости огледавши и достаточне его вычитавши, слово отъ слова в книги замковые вписати казалъ, который так ся в собе маетъ:

»Жыкгимонтъ-Августъ, Божю милостю король Полский, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Инфлянтский и иныхъ. Старосте Кревскому, князю Андрею Михайловичу Курпскому. Присылала до насъ каштеляновая Судомирская, пани Ганна з Стоянец, оповедаючи, иж што умоцованый приятелъ ее, Войтехъ Макгнушевскій, именемъ ее постановилъ с тобою, на томъ прошломъ сойме в Городне, передъ паномъ Виленскимъ, гетманомъ навышшимъ великого князства Литовского, старостою Городенскимъ, державцою Могилевскимъ, паномъ Грегоремъ Александровичомъ Ходкевича, а пe-/140/редъ секретаромъ нашимъ, войтомъ Виленскимъ, державцею Стоклишскимъ, дикторомъ Августыномъ Ротундомъ, и иншыми приятелы, приехавши до тебе, до Ковля, о вси заштъя и розницы, которые ся межи твоими и ее поддаными, в боехъ, грабежахъ, и в бортехъ, и иншихъ речах и шкодах дестъ, мел с тобою, водле намовы, у Городне учененое, конечное застановене приятелскимъ способомъ уделати на певный рокъ, тамъ же в Городне зложоный, на который дей она кгды того приятеля своего, Макгнушевского, для хоробы его ку той справе мети не могла, тогды, чинечи досыть тому постановеню свому, служебника своего, Яна Некгошевского, до тебе присылала; нижли дей ты иного никого ку той справе припустити не хотел, одного того самого Макгнушевского, с которымъ ся тое постановене стало, на которого дей Макгнушевского бытность власным еси листомъ своимъ, до нее писанымъ, отзывалъ; а теперъ-де ее о то ку праву потегаеши: надто, безвинно у подданыхъ ее двесте овецъ взяти казалъ; и просила насъ пани Судомирская, абыхъмо о томъ до тебе листъ нашъ писати, а тую речъ тобе зъ нею, водле постановеня Макгнушевского съ тобою, кончити велели, и ку становеню, або посланю Магнушевского на тую справу по той хоробе его, для лепшого, способнейшого выздоровеня его, часу ему узычили, и тые овцы, у подданыхъ ее побраные, вернути ей велели; ино, кгды жъ она того приятеля своего, Макгнушевского, не для чего иного, — одно для хоробы его, на онъ часъ до тебе посылати не могла, также и теперъ, для неспособного здоровя его, пани послати, и онъ самъ ехати не можетъ, твоя бы милость съ тою справою на застановене тыхъ заштей и розницъ межи нею и тобою, черезъ Макгнушевского, до выздоровеня его, до светого Мартина, теперъ близко пришлого, римского свята, въ семъ року, шестдесятъ осмомъ, подождалъ; а подданымъ своимъ ку ее подданымъ до того часу спокойне заховати и тые двесте овецъ, если будутъ у подданыхъ ее вляты, им вернути велелъ. Писанъ у Варшаве, лЂта Божого нароженя тысяча пятсотъ шестдесятъ осмого, месяца сентебра семогонадцать дня. Базилиусъ Древинский, писаръ«.


Книга Владимірская гродская, записовая и поточная, 1568 года, № 935, листъ 137 на обор. /141/






57.

Грамота Сигизмунда-Августа, къ сборщикамъ податей: князю Дмитрію КозекЂ и Ивану Гулевичу, предписывающая имъ принять подать изъ имЂній князя Андрея Михайловича Курбскаго, безъ взысканія штрафа за несвоевременную уплату оной. 1568 года, октября 5.


ЛЂта Божого нароженя 1568, месеца ноябра двадцать второго дня.

Постановившися обличне на враде замку господарского, Володимерского, передо мною, Павломъ Григоровичомъ Ораньскимъ, на тоть чась будучимъ подстаростимъ володимерскимъ, а передо мною Иваномъ Петровичомъ Калусовскимъ, судіею княжскимъ володимерскимъ, князь Дмитрей Анъдреевичъ Козека, а панъ Иванъ Михайловичъ Гулевичъ, поборцы повету Володимерского, на року за позвы кгродскими припаломъ, жаловали, водле позваня своего, на князя Андрея Михайловича Курпского, старосту Кревского, тыми словы: што-жъ который плать подымный его кролевская милость съ паны радами ихъ милости князи, паны, врадовниками земскими и дворнымн, и послами поветовыми, и всими станы, сойму належачими, на сойме великомъ валномъ Городенскомъ, въ року теперь-идучомъ, шестъдесятъ осмомъ, съ подданыхъ своихъ господарскихъ, и тежъ князскихъ, панскихъ и земянскихъ, духовныхь и светскихъ, уфалити и постановити, и роки отданю того податку зложити рачилъ, на которые еслибы хто не отдалъ, тогды совито заплатити повиненъ, — яко ширей а достаточней меновите на рецесе и листе его кролевское милости описано естъ, почому хто оть чого и на которые роки до бирчихъ поветовыхъ отдавати маетъ, и въ неотданю яко ся бирчие заховачи и поступовати въ томъ маютъ, то такь рокъ первый, на который половину того податку кождый отдати былъ повиненъ, вже давно минулъ, а князь-де Курпский, не ведети для которое причины, половицы того податку, на сойме уфаленого, первшое и на рокъ первшый намъ, яко бирчимъ поветовымъ, зъ ыменей своихъ, въ повете володимерскомъ лежачихъ, не отдалъ. Мы, заховываючися въ томь, ведле поставенъя и рецесу сойму городенского, позвомъ кгродскимъ о неотданье того податку половицы первшое, на рокъ /142/ зложоный, его позвали и тотъ позовъ на праве передъ нами положили, который имъ читанъ былъ. По вычитанью позву, служебникъ князя Анъдрея Михайловича Курпского, Миколай Богушевский, тутъ-же стоячи, очевисто за листомъ моцованымъ князя его милости пана своего, который передъ нами показалъ, на то поведилъ: панъ мой, князь Андрей его милость Михайловичъ Курпский, не без причины, але зъ причиною, то естъ за небытностю его милости самого у КовлЂ, и ктому иж-дей врадникь его милость Ковелский, пригодне естъ пострелен, для того-дей на рокъ назначоный отданъю тыхь пенезей, отдати поомешкано, а ведже-дей после того року, по два кротъ, тые пенензи плату подымную до васъ, панове поборцы, князь его милость панъ мой посылалъ, ваша-дей милость пенензей без совитости брати не хотели, и показалъ выписъ съ книгъ замку Володимірского оповеданя на враде слугъ его милости князя Курпского пана своего: Грышки Клечковского а Шимона Меженского, иж-дей князь Козека тыхъ пенензей без совитости брати не хотелъ и вызнаня возного повету Володимерского, Хацка Чувала, ижь-дей при немъ тые слуги князя Курпского зъ ыменей князя своего его милости пана своего Ковелскихъ гроши подымные князю Козеце отдавали, а онъ дей тыхъ грошей подымныхъ въ нихъ взяти не хотелъ и не взялъ, поведаючи, ижъ вже роки отданю того податку проминули, прото дей безъ совитости брати не буду, але-дей нехай князь вашъ пришле зъ совитостью, тогды-дей я озму, а въ посланца пана Михайла Малинского на завтрее-дей после того въ середу, таковый же платъ подымный при мне, возномъ, взялъ; потомъ служебникъ князя Курпского, Миколай Богушевский, поведилъ, кгдыжъ дей, ваша милость, панове поборцы, того податку отъ князя его милости пана моего безъ совитости взяти не хотели, князь, его милость панъ мой, о то посылалъ до его кролевское милости, а такъ его кролевская милость листъ свой господарский до вашей милости писати казати рачилъ, росказуючи, абы ваша милость тотъ податокъ съ причинъ перво-помененыхъ, и въ листе его милости господарскомъ описаныхъ, звлаща, ижъ имене Ковелское естъ властность его милости господарская, безъ совитости взяли и тотъ листъ его кролевское милости отвороный, съ подписомъ руки его милости господарское, до поборцовъ повету Володимірского, — князя Дмитрия Козеки, до пана Ивана Гулевича, передъ нами показалъ, писаный тыми словы:

»Жикгимонтъ-Августъ, Божою милостю король Полский, великий /143/ князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Лифлянский и иныхъ. Поборцамъ повету Володимерского на выбиране податку земского, на сойме недавно минуломъ Городенскомъ уставленнымъ, князю Дмитру Козеце а Ивану Гулевичу. Писалъ и присылалъ до насъ староста Кревский, князь Андрей Михайловичъ Курпский, о томъ, ижъ-дей, за небытностю его самого у КовлЂ, и къ тому-жъ, ижъ врадникь его Ковелский пригодне есть постреленъ, для того-дей пенези серебщизные зъ ыменей Ковелскихъ, водле уфаты сойму Городенского выбраные, на рокъ, отданю тыхъ пенезей назначоный, до васъ отдати поомешкано, а вы-дей теперъ безь совитости тыхъ пенезей приняти отъ него не хочете. и просилъ насъ, абыхъмо листъ нашъ о томъ ему до васъ дати велели; а такъ, кгдыжъ тые пенези серебщизные не за недбалостю его, але за тыми причинами поменеными на рокъ назначоный не отданы, звлаща, ижъ имене Ковелское есть власность наша господарская, для того приказуемъ вамъ, ажъбы есте тые пенези серебщизные, зъ ыменей Ковелскихъ выбраные, у князя Курпского безъ совитости взяли и трудности никоторые въ томъ ему не чинили конечно. Писанъ у Варшаве, лета Божого нароженя тысяча пятсотъ шестдесятъ осмого, месеца октобра пятого дня. Тутъ подписъ руки господарское, а потомъ писарское, пана Михайла Гарабурды. Панове поборцы: князь Дмитрей Козека а панъ Иванъ Гулевичъ мовили, што ты, Богушевский, поведаешъ, жебы панъ твой, князь Курпский, тые пенези, плату подымную, двакротъ до васъ посылалъ, ино, — съ пенезми оденъ разъ, а не два, а другий первый разъ безъ пенезей, толко доведываючися, где бы до насъ съ тыми пенезми послати мелъ, присылалъ; и то не передъ рокомъ, а ни на рокъ назначоный, але после року, што на властныхъ листехъ князя, его милости, пана твоего, до насъ писаныхъ, покажемо; якже и тые листы князя Курпского, до нихъ писаные, два передъ нами показали, поведаючи, ижъ за неотдане на рокъ назначоный безъ совитости брати не хотели, и мовили, же-дей то и самъ признаваешъ и на выписе врадовомъ, такъ тежъ и на листе его кролевское милости поменено, а што-дей на выписе врадовомъ вызнане возного написано, яко быхъ я, Дмитръ Козека, на завтрее, после того, яко князя Курпского слуги съ тыми пенезми подымными до мене приежчали, въ посланца пана Михайла Малинского таковый-же платъ подымный взяти мелъ, ино-дей того не было, и ачъколвекъ-дей тотъ податокъ не на што иншого, одно на оборону речи посполитое, на людъ служебный /144/ уфаленъ, и на таковыхъ, хто бы на рокъ, отданю того податку назначоный, не отдалъ, тотъ обовязокъ учиненъ, абы совито заплатилъ, яко и князь Курпский за неотдане того податку на рокъ назначоный, водле уфалы соймовое въ совитость упалъ; але ижъ его кролевская милость листъ свой господарский до насъ писати казати рачилъ, росказуючи, абыхъмо, съ причинъ, въ листе его милости господарскомъ помененыхъ, у князя Курпского тые пенези безъ совитости взяли. Мы, чинечи досыть воли и росказаню его милости господарскому, тые пенези, плату подымного, если же еси ихъ принесъ отъ пана твоего, князя Курпского, безъ совитости озмемъ. A такъ тоть листъ его кролевское милости при собе зоставимъ и часу чиненя личбы имъ ся въ томъ боронити будемъ. Служебникъ князя Курпского, Миколай Богушевский, противо тому поведилъ: же тыхъ пенезей, плату подымного, отъ пана своего до васъ, панове поборцы, не принесъ, бо якже есте перво безъ совитости брати не хотели, тогды князь его милсть, панъ мой, писалъ до его кролевское милости и до папа гетмана его милости, даючи о томъ ведати, и за тымъ его кролевская милость тотъ листъ свой господарский до васъ писати казати рачилъ, абы тые пенези безъ совитости взяли, а панъ гетманъ его милость до князя его милости, пана моего, листъ свой писати рачилъ, абы князь его милость, панъ мой, тые пенези и реестры выбираня того податку до его милости послалъ, хотечи казать личбы прослухати и тые пенези взять, а его милость своимъ квитомъ съ того квитовал и за писаньемъ листу его милости пана гетмана, яко тые пенези подымные первое раты, такъ тежъ и другое раты, зо всихъ именей Ковелскихъ, казавши выбрать, до его милости пана гетмана послалъ, и показалъ цедулу подъ печатю князя Курпского, пана своего, по полски писаную, поведаючи, иж-дей тую цедулу панъ мой, князь Курпский, зъ листу его милости пана гетмана, до его милости писаного, тотъ оденъ артикулъ, абы тые пенези и реестра до его милости послалъ, выписати казалъ, и для ведомости до васъ послалъ, которая цедула написана есть тыми словы: въ томъ же листе своемъ, ускаржатисе передо мною ваша милость на поборцовъ поветовыхъ рачишъ, воторые, розгневавшися на вашу милость, пенезей, на оборону постановленыхъ зъ ыменей прилеглыхъ, ани приймуютъ, ани личбы вашей милости слухать хотятъ, и просишъ мене ваша милость о науку, штобы зъ тымъ ваша милость чинити мелъ, а такъ, милостивый пане, поневажъ ихъ милость, тамътые панове, противко /145/ вашей милости такъ зубато поступуютъ, теды ваша милость за обе рате съ тамътыхъ именей своихъ пенези казавши выбрать и реестра справить, рачилъ тые пенези весполокъ и реестра до мене прислати, а оказавши, личбы прослухать, а водлугъ ней пенези одбирать буду, зъ того вашу милость квитовать, што ваша милость стане за квитъ поборцовъ тамътыхъ. Данъ зъ Брестовецъ первогонадцать октебра. Панове поборцы поведели: мы того не ведаемъ, если же князь Курпский тые пенези до пана гетмана его милости послалъ, або не послалъ, кгды-жъ листу его милости о то до себе не маемъ и квиту не видимъ, прото мусимъ ся зъ братею своею, зъ шляхтою того повету Володимерского въ томъ намовить, звлаща ку ведомости князя воеводы его милости Волынского и иншихъ ихъ милости пановъ, передъ которыми, есмо личбу чинить повинни, и паномъ посломъ, на сеймъ до его кролевское милости отправенымъ, донести, и до его кролевсвое милости послать, даючи о томъ ведать и просечи о науку, што съ тымь чинить; а што ся дотычеть листу его кролевское милости, до пановъ поборцовъ писаного, ино ижъ промежку обудву сторонъ, то есть пановъ поборцовъ и служебника князя Андрея Курпского, Миколая Богушевского, споръ сталъ; панове поборцы хотели тоть листъ его кролевское милости при собе зоставить, а служебникъ его милости князя Курпского, Миколай Богушевский, хотелъ, абы ему зася былъ верненъ, и для того обедве стороне, на то зволивши, тотъ листъ его милости господарский до справы скутечное тих речи при враде зоставили, и просили зъ обудву сторонъ, абы тая справа въ книги замковые была записана. Мы то все достаточне для памети въ книги замковые записати казали.


Книга Владимірская гродская, 1568 года, № 935; листъ 151.






58.

Грамота Сигизмунда-Августа, извЂщающая объ отдачЂ на годъ въ откупъ таможенныхъ пошлинъ евреямъ: Менделю Изаковичу и Липману Шмерлевичу, и приглашающая всЂхъ жителей великого княжества литовскаго оказывать откупщикамъ возможную помощь при сборЂ пошлинъ и не способствовать тайному провозу товаровъ. 1568 года, октября 30.


Року 1568, декабря 5 дня. /146/

Пришедчи на врядъ его королевское милости, въ замокъ Луцкій, до мене Яроша Палишевского, воротного замку Луцкого, въ тотъ часъ будучого на месцу Петра Хомека, подстаростего Луцкого, писаря коморы Луцкое побору и мыта его королевское милости, Давыдъ-Марковичъ а Мойзышъ Юсковичъ, показовали мни листъ его кролевское милости подъ печатю и съ подписомъ власное руки его милости господарское, просечи, абы быль вычитанъ и въ книги гродскіе уписанъ, который листъ такъ ся въ собе маетъ:

»Жикгимонтъ-Августъ, Божею милостю король Полский, великий князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Мазовецкий, Лифлянский и иныхъ. Княземъ, паномь, духовнымъ и светскимъ, воеводамъ, каштеляномъ, княгинямъ, панеямъ, маршалкамъ, врядникамъ нашымъ земскимъ, и дворнымъ старостамъ, державцамъ, тивуномъ ихъ, и наместникомъ земяномъ и дворяномь, нашимъ, и тежъ войтомъ, бурмистромъ, райцамъ, мещаномъ местъ нашихъ: Луцкого, Кремянецкого, и Володимирского и иныхъ местъ и селъ нашихъ господарскихъ, князьскихъ, панскихь, духовныхъ и светскихъ, въ земли Волынской лежачихь, а особливе людемъ купецкимь такъ хрестияномъ яко и жидомъ, и иного стану людемъ, и всимъ тымъ, которые колвекъ именъя и оселости свои земские и местские мають въ земли Волынской, што которые поборы отъ всякихъ товаровъ по всему панству нашому, великому князству Литовскому, такъ давней и повъторе другий поборь на соймехъ валныхъ на потребу речи посполитой, а меновите на оборону земъли Флянское, уфаленые, арендованые сутъ отъ насъ господаря, старосте Жомоитскому, маршалку земскому великого князства Литовского, державци Плотелскому и Телшовскому, пану Яну Ерониму Ходкевичу и подканъцлерому нашому великого князьства Литовского, маршалку дворному, старосте Берестейскому и Добринскому, пану Остафью Воловичу, якобы за дозренемъ ихъ милости пилнымъ нихто, не отдавши побору на коморахъ пограничныхъ, потаемъне съ товары не могъ проезжати за границы панствъ нашихъ . . . . . . . водле позволенья староствъ на сойме кождый зъ васъ, пановъ вышейпомененыхъ въ замцехъ, дворехъ, местехъ и селехъ, въ нашихъ господарскихь и въ своихь коморъ сторожу держаты допустили; нижли панъ староста Жомоитский и пань подканцлерый, будучи быти забавны справами нашими господаръскими и земъскими, а ведаючи на то людей беглыхъ и сведомыхъ справъ поборовыхъ подданыхъ нашихъ, жидовъ Берестейскихь: Менъ-/147/деля Изаковича а Липмана Шмерлевича за ведомостю и позволенемъ нашимъ господаръскимь, поручали имъ тыми поборами отъ себе справоваты, которыми ажъ по сей часъ . . . . . . . . . и платечи въ скарбъ нашъ все сполна на раты, за плате розложеные, а въ аренде нашой описаные, которые въ томь укривжоные справе поборовой намъ ознаймуютъ, же многие зъ васъ въ замцехъ, въ местехъ, и въ селехъ нашихъ господарскихъ, такъже и во всихъ коморахъ при границахъ на озбиранъе побору отъ товаровъ и сторожи промыты стеречи не допустили, за чимъ великая шкода потребе земской дЂетъся такъ, ижь зъ скарбу нашого на тое местьцо великая сума выдана на людъ служебный, а зособна вытрученъе за тое не допущене, коморъ места хочуть водле аренды нашой; а ижъ вжо въ аренде пана старосты Жомоитского и пана подканцлерого на тые поборы день всихъ сватыхъ, въ року нинешнемъ, шестъдесятъ осмомъ, выходитъ, про то мы, хотечи пожитковъ и шкоды земъское постеречи, абы нихто укрыватися не смелъ занеханьемъ неякимъ того къ по колко годовъ, коморъ и прикоморковъ на выбране поборовъ и сторожи на то при границахъ панства нашого, великого князства Литовского, не поступлено, за чимъ собе такий пожитокъ отъ людей купецкихъ потаемне проежчаючихъ съ товары за границу множила . . . . . . . . . . и скарбови нашому, который . . . . . себе великий . . . . . . . . поноситхъ шкоду . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ободва давнешний и на сойме Берестецкомъ прошлому ухваленый, отъ товаровь всякихъ купецкихъ, которые сухимъ и воднымъ путемъ за границу и з за граничъя провадыть ку вернымъ рукамь поручили есмо отъ насъ тымъжо подданымъ нашимъ, жидомь Берестейскимъ, Менделю Исаковичу а Липману Шмерлевичу, по вышстью пана старосты Жомоитского и пана подканцлерого аренды, на той рокъ пришлый, тысяча пятсотъ шесдесятъ девятый, и, маючи тежъ оть нихъ упевнене, то есмо а передъ-же на тотъ рокъ, шесдесятъ девятый, колконадцатъ тысячей копъ грошей, да въ скарбъ нашь на отправу посла татарского и на заплату людемъ служебнымъ на замки наши украйные и на иные земскіе потребы и тому и, тыхъъ причинъ, абыхмо ведали отъ нихъ и правне дозысковати могли шкоды земъские скарбу нашого, по которыхъ месцахь коморъ на сторожу купцовь, потаемъне проежчаючихъ, а то поступили, гдыжъ они причиненю личбы за то немалую суму за рокъ теперешній, шесдесятъ осмый, вытрученемъ чинити хочутъ, чого они и теперъ правомъ /148/ нашимъ господарскимъ, яко въ речи земской, попирати будутъ повини, маючи на то доводы слушные; а такь мы тые поборы вышейпомененые на коморахъ и прикоморахъ во всемъ панстве нашемъ, великомъ князьстве Литовскомъ, подати имъ, послали дворенина нашого . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . вы бы о томъ ведали о тые поборы помененые або старые и новыи, на потребу речи посполитой, на соймахъ уфаленые, отъ всихъ купцовъ на коморахъ и прикоморахъ звыклыхъ, где передъ . . . . . . за аренды пана старосты Жомоитского и пана подканцлерого сторожа бывала, поборъ выбырати допустили съ коморъ и прикоморковъ въсюды въ местехъ и селехъ нашихъ господарскихъ и тежъ у своихъ, подле уфалъ соймовыхъ, на выбиране и перестерегане тыхъ поборовъ, поступовали и нисчимъ есте забороняли, и кождый отъ себе помочъ вшелякую . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . у промыте купцовъ своеволныхъ, которые, не хотечи поборовъ . . . . . . . . . . своихъ коморы и прикоморки поборовые потаемъне або упорне, сухимъ и воденымъ путемъ проежчачи, Менделю и Липшану и справцамъ ихъ давали помочь, и завжды, яко въ речи нашой и земской, отъ всихъ крывдъ боронили, а сами въ справы ихъ поборовые уступоватыся, и имъ въ нихъ шкоды и перешкоды никоторые чинити, и ихъ кривдити и утыскати ничымъ не смели, але-ся ку тымъ поборцамъ нашимъ и справцамъ ихъ во всемъ спокойне а пристойне заховали конечно. Писанъ у Варшаве, лета Божого нароженя, тысеча пятсотъ шестдесять осмого, месяца октобря двадцатого дня. Подписъ руки господарское — Жикгимонтъ-Августь, кроль; Подписъ руки писарское — Матысъ Савицкий, писаръ«. A такъ я тотъ листь его кролевское милости слово отъ слова, з конца ажъ до конца, до книгъ кгродскихъ записати казалъ.


Книга гродская Луцкая, 1568 года, № 2042; листъ 398 на об.






59.

Грамота Сигизмунда-Августа, старостЂ луцкому, брацлавскому и винницкому, князю Богушу Федоровичу Корецкому, предписывающая ему выдашь бЂглыхъ крестьянъ и вознаградить убытки, причиненные Владимірскому подкоморію, Александру Семашку. 1569 года, февраля 1.


Жикгимонтъ-Августъ, Божою милостю король Полский, великий /149/ князь Литовский, Руский, Пруский, Жомоитский, Маковецкий, Лифлянский и иныхъ. Старосте Луцкому, Браславскому и ВЂницкому, князю Богушу Федоровичу Корецкому. Жаловалъ намъ подкоморий Володимерский, панъ Александро Семашко, о томъ, штожъ дей людей его не мало, отчичовъ именія его Голышевского, зъ жонами, зъ дЂтми и зо всими статками и маетностями своими от него втекши, до именья твоего . . . . . . . . зашли; а ты дей, не толко за напоминаніемъ его тыхъ подданыхъ его ему не выдаешъ и справедливости зъ нихъ не чинишъ, але дей ще тымъ людемь его, которые за тебе зашли, земли и грунты того именія, Голышевского, черезъ границы забирати и в иныхъ поточныхъ речахъ многіе кривды, звлаща въ бои и грабежахъ, ему и людемъ его, Голышевскимъ, чиниты кажешъ; въ чомъ онъ кривду и шкоду собе мелуючи быти, а тыхъ людей своихъ позыскати хотечи, билъ намъ чоломъ, абыхмо листъ и дворанина нашого о томъ ему до тебе дали, и кгрунтовъ его властныхъ забирати и никоторыхъ кривдъ делати не допустили. A такъ мы придаемъ ему на то дворанина нашого . . . . . . . . жебы зъ тымъ листомъ и двораниномъ нашимъ людей своихъ въ именяхъ твоихъ знашолъ; а будутъ ли ея знати властными поддаными ихъ, — приказуемъ тобе, ажь бы жесь тыхъ людей его, зо всЂми статками и маетностями ихъ, съ чимъ буде до тебе зашли, передъ тымъ двораниномъ нашимъ, ничимъ не чикуючи (sic), выдалъ. A пакъ ли бы ся людьми его быти не знали, ты бы ему зъ ними справедливость не отволочную, водле обычаю права посполитого и статуту земского, при томъ же дворанине нашомъ вчини лъ, а особливе жебы сесь грунтовъ и землю его властныхъ забирати и никоторыхъ кривдъ людемъ его делати не велель, же бы онъ въ томъ собе нешкодовалъ и намъ нежаловалъ. Писанъ у Люблине, лета Божого нароженя 1569 года, месеца февраля 1 дня. (LS.) Михайло Гарабурда.


Сообщено В. Антоновичемъ. /150/


















Попередня     Головна     Наступна


Етимологія та історія української мови:

Датчанин:   В основі української назви датчани лежить долучення староукраїнської книжності до європейського контексту, до грецькомовної і латинськомовної науки. Саме із західних джерел прийшла -т- основи. І коли наші сучасники вживають назв датський, датчанин, то, навіть не здогадуючись, ступають по слідах, прокладених півтисячоліття тому предками, які перебували у великій європейській культурній спільноті. . . . )




Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть ціле слово мишкою та натисніть Ctrl+Enter.