Уклінно просимо заповнити Опитування про фонему Е  


Попередня     Головна     Наступна





ГЛАВА 21


О следовании царском противу поляк войною под Смоленск и о взятии оного со всеми его городами, и всей Белоруссии, Северии и Литвы со многими городами ж. О повоевании Хмельницким в Украйне поляк и о разорении им много в Польше. О смерти Хмельницкого и о избрании на место его сына, Юрия Хмельницкого, в гетманы



Хмельницкий обнародывает присланные от царя жалованные грамоты и извещает государя о замыслах соседних


По совершении всех вышеписанных статей и по утверждении их царскими жалованными грамотами с присланными от гетмана, по удостоении оным быть у царской руки, отправлены в Войско Запорожское, которые, прибыв, привезли то все с собою, и Хмельницкий тотчас обнародовал оное торжественно всему войску своему и потом, что известно ему об умыслах соседственных народов учинилось, немедленно уведомил о том своего государя.





О выступлении царском с войском к Смоленску


Царь Алексей Михайлович, собравшись с силами своими, уповая на Всевышнего, мая 18 числа выступил из Москвы и, вооружась, пошел на польского короля Яна Казимира, где, будучи на том походе, 19 числа из села Воробьева отпустил посланников крымских и присланного от Войска Запорожского до гетмана Хмельницкого, сам /251/ же, следуя походом, прибыл июня в 8-й день в город Вязьму, отколь 10-го числа при выступлении своем из города послал к гетману и всему Войску Запорожскому с жалованьем своим, с золотыми, дворянина Петра Данилова сына Протасьева.





Король польский соглашается с ханом крымским преодолеть черкас под свое владение


Между тем как сведали король польский и хан крымский, что Хмельницкий отдал себя и все свое Войско Запорожское со всею Украйною, и всех живущих в ней обывателей черкаских царю российскому в подданство вечное. Установили сего для они между собою согласный договор и утвердя оный с тем, чтоб, напавши на Россию и на Козаков, повоевать их всех мечом и огнем и, тем их разоря, под свое подданство паки привесть.





О следовании войск российских в Украйну и в Литву


О сем союзе и о умысле польском как государь чрез Хмельницкого уже уведомлен был и, зная, что без войны с ними, а паче за все свои от Польши обиды и за унижение его чести, также и за утеснение православного греко-российского закона, обойтиться невозможно будет, прежде намерения их уже вооружился, и сам, объявя им, противу Польши пошел, как выше сказано, а в Украйну к гетману послал с московскими ж войсками немалыми боярина Василья Васильевича Бутурлина. К чему и Хмельницкий присовокупил к государю из войска своего полки Нежинский и Черниговский и к ним из охочих Козаков, которых всех набралось 8000 человек, над коими шурину своему, нежинскому полковнику Ивану Золотаренке, наказное гетманство препоручил, дав ему булаву и бунчуг и притом пушек довольное число, который с тем пошел на Гомель, а под Смоленск с охочими козаками, брать его, наказной полковник Василий Золотаренко 97.





О взятьи царем города Смоленска


Его царское величество к Смоленску прибыл и 1 июля 5-го дня оный осадил, и доставал его усильно, где также и козаки весьма храбро себя оказали. Они штурмовали, так равно, как и прочие, город, лезли по лестницам на каменные его стены, убивали стоящих людей на оных и сопротивляющихся там войска немецкого. Они метались бесповоротно во внутрь города, что видя, царь, их отвагу возлюбя, жалел о лишающихся, за что удостоивал государь Золота-/252/ренка с старшинами быть у стола своего июля 25 на день тезоименитства царевны Анны Михайловны с прочими боярами, окольничими и с стольниками, так равно и на день Успения Пресвятыя Богородицы, то есть августа 15 числа. А как приступ продолжался ужасный надолго, и видя в городе жолнеры польские и воевода смоленский Филипп Казимир Обухович, и полковник Корф, что осада города и штурмование происходит на них денно и нощно ужасное и с такою беспримерною храбростию и отважностию войска российского, не в состоянии были боле в городе держаться и, по изнеможении сил своих, 10 числа сентября 1655 году сдали царю город свой с договором тем, чтоб все военнослужащие безвредно в Польшу отпущены были, что и исполнено. Город приняли под Российское державство, воеводу с полковником и с гарнизоном отпустили.

По принятии ж города Смоленска от поляк государь пошел 23 числа со стану своего, с Девичей горы, со всеми полками своими следующим порядком:

пред государем были два великие знамя, при которых одном был стольник и воевода князь Андрей Иванов сын Хилков, а с ним головы — Гаврила Федоров сын Самарин и Астафёй Семенов сын Сытин; при другом — стольник же и воевода Данила Семенов сын Яковлев, а при нем головы ж — Володимер Федоров сын Скрябин да Матвей Захарьев сын Шишкин, а за ним следовали полки.

И, приступя под самый город, стал станом против смоленских ворот, сам же быть и осматривать город изволил.





Приношение благодарного моления Вышнему


А 25 числа в постановленной походной церкви Воскресения Христова по литургии о счастливых завоеваниях и одержанных над неприятелем многих победах было благодарственное молебное пение и после того — обеденный стол, за которым удостоены были кушать архиерей, князья, бояре, окольничие, головы государева полку и прибывший под тот случай к государю наказной гетман Иван Золотаренко с товарищи, а 28 числа оставшие начальники обедали у государя ж.





О опровержении костел и освящении церквей и всего города


И как скоро государь Смоленск получил и осмотреть его изволил, во первых, опровергнув в нем костелы польские, превратил их в церкви российские и освятил оные, так равно и весь город при присутствии своем. /253/





О завоевании множества литовских городов


Находящиеся же его величества войска в Белоруссии и в Литве польских и литовских войск везде счастливо преодолевали и множество городов, местечек и протчих мест завоевали, как то: Дорогобуж, Невель, Белый, Полоцк, Рославль, Мстислав, Копыс, Лисну, Друю, Оршу, из-под коего гетмана литовского, князя Радзивила, с войском прогнали и разбили, потом — Глубокий, Озерище, и близ Борисова на речке Шклове паки гетмана Радзивила разбили, взяли 12 полковников, знамя и бунчуг гетманский, 270 человек литовцев со знаменами и литаврами, и сам Радзивил бежал раненый, затем — город Могилев, Усвят и Шклов, потом в Литве ж городы: Горы, Дубровну и Витебск взяли же.





Об определении в Смоленск воевод


При оном месте простоял царь Алексей Михайлович до 5 числа октября, получая также почти всякий день о счастливых успехах от воевод своих вновь из Литвы над неприятелем известия. Между тем, государь определил в Смоленск воеводами боярина и оружейничего Григория Гавриловича Пушкина, окольничего Степана Гаврилова сына Пушкина, Петра Данилова сына Протасьева да дьяка Максима Лихачова и Ивана Степанова, да к ним дворян — Тимофея Федорова сына Караулова, Григория Степанова сына Караулова, Ермолая Никитина сына Челыткина, Афанасья Васильева сына Лазарева и Ивана Маркова сына Поздеева.





Отбыл царь для зимования в Вязьму


И, отбыв государь от помянутого числа, прибыл в 21 день для зимования в город Вязьму, а в Москву за тем не изволил идти, что оказалась там моровая язва, для чего и государыня царица Марья Ильинишна к государю в Вязьму прибыла.

Город же Гомель, хотя долго в осаде держался, но, наконец, видя силы российские, преодолевающие все, сдался Золотаренке, о чем обще с Тимофеем Ивановым сыном Спасителевым 16 числа сентября государя уведомили, и то, что, оставя в нем свой гарнизон, пошли под Быхов Новый, который потом, а с ним еще два города, также взяли, а именно: Чечерск и Пропойск, кроме Старого Быхова, и об оном Его Величеству донесено 29 числа ж; затем, за поздним уже временем, Золотаренко расположил войско свое по становищам, а сам для донесения о своих делах ездил к государю и паки от него к войску своему возвратился. /254/





Царь отбыл в Москву


По утишении язвы в Москве государь со всеми царскими домом своим изволил в Москву февраля 10 дня прибыть и тамо до весны прозимовать.





Домогательство Радзивилово о отобрании городов


Золотаренко ж с козаками своими зимовал в Новом Быхове, а к Старому Быхову пришед литовский князь Радзивил с своим войском, ходил отбирать город Могилев, но ничего не успел. Потом пошел к Новому Быхову доставать Золотаренка с козаками, но и там за потерянием многих людей своих ничего сделать не мог, а оттоль возвратился к Старому Быхову, где жестоко его было атаковали, но, отбившись, счастливо еще возвратился.





Жалованье козакам


Гетман же Хмельницкий в то время, с войском московским и с козаками своими, находился за Киевом под Фастовом, куда козакам от царского величества прислано было в жалованье золотыми копейками, каждая в тридцать копеек *.



* С сего времени начались медные деньги, как то: копейки, денежки и полушки, и возымели хождение свое по повелению царскому равною ценою — копейки с серебряными копейками ж, а денежки противу их в полы, полушки ж в четвертую долю.

Российский же талер битый серебряный, под гербом царским состоящий, ценою ходил в шесть золотых, что составляло до двадцати копеек тогдашних.

Оного году было великое затмение солнечное в Спасов пост на первой неделе в среду.

От сих времен, как то от 1654 году, титул царский писаться начал: «...и Малыя, и Белыя России Самодержец».






Король удалился из Польши


Давно не видала Польша толь многих у себя неприятелей, сговаривающихся низложить оную, ибо и шведы напали во оное же лето и в скором времени овладели не малою частик» Польши, а Ян Казимир, король, видя такое нашествие сильное, и дабы не мог в их руки попасть, оставлен будучи своим войском, принял убежище в область цесарскую, в город главный, и видел, что, хотя не совсем еще неприя- /255/телем покорена Литва, но уже преклоняющаяся под защиту победителя.





О подкупе татар Польшею, чтоб с ними воевать противу России


Гетманы польские, когда сам король шведский Карл Густав на зиму в Польшу вступил, как то в 1655 году, считая по старому уставу, с сентября месяца, послали в Крым к хану с дарами сто тысяч червонных, прося по уставленному между ими договору и дружбе его с ордою на помощь к себе противу Козаков и россиян, пустошить и разорять зимним временем Украйну, но посланный не застал уже хана в живе *. Однако ж того Ислам Гирея хана татары с сыном Мелин Гирей ханом и со многими ордами охотно по тому зву полякам на помощь быть обещались.



* Повествуется о причине смерти сего хана, будто б он имел пленницу из Украйны, которая всегда пить вино ему подавала, и будто б она Хмельницким подкуплена и научена была, чтоб хана оного в пойле ядом отравить.






Россияне пресекают путь татарам


Хмельницкий, уведомившись, что польское войско собирается к Каменцу Подольскому, и что к ним будут на помощь татары крымские и, соединясь под Каменцем, пойдут на Украйну, тотчас, уведомя о том государя, собрал свои козацкие полки и расставил из оных несколько по городам от самой Умани, а сам, с другими и с войсками московскими, над которыми был воеводою Василий Борисович Шереметьев, стал при Ставищах.





Хитрость полковника Богуна противу поляк


В сей самый случай будучи в Калниках, полковник винницкий Богун, возжелав обольстить поляк, послал сего для немедленно до польного гетмана с тем, будто б желал он и с козаками своими поддаться Польше, и для того просил, чтоб шел он скорее к нему без всякой опасности, чем хотел его заманить, чтоб пришел до него малым числом войска своего, и с тем бы удобнее его разбить, а паче, чтоб тем продолжать столько времени, доколе гетман Хмельницкий соберется с московскими и своими силами, что все по намерению его и чинилось. Польный гетман по призыву тому пришел под Межибожье и, став при оном станом своим, послал к Богуну с извещением о прибытии своем и что далее делать спросить велел. Богун же /256/ напротив сего поджидал свои войска и хотел с оными на него напасть. Гетман польный как об оном узнал, тотчас, совокупив силы свои, пошел под Кальник, но там Богуна уже не застал, сего для пошел за ним до Умани и там его, в городе осадя, жестоко взять домогался, точию по потерянии множества людей своих принужден был с досадою отступить и возвратиться обратно.





Шествие Хмельницкого своим на помощь, где поляки его осаждают и с ним сражаются


Собравшись войска польские и соединясь с пришедшими к ним на помощь татарами, прямо пошли от Каменца Подольска и, вшед в Украйну, разоряли. Хмельницкий, слыша о сем, послал противу их наказным гетманом Томиленка с козаками, токмо татары оного разбили. Полковники ж, бывшие с ним, браславский Зеленский, винницкий Богун, поднестровский Гоголь, с козаками ж до Умани убежали, где их поляки с татарами жестоко осадили. Но как скоро услышали, что Хмельницкий уже с войсками российскими и с козаками идет своим на помощь, оставили Умань, и все силы польские и татарские противу его двинулись и между Ставищами и Охматовым в поле осадили (которое место после победы Дрыжыполем прозвалося), и не дали ему соединиться с теми козаками. А как Хмельницкий без оных противу их не весьма силен был, а паче тем, что в самом пути напали вдруг и нечаянно, и так жестоко, что не только их прогоняли, но и во весь обоз их драгуны ввалились и пушками было овладели, точию козаки, тотчас исправившись, все единодушно с московским войском на поляк и татар ударили, и так ожесточившись с ними дралися, что даже, наконец, и дреколием драгун из обозу выгнали, и столько поляк побили, что весь свой обоз как валом из телов мертвых оклали; которая ужасная битва продолжалась во весь день, пока ночь оную воспрепятствовала и успокоила биющихся от трудов их. Точию козаки и все войско московское находились тут в великой тесноте и нужде: они не могли иметь ни воды, ни дров, ниже корму лошадям, кроме стужи и снегу, и тот был смешен с кровию.





На другой день вторичное сражение


В наступивший же день паки поляки и татары с ними в брань вступили и во весь день производили битву и сечу велику, так, что от меча и огня бесчисленное множество пало воинства с обеих сторон, от чего приходили уже в немалое изнеможение, но наступившая ночь все то сократила. При таком ужасном побоище невозможно было исчислить побитых людей, но всяк должен был содрогаться, видя человеческую кровь, текущую ручьями. Точию при всем том царское войско поляк одолевало, и тем пехоты их мало что осталось. /257/





Хмельницкий на третий день, пробившись сквозь поляков, к своим приходит


Во утренний же день увидел Хмельницкий, что поляки и татары его обступают, тотчас все войско свое и обоз изрядным и оборонительным порядком устроил и ударил оным на поляк проломом так сильно, что, пробившись сквозь их, пошел до Охматова, противу чего уже поляки устоять не могли, но принуждены были дать ему дорогу.





Хмельницкий освобождает своих в Охматове и располагается на зимовье


Дошед же Хмельницкий до Охматова, освободил оттуда Пушкаренка с его пехотою и, с ним соединясь, пошел под Буки, где обретши пять козацких полков, куда и из Умани к нему козаки ж пришли, с оными Хмельницкий хотел за поляками идти, но уведомился, что поляки чрез Бог-реку пошли восвояси, отменил сего ради тот поход, а вместо того расположил на великий пост войско свое для отдохновения по становищам до весны надходящей.





Татары берут в плен


Татары ж принуждали поляк, чтоб шли с ними к Днепру ради взятия полону, но поляки, утрудившиеся и ради изнеможения сил своих, от того походу отреклися, а только дозволили им, где могут, брать людей в плен в награждение за вспомоществование их, что татары и учинили и немалое число плена с собой в Крым отвели.





О следовании сил российских в Польшу


По известиям от Хмельницкого государь послал к Белой Церкви для усильнейшего действия противу неприятеля с войсками своими боярина и дворецкого, воеводу Василья Васильевича Бутурлина и воеводу ж, стольника князя Григорья Григорьева сына Ромодановского с товарищи, а из Белой Церкви идти им обще с гетманом Хмельницким и со всем Войском Запорожским на польские и литовские города для военного действия ж, в которое время при взятье города Люблина весьма много поляк побили, а под городом Гроднею двух гетманов польских с войском разбили. /258/





Следование самого царя в Литву. Калмыки в подданство российское приходят. Царь повоевал всю Литву


Сам же его царское величество марта 11 числа изволил из Москвы последовать в поход до Смоленска и, будучи на пути, 28 числа из Астрахани государь получил ведомость, что калмыцкие князья и со всеми калмыками своими ему, государю царю, в подданство отдались и в том присягою утвердились, а 31 дня марта в город Смоленск прибыть изволил и, пошед сам с войсками своими, где был с козаками и наказной гетман Иван Золотаренко с братом своим Васильем, также и донские козаки, воевал во всей Литве, взял Борисов и Минск, а калмыков послал из Астрахани с силами ж противу Крыму. В Литве одержал он многие города и местечки и получил великие добычи, а паче козаки.





О разбитии сил польских и литовских


Противу которых сил вооружились было гетманы князь Радзивил и Гонсевский с войсками своими и, сразясь с оными, производили с разным успехом битву, которая простиралась до Березы-реки, где при городе Шклове, как бурливым ветром прах развеян, так сила российская воинство польское с Радзивилом и Гонсевским разбила и разогнала, что едва и. сами гетманы бегством себя спасти могли, и тем государь даже и мятежников литовцев усмирил, Вильню, столичный город Великокняжества Литовского взял, потом и Ковны одержал.





Хмельницкий, вошед в Польшу, брал города и опустошил не мало земли


Гетман же Хмельницкий в то время с войсками своими и московскими под Львов и Замостье ходил и, осадя оные, так равно и другие города, в коем числе и Люблин, взял и опустошил там не мало земли, чему супротивляться не могли силы польские, потому что короля у них в королевстве тогда не было, а прочие войски были разогнаны, в коем числе и сам гетман литовский Радзивил, как выше сказано, из Вильны был уже выгнан и принужден отдаться для некоторой зашиты, шведскому королю со всем своим гетманством и войском литовским.

По сих походах и сражениях Хмельницкий возвращался в Малороссию и остановился тамо на урочище Озерной Стрелке. Там мимо шел хан крымский на помощь полякам, чтоб им паки воевать с Великою и Малою Россиею. Тогда Хмельницкий, вдруг напав на не-/259/го, большую часть войска его побил и победителем на месте сражения остался. Имел потом с ханом изустные переговоры, укорял о непостоянстве и злости духа татар, и о прочем.





Царь, повоевав Литву, поставил там своих воевод, а сам возвратился в Москву


В Вильне ж государь поставил воеводу, так равно и в других городах литовских, даже за Смоленск, по всем там малым и великим городам, а наипаче над посполитыми, где были и прежде воеводствы, как-то: в Вильне, который после разорен, Полоцке и Минске. Чрез оную войну государь всю Литву, Белую Русь и более двух сот мест, кроме Слуцка и Старого Быхова, завоевал, Витебск вырубить велел и, расположа войско свое по оной и Повенцу, возвратился по сем зимовать паки в Москву.





Иван Золотаренко кончает жизнь свою под Старым Быховом


Оный Старый Быхов осажал войском своим наказной гетман Иван Золотаренко, но во время штурмования и вылазок подстрелен он на лошади из ружья в ногу, от чего при Быхове и умер. Однако ж город силою взяли.





О замешательстве козачьем по смерти Золотаренка


Когда ж по смерти его, Золотаренка, тело повезли уже в Нежин *,



* Неизвестный писатель малороссийской истории пишет о сем, что он, будучи и при погребении сам тому свидетель, что тело нежинского полковника Ивана Золотаренка отвезено было от Быхова в Нежин, где стояло в церкве почти во весь Филиппов пост, а оттоле, за неделю праздника Рождества Христова, отвезли в город Корсун и поставили в церкви Николая Чудотворца. И в самый праздник Рождества Спасителя для выноса из оной в построенную им, Золотаренком, в городе церковь же во имя Рождества Христова собравшиеся нежинские священники с протопопом, с игуменом Дионисием и с двумя диаконами, всего девять человек, отслужили собором обедню, в которую собралось, для смотрения оного выноса и погребения, премножество народа, и в самое то время, как запели «Буди имя Господне благословенно отныне и до века», священник закричал из царских врат, что Церковь загорелась, и вдруг и сказанный в церкви огонь оказался. Услышав о сем народ и видевши уже оный, вдруг бросился из церкви, которая была только о западных дверях одних, и так стеснился во оных, что не можно им всем было продраться; огонь же, усилившись, пожрал тут всех и церковь, где сгорело людей числом 432 человека, в том числе два брата свя-/260/щенников, от чего вместо радостного торжествования празднику редкий кто б в городе не пролил слезы и не рыдал по своих родственниках, погибших так скоро, как то: многие родители о детях, а дети о родителях, жены о мужьях, мужья о женах, братья и сестры о кровных и свойственники о своих. Нет возможности об оной жалости довольно описывать, как там в такое короткое время учинилось. По сгорении ж всей церкви труп Золотаренков отыскан, но происходил, как обыкновенно от давно лежалого и обгоревшего тела, не малый смрад от оного, и взят братом его в дом свой, который сделал, по желанию своему, в церкви Рождества ж Христова ему погребение, однако и там церковь два раза загоралась, доколе то погребение отправилось.




то чрез короткое время по нем взбунтовались многие козаки против своих начальников и хотели старшин своих побить. Точию начальники, вооружась, многих их порубили в то самое время, когда они, напав на обоз купеческий, состоящий с вином, грабили и перепились пьяными, а зачинщиков всех перевешали. Оставшие ж уже не могли в город Быхов ворваться, ниже в осаде его держать, а посему пошли в Украйну свою, оставя только полковника Нечая, которой в тамошнем могилевском повете и по иным городам, даже по Гомель, с войском своим стоял и город Быхов под свое управление взял.





В оном 1656-м году царь на шведа пошел в Ливонию


В 1656 году, когда король шведский Карл Густав перенес военное позорище свое в Пруссию, государь царь Алексей Михайлович пошел противу шведов в Ливонию, то есть в Лифляндию, и, следуючи туда, во Пскове мятежников усмирил и покорил паки под свою власть. В Ливонии ж замки Дерпт, Кампенгаузен и другие замки взял и гарнизоном своим их снабдил, силу шведскую в Ригу вогнал, куда и сам дошед, оный осадил. Но за изменой чужестранных офицеров и солдат, а потому и за крепким его укреплением и за великим в нем гарнизоном, а паче за недостатком для войск своих съестного запаса, притом и за поздним уже осенним временем отступил государь от города и возвратился восвояси.





О установлении мира между Россиею и Швециею


В оном лете в Вильне был учрежден конгрес, в котором были от России, от шведов, от поляк и от Малой России с посредственниками между ними от цесарской стороны послы, где чрез то Россия со шведами примирилась, а Польша к миру еще не приступала 98.





Начало болезни Хмельницкого. Хмельницкий посылает свое последнее благодарное писание к царю


Хмельницкий же, ослабев своим здоровьем, находился во оное время и с козаками своими в Украйне, не имея ни от кого на себя /261/ нападения, а оберегал только свои границы. Но почувствовал в себе от дня до дня свое изнеможение, для чего, предупреждая иногда кончины своей, вознамерился, как может быть, последнюю свою принесть благодарность государю своему за вся его ко всей Малой России великие милости и благодеяния, прибыл в город свой Чигирин и, по отправлении некоторых войсковых и всяких государственных для общенародной пользы дел с ближним его царского величества боярином Бутурлиным, в 1656 году написал обще от всей обосторонней реки Днепра Малой России грамоту к его царскому величеству и послал, благодарствуя за освобождение Малой России от египетского ига польского и за приятие Украйны под крепкую свою высокомонаршую руку в протекцию, желая и прочих княжений, его ж величеству наследственных, скорого привращения к Великой России, яко то: Волыни, Покутии, Полесия и прочих многих российских земель, досель поляками владеемых, купно же и моля, дабы Малая Россия при целости вольностей своих в непременной милости высокомонаршей всегда благонадежно пребывала.





Хмельницкий соглашается — быть князю Ракоцию в Польше королем. Хмельницкий посылает войско на помощь союзникам своим против Польши


С сих времен гетман Богдан Хмельницкий никуда на войны не ходил, только, по прошению, согласился с Ракоцием, князем венгерским, и королем шведским Карлом Густавом с тем, чтоб Ракоцию быть неотменно королем польским, для чего в ту ж зиму Ракоций из Седьмиградского, так равно и король шведский, двигнулись с силами своими и с вспомогательным войском брандебургским в самую средину Польши. К чему и Хмельницкий послал от себя к ним в помощь, за болезнию своею, под предводительством Антона Адамовича, полковника киевского, многочисленного войска малороссийского козацкого со всяким воинственным снарядом, с которыми собравшись при горах за городом Самбором, отколе шел Ракоций, взяли оба столичные города польские, как то Краков и Варшаву, и тамо бесчисленную казну, драгоценные королевские, церковные и знатных людей сокровища и, несметные корысти получа, опустошали Польшу до самых прусских границ, что продолжалось с самой зимы почти во все лето. Однако ж об оном требуемом вспомогательстве Хмельницкий доносил своему государю, царю Алексею Михайловичу. /262/





Король польский пишет к магнатам своим в Польшу, чтоб просили хана на союзных неприятелей своих. Король возвращается в Польшу. Королевское писание к Хмельницкому. Ракоциево прошение к Хмельницкому о вспомоществовании ему войском. Король шведский удаляется из Польши. Ракоция поляки берут в плен. Посланные от Хмельницкого в помощь Ракоцию козаки возвращаются в Украйну. Хмельницкий посылает еще войско на помощь своим, но оные возвращаются чрез непослушание свое противу старшин


О таковом усильном нашествии неприятельском и великом разорении от союзного войска Польше и от внутреннего мятежества и непрестанных нападений со всех сторон слыша, король Ян Казимир, что сверх того князь Ракоций с венгерским, шведским и малороссийским войсками и мятежниками, домогаясь получить польской короны, писал к своим магнатам, советуя, чтоб приложили старание к отвращению видимой гибели всего государства, дабы послать еще в Крым до хана и просить его помощи, почему и обещал хан прислать орды с султанами и мурзами своими к ним чрез молдавскую землю. По сему, не умедля, и король сам возвратился в Польшу и обще с сенаторами своими, где б ни услышали о войсках своих, давали им знать и повелевали, чтоб они немедленно собирались к своему государю. По чему жолнеры, хотя которые у короля шведского и князя Ракоция при границах цесарских были, все к королю своему собралися. При чем король писал от себя грамоту и к Хмельницкому, дабы он прежде им самим разоренному отечеству Короны Польской, а ныне венграми и шведами крайне разоряемому, помощию от себя не учинил конечного падения. В то же время и от Ракоция пришли к Хмельницкому просительные письма, прося о продолжении его войсками в вспомоществовании ему. Но король шведский, слыша о усильном вспоможении, дающемся от крымского хана, пошел с войском своим в Пруссию, что видя, козаки, отяготившись добычью, обратили путь свой в Малороссию, для чего принужден за ними и князь Ракоций следовать, потому что татары уже путь его от гор заступили. Орда же, соединясь с войском коронным, пристигши Ракоция при городе Межибожье, осадили, и взяли его в полон поляки. Козаки ж пошли отступно на Украйну, которым в помощь и просителям союзным, слыша Хмельницкий, что орда опять из гнездища своего вышла, за одержимою болезнию своею, послал несколько тысяч своего войска под предводительством сына своего Юрия Хмельницкого, наказного гетмана, который, пришед к Ташлыку, там остановился, и, разсдорившись козаки между собою, возволновались и не пошли далее, /263/ но возвратились назад, не слушая своих начальников, ниже наказного гетмана своего Хмельницкого, по молодости лет его.





Ракоций принужден платить Польше за убытки ее


Ян Казимир, получа Ракоция пленного, принудил его со стыдом просить мира и свободу себе, обещать несколько бочек золота ему за разорение его, причиненное Польше, почему и отпущен.

Богдан же Хмельницкий за то непослушание и самовольство козацкое, что не повиновались с сыном его Юрием дале в поход идти и что усильно возвратились назад, за болезнию своею и слабостию наказать виновных и исправить того на прежнюю степень не мог, но оставить принужден был до будущего состояния его.





Угрожение римского императора и турецкого султана всей Малой России войною за избирательство ее на польский престол российского наследника


При том в то ж самое время известился он, что цесарь римский Фердинанд III, и султан турецкий Ибраим, грозил ему и всей Малой России войну, по причине, что король польский, Ян Казимир, приметив, что подданные его правлением недовольны, и слыша от сенаторов и вельмож польских, что они единогласно все с Посполитою Речью польскою постановили и утвердили уже между себя, чтоб царя или царевича российского, Алексея Алексеевича, на престол королевства польского возвесть, то и он, король, сам якобы на то принужден был склониться в пользу самой Польши, для несчастливого ее тогдашнего времени.





Император и султан чрез хана устрашают Хмельницкого, чтоб он неотменно Малую Россию доставил по прежнему Польше


О чем цесарь и султан известие имея, крайне опасались, дабы толь сильные народы, российский и польский, во едино не совокупились и не были им вредны, и того ради, согласив цесаря письменно, султан турецкий чрез хана крымского стращал гетмана Хмельницкого яко мира ненавистника и виновника злу сему, дабы он приведенную им в подданство монарху всероссийскому Малую Россию паки возвратил Польше; буде же того не сделает, то они и память всей Малой России истребят, думая, что Хмельницким подданство свое под Российскую державу нарочно для того и учинено, дабы поляки российского царя или царевича воспреемником польского скипетра избрали. /264/





О вышеписанном устращивании доносится царю


Но Хмельницкий, не думая учиненной им присяги нарушить и верности своей к монарху всероссийскому оставить, донес о том государю, и потому приняты были с российской стороны надлежащие меры, и сопределенные с Польшею и Турциею места приведены в оборонительное состояние.





Для всей Малой России назначается от Польши граница


В то же время присланы требованные Хмельницким от Польши комиссары, Мясковский и Кисель, для отводу новых украинских границ, кои и учинены: от устья Днепра, мимо Очакова, по Днестру до Покутья, а оттуда до рек Орели и Припети, к городу Быхову, чрез . Днепр над рекою Сожею, под город Рославль, а от устья Днестра до Лимана, и чтобы по Днестру — Днепру в Черное море свободный был россиянам проезд.





Ослабевши здоровьем, Хмельницкий, собрав войско свое, благодарит их за их услуги, труды и послушание, препоручает им своего сына и приказывает им выбрать на место свое гетмана. Войско избирает сына его, Юрия, в гетманы. Богдан Хмельницкий дает сыну наставление и препоручает ему клейноты гетманские


Вскоре по сем Хмельницкий, утомленный подвигами войны и от времени до времени ослабевая в здоровье, почувствовал приближающийся конец достохвальной жизни своей, и для того заблагорассудил уведомить о сем войско, дабы они заблаговременно могли себе избрать единомышленно гетмана, к чему признавал достойными полковников Тетерю, Пушкаря и прочих, а сына своего, яко малолетнего, не находил к тому способным. И потому приказами своими созвал старшину генеральную, полковников, сотников и всю, как полковую, так и сотенную старшину, и все козацкое войско в Чигирин августа к 6 числу 1657 года и, не в состоянии уже будучи сам ходить, от старости и болезни своей, велел себя привесть в собрание и, став посреди круга, в краткой, но сильной, говоренной им, речи, во-первых, припомнил вообще прежние бедствия и нестерпимые от поляков чинимые народу малороссийскому обиды, от которых потом, милостию Божиею, мужеством их, Козаков, а предводительством его самого, Хмельницкого, соделавшееся от ига польского избавление не без великих в том трудом последовало. Потом всему войску мало-/265/российскому за храбрость в сражениях с поляками, венграми, мунтянами, татарами и шведами, а именно тридцати четырех счастливо отправленных, и за послушание их ему, яко начальнику своему, да и за самый уряд свой гетманский благодарил. Между тем, сожалел, что не дал Бог войны той с поляками, как желалось ему, совсем окончить, понеже (как он говорил) крайне было должно Волынь, Покутье, Подолию и Полесье, ныне поляками владеемые, и в тех землях народ малороссийский благочестивый, к унии принуждаемый насильно, оружием нашим от ига польского избавить, и все то, чем прежде великие князья великороссийские и самодержцы наследственно владели, к самодержавию всероссийскому паки присовокупить 99. Напоследок спрашивал всех, кого желают они себе по нем иметь гетмана? Ибо он чувствует, что скоро умрет. При чем поручил войску сына своего Юрия и повелел себя похоронить не в Чигирине, но в своей отчине, Суботове, при созданной им каменной церкви. На вопрос о преемнике Хмельницкого все войско малороссийское со всею старшиною единогласно подтвердили Юрия Хмельницкого, еще в молодых летах тогда бывшего, во мзду заслуг отцовских, быть гетманом. Умирающий Хмельницкий, видя общую к себе и сыну своему всего народа любовь, со слезами радости, благодаря всех за оную, призвал сына своего и, учиня пристойное в оной должности наставление, вручил ему клейноты его царского величества — булаву, бунчуг, знамя и прочее, по совершении ж всего сего отвезен он в дом и вскоре потом умре к неописанной всех печали.





Кончина гетмана Богдана Хмельницкого. Погребение Богдана Хмельницкого


Кончина ж Богдана Хмельницкого воспоследовала в день Успения Пресвятыя Богородицы, то есть августа 15 числа 1657 году, и погребен в Суботове того ж месяца пред первым числом сентября, или Нового лета, в воскресение, при котором погребение премножество народа было, а паче военных людей, которые отдали, при сердечном сожалении, достойную последнюю честь ему. /266/





Восстало желание старшин быть гетманом. Молодой Хмельницкий пред Радою отказывается от уряду гетманского. Все старшины отказываются от своего начальства. Усильное прошение козацкое, чтоб быть гетманом Хмельницкому. Хмельницкий от того паки отрекается. Козаки усиливаются прошением. Хмельницкий принимает на себя только звание гетманское. Козаки Виговского управителем гетманским поставляют. На сие следует хитрость Виговского. Приговор старшинский, как ему титуловаться. Виговский отдаляет Хмельницкого в училище


По смерти ж и погребении Богдана Хмельницкого восстала зависть в старшинах. Почти каждый льстился быть гетманом, для чего вздумали они стараться, как бы молодого Хмельницкого от оного чина отвесть, а доставить такому, который бы ту должность исправлять и снесть с успехом в состоянии был. Чего ради начали советовать молодому Юрию, во время собрания Рады от выбора его в гетманы отрекаться и отговариваться от уряду того молодыми летами своими, а когда достигнет совершенных лет своих, тогда в силах будет управлять оным. В сем замысле более вс.ех старался генеральный писарь Иван Виговский, под видом тем, так как свойственник его, советует ему к его лучшему, чтоб он весьма не брал на себя того ига по многотрудном правлении оном. Хмельницкий, слыша таковое себе представление, поверил, по молодости своей, согласился отказываться от затруднительного такого чина и должности, которого, как ему заподлинно воображалось, не снести. Старшины в сей надежде тотчас созвали Раду во двор его, но таких более людей, которые были согласны тем, кои желали того начальства, и, затворя ворота, не впустили многого числа Козаков. Хмельницкий тут вышел из своих покоев и, став пред Радою, или войском, тех благодарил им за ту честь, которую отец его и они препоручали ему, положил пред ними булаву и бунчуг гетманские, сказав при том, чтоб они выбрали в тот чин себе другого, какого они, по желанию своему, изобрать могут, а себя он во оном находит еще неспособным, и с тем отошел от них в свой покой. Виговский тут, также поблагодарив войску за чин свой писарский, от оного отказался, так равно судья Григорий Лесницкий от судейства и обозный Носач Корсунский от обозничества своего с благодарностию отреклися, почему булава и бунчуг лежащие оставлены были посреди Рады. Оставшие ж тут начальники почти каждый к принятию тех клейнот гетманских называлися и достоинство то принять на себя желал. Точию войско, которое не знало умысел старшин тех, к тому не дозволяло. Для чего, по обычаю войсковому, чрез есаула до несколько раз спрашивано, кого войско желает себе гетманом и кому препоручает сие правление? На сие все те, /267/ находящиеся тут, кои были благосклонны к имени Хмельницкого, а паче посполитые и козаки, едногласно кричали, чтоб был гетманом их сын Хмельницкого. Они презирают молодость его, но просят и желают быть ему на место отца своего за все его услуги к ним. На оное Хмельницкий паки отрекался молодостию своею, а паче печалию о лишении отца своего, и что лета его еще не дозволяют столь знатный чин принять на себя, и оным великое такое войско управлять, по молодости, не в состоянии, а всего более, чтоб Украйна быть могла в покое. Точию все войско, а паче посполитые, извиняли его молодость и просили неотменно, чтоб он конечно принял то достоинство на себя, хоть для той славы, что Хмельницкий у них гетман и управители войска и сотники те ж, которые были при покойном отце его, как то: Виговский писарем, Носач обозным, судьею Григорий Лесницкий и прочие все полковники, так равно и сотники, и те б управляли войском, коим покойный отец его пред кончиною своею им в опеку его поручил. Однако Виговский, как первый желал то достоинство себе неотменно, с товарищами своими весьма Хмельницкого от того отводил и советовал, чтоб он конечно чина того на себя не принимал, представляя ему при том разные, для него могущие быть, затруднения, почему Хмельницкий усильно отрекался, чтоб его от того освободили. Токмо козаки не хотели его от уряда того уволить, напоминая славные дела и благодеяния к ним и всей Украйне, сделанные отцом его, просили сего ради неотступно, чтоб он был на оном уряде неотменно и принял бы булаву и бунчуг в свои руки с тем при том объявлением, что когда б войску в поход куда идтить, то б Виговский тогда булаву и бунчуг принимал из рук его, со оными следовал бы и повелевал при войске по своему распоряжению, а при возврате по-прежнему ему вручал. По такому для него выгодному представлению и по усильной просьбе Хмельницкий все оное принял, и тем обнародован гетманом. Токмо Виговский устами от того отговаривался, а духом искал, как бы ему настоящее гетманство себе похитить. Просил при том войско, чтоб извинили его в том на сей случай, а дали б ему наперед сроку подумать об оном на три дни, то есть до середы, в чем войско и согласилось. Когда ж пришел тот уреченный день, козаки паки собрались к Хмельницкому и все их начальники, и сколько могло вместиться в двор черни. Тут начали о том же препоручаемом правлении рассуждать, и точно, как прежде, сотники с чернью присоветовали, чтоб быть знакам гетманским при Юрье Хмельницком, и дабы он их Виговскому тогда только из своих рук препоручал, когда будет с войском куда идти, а возвратясь, по-прежнему бы Хмельницкому вручал. Точию хитрость латынская и непостоянство польское сыскали вылазку, которою бы похитить уряд гетманский, ибо представил себя Виговский полковникам и сотникам, и всему войску, будто б склонился только на усильное прошение козацкое и повинуется по желанию их, что он приемлет тот труд на себя, который налагает на него войско. Ток-/268/мо при том спрашивает и требует себе наставления, как ему в то время, когда он при войске и войсковой печати с знаками гетманскими находиться будет, себя титуловать и подписывать на листах, понеже Хмельницкий в доме оставаться будет, и потому подписывать на листах и универсалах о войсковых делах и распоряжениях ему будет не можно и не следует? На сие присудила вся старшина, не проникнув польскую хитрость в Виговском, и дозволили все вообще подписываться ему и титуловаться тако: «Гетман на тот час войска Малороссийского», что получа, Виговский, тотчас Юрия Хмельницкого отдаля в училище, клейноты гетманские к себе забрал и начал быть в образе действительного гетмана.


Примеч. От 1657 году был в Киеве митрополит Дионисий Балабан.



















Попередня     Головна     Наступна


Етимологія та історія української мови:

Датчанин:   В основі української назви датчани лежить долучення староукраїнської книжності до європейського контексту, до грецькомовної і латинськомовної науки. Саме із західних джерел прийшла -т- основи. І коли наші сучасники вживають назв датський, датчанин, то, навіть не здогадуючись, ступають по слідах, прокладених півтисячоліття тому предками, які перебували у великій європейській культурній спільноті. . . . )



 


Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть ціле слово мишкою та натисніть Ctrl+Enter.

Iзборник. Історія України IX-XVIII ст.