Опитування про фонему Е на сайті Ізборник  


[Григорій Сковорода. Повне зібрання творів: У 2-х т. — К., 1973. — Т. 1. — С. 154-200.]

Попередня     Головна     Наступна         Примітки





НАРКІСС
РАЗГЛАГОЛ О ТОМ: УЗНАЙ СЕБЕ


ПРОЛОГ


Сей есть сын мой первородный. Рожден в седмом десяткЂ вЂка сего. Наркісс нарицается нЂкій цвЂт и нЂкій юноша. Наркісс — юноша, в зерцалЂ прозрачных вод при источникЂ взирающій сам на себе и влюбившійся смертно в самаго себе, есть предревняя притча из обветшалыя богословіи египетскія, яже есть матер еврейскія. Наркісов образ благовЂстит сіе: «Узнай себе!». Будьто бы сказал: хощеши ли быть доволен собою и влюбиться в самаго себе? Узнай же себе! Испытай себе крЂпко. Право! Како бо можно влюбитися в невЂдомое? Не горит сЂно, не касаясь огня. Не любит сердце, не видя красоты. Видно, что любов есть Софіина дщерь. ГдЂ мудрость узрЂла, там любов сгорЂла. Воистину блаженна есть самолюбность, аще есть свята; ей свята, аще истинная; ей, глаголю, истинная, аще обрЂла и узрЂла едину оную красоту и истину: «ПосредЂ вас стоит, его же не вЂсте». / 12 /

Блажен муж, иже обрЂте в домЂ своем источник утЂшенія и не гонит вЂтры со Исавом, ловителствуя по пустым околицам. Дщерь Саулова Мелхола, из отчаго дому сквозь окно разсыпаюшая по улицам взоры своя, есть мати и царица всЂх шатающихся по околним пустыням во слЂзд безпутнаго того волокиты, кого, как буйную скотину, встрЂтив, загонит в дом паетырь наш. Куда тя бЂс женет? «Возвратися в дом твой!»

Сіи суть Наркіссы буіи. А мой мудрый Наркісс амурится дома, по Соломоновой притчЂ: «Разумив праведник, себЂ друг будет».

Кто-де прозрЂл во водах своея тлЂни красоту свою, тот не во внЂшность кую-либо, ни во тлЂнія своего воду, но в самаго себе и в самую свою точку влюбится. «Стези твоя посредЂ тебе упокоиши».

Наркісс мой, правда, что жжется, ражжигаясь угліем любви, ревнуя, рвется, мечется и мучится, ласкосердствует, печется и молвит всЂми молвами, а не о многом же, ни о пустом чем-либо, но о себЂ, про себе и в себе. Печется о едином себЂ. Едино есть ему на потребу. Наконец, весь, аки лед, истаяв от самолюбнаго пламя, преображается во источник. Право! Право! Во что кто влюбился, в то преобразился. Всяк есть тЂм, чіе сердце в нем. Всяк есть там, гдЂ сердцем сам. / 21 /

О милая моя милосте, Наркіссе! НынЂ из ползущаго червища востал еси пернатым мотыликом. НынЂ се воскресл еси! Почто не преобразился еси в ручай или поток? Почто не \155\



Сторінка автографа вступу до діалога «Наркісс». \156\



в рЂку или море? Скажи мнЂ! ОтвЂщает Наркісс: «Не дЂйте мене, добро бо дЂло сотворих. Море из рЂк, рЂки из потоков, потоки из ручаев, ручаи из пары, а пара всегда при источникЂ сущая сила и чад его, дух его и сердце. Се что люблю! Люблю источник и главу, родник и начало, вЂчныя струи, источающее от пары сердца своего. Море есть гной. РЂки проходят. Потоки изсихают. Ручаи ищезают. Источник вЂчно парою дышет, оживляющею и прохлаждающею. Источник един люблю и ищезаю. Протчее все для мене стечь, сЂчь, подножіе, сЂнь, хвост...» О сердце морское! Чистая бездно! Источниче святы! Тебе единаго люблю. Ищезаю в тебе и преображаюся... Слышите ли? Се что воспЂвает орлій птенец, орлія матери феваідскія премудрости!

ЛицемЂры и суевЂры, слыша сіе, соблазняются и хулят. Во источник преобразитися? Како могут сія быти? Не ропщите! Вельми легко вЂрующему, яснЂе скажу, узнавшему в себЂ красоту оную: «Пара бо есть силы божія и изліяніе вседержителя славы чистое».

Лучше-де было ему преобразитися во злато, или во драгоцЂнный камень, или... Постойте! Он самое лучшее / 22 / нашел. Он преобразуется во владыку всЂх тварей, в солнце. Ба! Раз†солнце и источник есть то же? Ей! Сонце есть источник свЂта. Источник водный источает струи вод, напаяя, прохлаждая, омывая грязь. Огненный же источник источает лучи свЂта, просыщая, согрЂвая, омывая мрак. Источник водный водному морю начало. Сонце есть глава огненному морю. Но како-де могут сія быти, дабы человЂк преобразился в сонце? Аще сіе невозможно, како убо глаголет истина: «Вы есте свЂт мыру, сіесть сонце».

О лицемЂры! Не по лицу судите, но по сердцу. Ей! Сонце есть источником. Како же не и человЂк божій сонцем? Сонце не по лицу, но по источничей силЂ есть источником. Тако и человЂк божій, источающій животворящія струи и лучи божества испущающій, есть сонцем не по сонечному лицу, но по сердцу. Всяк есть тЂм, чіе сердце в нем: волчее сердце есть истинный волк, хотя лице человЂчее; сердце боброво есть бобр, хотя вид волчій; сердце вепрово есть вепр, хотя вид бобров. Всяк есть тЂм, чіе сердце в нем. Но лицемЂры бодут рогами упорно. Да будет-де сіе тако здраво! Обаче-де человЂку преобразитися в лицо сонцово отнюдь невозможно. Лице-де и сердце разнь... Право, право судите! И я сужду: отнюдь невозможно. / 31 / Да и кая полза? Вид бобров не творит волка бобром. О глухіи лицелюбцы! Внемлите грому сему: «Плоть ничто же, дух животворит».

И сего ли не вЂсте, яко вид, лице, плоть, идол есть то же и ничто же? Не вЂсте ли, яко мыр сей есть ідол поля Деирскаго? Сонце же истукану сему есть лице его и златая глава \157\ его, и се суета сует! Даніил не кланяется, а Наркісс не любит его. Мыр есть улица Мелхолина, блудница вавилонска, бЂсноватое море, а Даніил и Наркісс в горящих сих адских водах узрЂли любезную свою милость. Кую? Росоносный источник и истое сонце, как написано: «Дондеже дхнет день», сирЂчь сонце. «ГдЂ почиваеши? Яви мнь зрак твой». «О блага мудрость есть человЂку, паче же видящим сонце».

Благодареніе убо блаженному богу. Сія есть неизреченная его милость и власть, сотворшая безполезное невозможным, возможное полезным. НынЂ мой Наркісс преобразится во истое, не в пустое сонце. Вопрос от лицемЂров: «Что се? Тако ли в сонцЂ едином два будут сонца?» ОтвЂт: «А гдЂ же ваши уши тогда, когда громчайшею трубою небеса проповЂдуют: «В солнцЂ положи селеніе свое?».

Видите, что во златой гла†кумира вашего, мыра сего, и во Вавилонской сей пещЂ обитает и субботствует свЂт наш незаходимый и не ваше мрачное, но наше сонце прославляется слЂдующею трубною пЂснею: «Источник исхождаше и напаяше вся». / 32 /

Но оставим, да лицемЂры мучатся во огненном их своем озерЂ. Самы же со Ізраилем да прейдем на ону страну моря, по совЂту Варухову: «Кто прейде на ону страну моря и обрЂте премудрость? Тамо рай». Тамо амурятся всЂ узнавшіи себе Наркіссы. Се первый встрЂчает нас возлюбленный Давид, воспЂвая пЂснь свою: «У тебе источник живота. Во свЂтЂ т[воем] узрим с[вЂт]».

Оставайтеся, лицемЂры, с наличным вашим сонцем. Мы в дурном вашем сонцЂ обрящем новое и прекрасное оное: «Да будет свЂт!» «Да станет сонце! И утвердися сонце».

Се за стЂною и за предЂлами вашими встрЂчает нас, одЂяйся свЂтом вашим, яко ризою! Се возглашает к нам: «Радуйтеся!» «Дерзайте! Мир вам! Не бойтеся! Аз есмь свЂт! Аз свЂт сонцову кумиру и его мыру». «Жаждай да грядет ко мнЂ и да піет!»





ЧУДО, ЯВЛЕННОЕ ВО ВОДАХ НАРКІССУ


Скажи мнЂ, прекрасный Наркіссе, во водах твоих узрЂл еси что ли? Кто ли явился тебЂ в них?

ОтвЂт. На водах моих восплыло елиссейское желЂзо. УзрЂл я на полотнЂ протекающія моея плоти нерукотворенный образ, «иже есть сіяніе славы отчія». «Положи мя яко печать на мышцЂ твоей». «Знаменася на нас свЂт». Вижу Петра вашего гавань: «землю посреди воды, словом божіим составленну». Я вижу моего / 41 / друга, друга Исаина сего: «Царя со славою узрите, и очи ваши узрят землю издалеча». \158\ Волшебница — плоть моя явила мнЂ моего Самуила. Сего единаго люблю, таю, ищезаю и преображаюся. В протчем от египетскаго взглянем на еврейскія Наркіссы. Вот первый нас встрЂчает: «Ревнуя, поревновах по господЂ бозЂ...» Вот вторый: «Душа моя изыйде во слово твое», то есть преобразуется. Вот еще тебЂ Наркіссы: «Се вся оставихом и вослЂд тебе идохом». А Давид не истинный ли есть Наркісс? «Ищезе сердце мое и плоть моя». «Ищезоша очи мои во спасеніе твое». «Когда прійду и явлюся лицу твоему?» А се не точный ли Наркісс? «Мыр мнЂ сраспяся, и аз мыру». «Не живу аз, но живет во мнЂ Христос». «Дондеже преобразит тЂло смиренія нашего...» «Желаю разрЂшитися». «МнЂ бо жити — Христос, а умрЂти — приобретЂніе».

Как во источникЂ лицо человЂчее, так во Исаиных словах, будьто дуга 1 во облакЂ, виден сих Наркіссов амур. «Будет бог твой с тобою присно, и насытишися, яко же желает душа твоя, и кости твоя утучнЂют и будут яко вертоград напоенный и яко источник, ему же не оскудЂ вода, и кости твоя прозябнут, яко трава, и разботЂют, и наслЂдят роды родов. И созиждутся пустыни твоя 2 вЂчными, и будут основанія / 42 / твоя вЂчная родам родов, и прозовешися здатель оград, и стези 3 твоя посредЂ тебе упокоиши» 4. / 51 /






РАЗГОВОР О ТОМ: ЗНАЙ СЕБЕ

Лица: Лука, его Друг и СосЂд


Лука 5. Вчера обЂдали мы оба у моего брата, я и сосЂд мой, нарочно для воскреснаго дня, чтоб поговорить о чемлибо из божіего слова. Стол был в саду. Случай к разговору подали слова, написанныи в бесЂдкЂ, слЂдующіи: «Той сотрет твою главу, ты же блюсти будеши его пяту».

Случилися при обЂдЂ два ученыи 6: Навал и Сомнас. Они много тЂ слова толочили по прошенію брата моего. Я непоколЂбимо вЂрю, что священное писаніе есть райская пища и врачевство 7 моих мыслей. Для того окаевал сам себе за то, что не мог никакого вкуса чувствовать в тЂх сладчайших словах.

Друг. Как же называешь сладчайшими словами, не чувствуя в них никакого вкуса?

Лука. / 52 / Так, как той 8, кто издали смотрит на райскіе цвЂты, не слышит их духа, а только вЂрит, что дивным каким-то дышут благовоніем.

Друг. Слушай, брате. Хотя бы они под самый наш нос дышали, нелзя нам вкуса чувствовать. \159\

Лука. Для чего? Раз†у нас головы 9 и ноздрей нЂт?

Друг. Главы и ноздрей? Знай, что мы цЂлаго человЂка лишéнны и должны сказать: «Господи, человЂка не имам...»

Лука. Раз†же не имЂем 10 и не видим у нас людей?

Друг. Что же пользы: имЂть и не разумЂть? Вкушать и вкуса не слышать?.. А если хотишь знать, то знай, что так видим людей, как если бы кто показывал 11 тебЂ одну человЂческую ногу или пяту, закрыв протчее тЂло и голову; без оной 12 же никак узнать человЂка невозможно. Ты и сам себе видишь, но не разумЂешь и не понимаешь сам себе. А не разумЂть себе самаго, слово в слово, одно и то же есть, как и потерять себе самаго. Если в твоем домЂ сокровище зарыто, а ты про то не знаешь, слово в слово, как бы его не бывало. Итак, познать себе самаго, / 61 / и сыскать себе самаго, и найти 13 человЂка — все сіе одно значит. Но ты себе не знаешь и человЂка не имЂешь, в котором находятся очи и ноздри, слух и протчая чувства; как же можешь твоего друга разумЂть і вЂдать 14, если сам себе не разумЂешь и не имЂешь? Слушай, что говорит истинный человЂк тому, кто хощет его снискать и увЂдать: «Аще не увЂси самую тебе, о добрая в женах, изыйди 15 в пятах паств и паси козлища твоя у кущей пастырских».

Лука. Как же? Видь вижу руки, ноги и все мое тЂло.

Друг. Нучего 16 не видишь и вовся не знаешь о себЂ.

Лука. Жесток твой сей замысл и очень шыповат. Не можно мнЂ его никак проглотить.

Друг. Я видь тебЂ говорил, что не можешь вкуса слышать.

Лука. Так что же вижу в себЂ? Скажи, пожалуй.

Друг. Видишь в себЂ то 17, что ничто, и ничего не видишь.

Лука. Замучил ты мене. Как же не вижу в себЂ ничего?

Друг. Видишь в себЂ одну землю. / 62 / Но сим самым ничего не видишь, потому что земля и ничто — одно и то же 18. Иное видЂть тЂнь дуба, а иное — самое дерево точное. Видишь тЂнь свою, просто сказать, пустошь свою и ничто. А самаго тебе óтрода ты не видывал.

Лука. Боже мой! Откуду такія странныя мысли?.. Ты наговоришь, что у мене ни ушей, ни очей нЂт.

Друг. И да, я уже давно сказал, что тебе всего нЂт.

Лука. Как же? Раз†очи мои не очи и уши не уши?

Друг 19. Спрошу ж и я тебе. Скажи: пята твоя и тЂло твое — все ли то одно?

Лука. Пята моя есть послЂдняя часть в тЂлЂ, а голова — начало.

Друг. Так я ж тебЂ твоим же отвЂтом отвЂщаю, что сіе твое око есть пята или хвост в твоем окЂ. \160\

Лука. А самое жь точное око, главное и началное око, гдЂ?

Друг. Я видь говорил, что хвост только свой видишь, а головы не знаешь. Так можно ли узнать человЂка из одной его пяты? А как ока твоего не видишь, кромЂ послЂднія его части, так ни уха, ни твоего языка, ни рук, ни ног твоих никогда ты не видал, ни всЂх твоих протчіих частей, цЂлаго твоего тЂла, кромЂ послЂднія его части, называемыя / 71 / пята, хвост или тЂнь...20 Так можешь ли сказать, что ты себе узнал? Ты сам себе потерял. НЂт у тебе ни ушей, ни ноздрей, ни очей, ни всего тебе, кромЂ одной твоей тЂни.

Лука. Для чего жь мене тЂнью называешь?

Друг. Для того, что ты существа твоего потерял исту, а во всем твоем тЂлЂ наблюдаешь пяту или хвост, минуя твою точность, и потерял главность.

Лука. Да почему же мои члены хвостом зовешь?

Друг. Потому что хвост есть послЂдня часть, она послЂдует головЂ, а сама собою ничего не начинает.

Лука. Мучишь мене, друг любезный. Может быть, оно и так, как сказуешь. Но ты, уничтожив мои мнЂнія, своих мыслей не даешь.

Друг. Послушай, душа моя! Я и сам признаюсь, что точно не знаю. А если тебЂ понравлятся мои мысли, так поговорим откровеннЂе. Ты видь без сумнЂнія знаешь, что называемое нами око, ухо, язык, руки, ноги и все наше внЂшнее тЂло само собою ничего не дЂйствует и ни в чем. Но все оно порабощéнно мыслям нашим. Мысль, владычица его, / 72 / находится в непреривном волнованіи день и ночь. Она то разсуждает, совЂтует, опредЂленіе дЂлает, понуждает. А крайняя наша плоть, как обузданный скот или хвост, поневолЂ ей послЂдует. Так вот видишь, что мысль есть главною 21 нашею точкою и среднею А. А посему-то она часто и сердцем называется. Итак, не внЂшня наша плоть, но наша мысль — то главный наш человЂк. В ней-то мы состоим. А она есть нами.

Лука. Вот! Я сему вЂрю. Я примЂтил, что когда я (отселЂ стану себе мыслію называть) на сторону устремился, тогда без мене мое око ничего и самаго в близости видЂть не может. Что ж оно за такое око, если видЂть не может? Ты его хорошо назвал не оком, а тЂнью точнаго ока или хвостом Б. Благодарствую, что ты мнЂ мене 22 найшол.



А Mens cujusque, is est quisque... (Cicero) — «Ум коегождо той есть кійждо» (Цицерон). Отсюду у тевтонов человЂк нарицается менш, сирЂчь mens, то есть мысль, ум; у еллинов же нарицается муж фос, сирЂчь свЂт, то есть ум. Прим. автора.

Б Coesi sunt oculi, ubi mens aliud agit (Proverbium) — «Слепы суть очи, буде ум иное дЂет, сирЂчь, аще индЂ устранился» (древня притча). Прим. автора.



Слава \161\ богу! Я теперь очи, уши, язык, руки, ноги и все имЂю. Потерял я старое, а найшол новое. Прощай, моя тЂнь! Здравствуй, вожделЂнная истина! Ты будь мнЂ обЂтованна земля! Полно мнЂ быть работником. Да я ж о сем никогда и не думал. Куда! Я люблю сіе мнЂніе. Пожалуй, подтверди / 81 / мнЂ оное. Хощу, чтоб оно было непоколЂбимо.

Друг. Пожалуй, не спЂши! Кто скоро прилЂпляется к новому мнЂнію, тот скоро и отпадает. Не будь вЂтрен. Испытуй опасно всякое слово. В то время давай мЂсто ему в сердцЂ твоем. Я и сам сіе мнЂніе несказанно люблю. И желаю, чтоб оно твоим навЂки было, дабы в нас сердце и мысль одна была. И сего сладчае быть ничто не может. Но пожалуй же, ражжуй первЂе хорошенько. Потом в радости и в простотЂ сердца принимай. Будь прост. Но будь при том и обережлив. Если мое мнЂніе тебе нравно, то знай, что оно не мой вымысл есть. Взглянь на Іеремію в гл. 17-й, в стихЂ 9-том.

Лука. Боже мой! Самаго точнаго увижу Іеремію, если мысль его увижу. Но, пожалуй, точныи его слова...

Друг. Вот тебЂ: «Глубоко сердце человЂку, паче всЂх, и человЂк есть, и кто познает его?» Если теперь очи и уши имЂешь, примЂчай! А чувствуешь ли?

Лука. Чувствую, друг мой. Пророк называет человЂком сердце.

Друг. А что ж, кромЂ сего, примЂчаешь?

Лука. То, что / 82 / утаенная мыслей наших бездна и глубокое сердце — все одно. Но удивително! Как то возможно, что человЂком есть не внЂшняя, или крайняя, его плоть, как народ разсуждает, но глубокое сердце или мысль его: она-то самым точным есть человЂком и главою. А внЂшняя его наружность есть не иное что, как тЂнь, пята и хвост.

Друг. Вот видишь? Уже начинаешь отпадать. Легко ты сначала повЂрил. Для того стала скоро оскудЂвать вЂра твоя. Что вдруг зажигается, тое вдруг и угасает. Но твердое дЂло с косностію укрЂпляется, потому что совЂт не бывает без медленности. Ах, земля прилипчива есть. Не вдруг можно вырвать ногу из клейких, плотских мнЂній. Они-то, в нас вкоренившись, называются повЂрьем. Плотскаго нашего житія плотская мысль началом и источником есть, по землЂ ползет, плоти желает, грязную нашу пяту наблюдает и бережет око сердца нашего, совЂт наш... Но кто нам сотрет глáву зміину? Кто выколет вранови око, вперившеесь в ночь? / 91 / Кто нам уничтожит плоть? ГдЂ Финеес, пронзающій блудницу? ГдЂ ты, мечу Іереміин, опустошающій землю?.. Но сыскал бог мудраго противу мудраго, змія на змія, сЂмя противу сЂмени, землю вмЂсто земли, рай вмЂсто ада. ВмЂсто мертваго живое, вмЂсто лжы правду свою... Се! Спаситель твой грядет, имЂя 23 со собою воздаяніе. \162\

Лука. Говори, пожалуй, пояснЂе. Ничего не понимаю.

Друг. Но кто вкус может слышать, не имЂя вЂры? ВЂра, свЂт во тмЂ видящая, страх божій, плоть пробождающій, крЂпка, яко смерть, любовь божія — вот единственна дверь к райскому вкусу. Можешь ли вЂрить, что чистЂйшій дух весь пепел плоти твоея содержит?

Лука. ВЂрую. Но сам чувствую слабость вЂры моея... Пособи, если можешь, выдраться из грязи невЂрія. Признаюсь, что сіе слово вЂра в грязных моих устах мечтается за один только обычай 24, а вкуса в ней ничего не слышу.

Друг. По крайней мЂрЂ, знаешь, куда смотрит / 92 / вЂра?

Лука. Знаю, что должно вЂровать в бога. А в протчем ничего тебЂ не скажу.

Друг. О бЂдный и безплодный человЂче! Знай же, что вЂра смотрит на то, чего пустое твое око видЂть не может.

Лука. Что за пустое такое око?

Друг. Уже говорено, что вся плоть — пустошь.

Лука. И да! Я в цЂлой поднебесной ничего другаго не вижу, кромЂ видимости, или, по твоему сказать, плотности, или плоти.

Друг. Так посему ты невЂрный язычник и идолопоклонник.

Лука. Как же идолопоклонник, если вЂрую во единаго бога?

Друг. Как же вЂруешь 25, если, кромЂ видимости, ничего не видишь? Видь вЂра пустую видимость презирает, а опирается на том, что в пустошЂ головою, силою есть и основаніем и никогда не погибает.

Лука. Так посему 26 другаго ока надобно, чтоб еще повидЂть и невидимость?

Друг. Скажи лучше так, что надобное для тебе истинное око, дабы ты мог истину в пустошЂ усмотрЂть. А старое твое око никуда не годится. Пустое твое око смотрит во всем на пустошю 27. Но если бы ты имЂл истиннаго в себЂ человЂка, могл бы 28 ты его оком во всем усмотрЂть / 101 / истину.

Лука. Как же сего человЂка нажить?

Друг. Если его узнаешь, то и достанешь его.

Лука. А гдЂ ж он?.. Но прежде отвЂщай: для чего ты говорил о вЂрЂ, а теперь об окЂ?

Друг. Истинное око и вЂра — все 29 одно.

Лука. Как так?

Друг. Так, что истинный человЂк имЂет истинное око, которое понеже, минуя видимость, усматривает под нею новость и на ей опочивает, для того называется вЂрою. А вЂровать и положиться на что, как на твердое основаніе, все то одно.

Лука. Если находишь во мнЂ два ока, то и два человЂка. \163\

Друг. Конечно, так.

Лука. Так, довольно и одного. На что два?

Друг. Глянь на сіе 30 дерево. Если сего дуба не будет, может ли стоять тЂнь? 31

Лука. Я видь не тЂнь. Я твердой корпус имЂю.

Друг. Ты-то тЂнь, тма и тлЂнь! Ты соніе истиннаго твоего человЂка. Ты риза, а он тЂло. Ты привидЂніе, а он в тебЂ истина. Ты-то ничто, а он в тебЂ существо. Ты грязь, а он твоя красота, образ и план, не твой образ и не твоя красота, понеже не от тебе, да только / 102 / в тебЂ и содержит, о прах и ничто! А ты его по тЂх мЂст не узнаешь, поколь не признаешься со Авраамом в том, что ты земля и пепел. А теперь кушай землю, люби пяту свою, ползай по землЂ. О сЂмя зміино и тЂнь безбытная! Прійдет богообещанный тот день, в которой благословенное чистыя душы слово лукавый совЂт твой уничтожит сей: «Тот сотрет твою главу» 31а.







РАЗГОВОР 2-й О ТОМ ЖЕ: ЗНАЙ СЕБЕ

Лица: Клеопа, Лука и Друг


Клеопа. Правду говоришь... Однак пан Сомнас сколько ни велерЂчив, я в нем вкуса не слышу. Пойдем опять к нашему Другу. Слова его едкіи, но не знаю, как-то пріятны.

Лука. А вот он и сам к нам...

Друг. ТЂнь мертвая! Здравствуйте!

Лука. Здравствуй, Мысль! Дух! Сердце! Видь се твой человЂк? Пересказали мы твои / 111 / мысли нашим книгочим. Они говорили, что должен ты свое мнЂніе в натурЂ показать.

Друг. Что се значит — в натурЂ показать?

Лука. Я сего не знаю.

Клеопа Как сего не знать? Должно показать, что не только в одном человЂкЂ, но и в протчіих тварях невидимость первенствует.

Лука. Так точно. За тЂм хотЂли к тебЂ ити.

Друг. А вы доселЂ сего не знаете?

Лука. Конечно, должен ты доказать.

Друг. ВЂрите ли, что есть бог?

Лука. Его невидима сила вся исполняет и всЂм владЂет.

Друг. Так чего жь ты еще требуешь? Ты уже сам доказал.

Лука. Как доказал?

Друг. Когда говоришь, что невидима сила все исполняет и всЂм владЂет, так не все ли одно сказать, что невидимость в тварях первенствует? Ты уже сам назвал невидимость головою, а видимость хвостом во всей вселенной. \164\

Лука. Так возми что из всея вселенныя в примЂр для изъясненія.

Друг. Я тебЂ всю подсолнечную и вси Коперниковы мыры представляю. Возми из них, что хочь. А что говорите — показать в натурЂ, то должно было сказать: изъясни нам / 112 / притчами или примЂрами и подобіями то, что человЂк состоит не во внЂшней своей плоти и крови, но мысль и сердце его — то истинный человЂк есть. Взглянь на стЂну сію. Что на ней видишь?

Лука. Вижу написаннаго человЂка. Он стоит на зміЂ, раздавив ногою голову зміину.

Друг. Видь живопись видишь?

[Лука.] 32 Вижу.

Друг. Скажи жь, что такое живописью почитаешь? Краски ли или закрытый в краскЂ рисунок?

Лука. Краска не иное что, как порох и пустоша; рисунок, или пропорціа и расположеніе красок — то сила. А если ея нЂт, в то время краска — грязь и пустошь одна.

Друг. Что жь еще при сей живописи видишь?

Лука. Вижу приписанныи из библіи слова. Слушайте! Стану их читать: «Мудраго очи его — во гла†его. Очи же безумных — на концах земли».

Друг. Ну! Если кто краску на словах видит, а писмен прочесть не может, как тебЂ кажется? 33 Видит ли такій пи́смена?

Лука. Он видит плотяным оком одну послЂднюю пустошу или краску в словах, а самых в письмЂ фигур не разумЂет, одну / 121 / пяту видит, не главу.

Друг. Право судил еси. Так посему, если видишь на старой в АхтыркЂ церк†кирпичь и вапну 34, а плана ея не понимаешь, как думаешь — усмотрЂл ли и узнал ея?

Лука. Никак! Таким образом, одну только крайнюю и послЂднюю 35 наружность вижу в ней, которую и скот видит, а симметріи ея, или пропорціи и размЂра, который всему связь и голова матеріалу, понеже в ней не разумЂю, для того и ея не вижу, не видя ея головы.

Друг. Добрый твой суд. Скинь 36 же теперь на щеты всю сумму.

Лука. Как?

Друг. А вот так! Что в красках рисунок, то же самое есть фигурою в письменах, а в строеніи планом. Но чувствуешь ли, что вси сіи головы, как рисунок, так фигура, и план, и симметріа, и размЂр не иное что есть, как мысли?

Лука. Кажется, что так.

Друг. Так для чего же не постигаешь, что и в протчіих тварях невидимость первенствует не только в человЂкЂ? То жь разумЂть можно о травах и деревах и о всем протчем. \165\ Дух все-на-все вылЂпливает. Дух и содержит. / 122 / Но наше око пяту блюдет и на послЂднЂй наружности находится, минуя силу, начало и голову. Итак, хотя бы мы одно без души тЂло были, то и в самое тое время еще не довольно самих себе понимаем.

Лука. Для чего?

Друг. Для того, что, почитая в тЂлЂ нашем наружный прах 37, не поднимаемся мыслію во план, содержащій слабую сію персть. И никогда вкуса не чувствуем в словах сих божіих, ползущее по землЂ наше понятіе 38 к познанію истиннаго нашего тЂла возвышающих, а именно: «Не бойся, Іякове! Се на руках моих написах стЂны твоя...» Но поступим повышше.

Клеопа 39. Мы вышше поступать еще не хощем, а сумнЂніе имЂем. И желаем хорошенько узнать то, что называешь истинным тЂлом. Нам дивно, что...

Друг. Что такое дивно? Не бог ли все содержит? Не сам ли глава и все во всем? Не он ли истинною в пустошЂ истинным и главным основаніем в ничтожном прахЂ нашем? И как сумнишся о точном, / 131 / вЂчном и новом тЂлЂ? Не думаешь ли сыскать что ни есть такое, в чем бы бог не правительствовал 40 за голову и вмЂсто начала? Но может ли что бытіе свое, кромЂ его, имЂть? Не он ли бытіем всему? Он в дере†истинным деревом, в тра†травою, в музыкЂ музыкою, в домЂ домом, в тЂлЂ нашем перстном новым есть тЂлом и точностію или главою его. Он всячиною есть во всем, потому что истина есть господня; господь же, дух и бог — все одно есть. Он един дивное во всем и новое во всем дЂлает сам собою, и истина его во всем вовЂки пребывает; протчая же вся крайняя наружность не иное что, токмо тЂнь его, и пята его, и подножіе его, и обветшающая риза... Но «мудраго очи его во гла†его, очи же безумных 41 — на концах земли».







РАЗГОВОР 3-й О ТОМ ЖЕ: ЗНАЙ СЕБЕ

Лица: Клеопа, Филон, Друг


Клеопа. Ах! Перестань, пожалуй. Не сумнЂвайся. Он / 132 / человЂк добрый и ничіею 42 не гнушается дружбою. МнЂ твое доброе сердце извЂстное, а он ничего, кромЂ сего, не ищет.

Филон. Я знаю многих ученых. Они горды. Не хотят и говорить с поселянином.

Клеопа. Пожалуй же, повЂрь.

Друг. О чем у вас спор?

Клеопа. Ба! А мы нарочно к тебЂ... Вот мой товарищ. Пожалуй, не погнЂвайсь. \166\



Сторінка раннього автографа діалога «Наркісс» з пізнішими виправленнями. \167\


Друг. За что? «ЧеловЂк зрит на лице, а бог зрит на 43 сердце». А Лука гдЂ?

Клеопа. Не может понять твоих рЂчей. Он прилЂпился к Сомнасу при вчерашнем разговорЂ, а нам твои новинки милы.

Друг. О чем была рЂчь?

Клеопа. Помнишь ли, Филон?

Филон. Помню. Была рЂчь о безднЂ.

Клеопа. А-а! Вот слова: «И тма верху бездны».

Филон. Потом спор был о каких-то старых и новых мЂхах и о винЂ.

Клеопа. Один спорил, что бездною называется небо, на котором плавают 44 планеты, а господин Навал кричал, что точная бездна есть окіан великій; иный клялся, что через то значится жена; иный толковал ученіе и протч., и протч.

Друг. Если хощем измЂрить небо, землю и моря, должны, во-первых, измЂрить самих себе с Павлом собственною нашею мЂрою. А если нашея, внутрь нас, мЂры / 141 / не сыщем, то чемь измЂрить можем? А не измЂрив себе прежде, что пользы знать мЂру в протчіих тварях? Да и можно ли? Может ли слЂп 45 в домЂ 46 своем быть прозорливым на рынкЂ? Может ли сыскать мЂру, не уразумЂв, что ли то есть мЂра? Может ли мЂрить, не видя земли? Может ли видЂть, не видя головы ея? Может ли усмотрЂть голову и силу ея, не сыскав и не уразумЂв своея в самом себЂ? 47 Голова головою и сила понимается силою.

Клеопа. Не можно ли поговорить простЂе?

Друг. ИзмЂрить и узнать мЂру есть одно. Если бы ты долготу и широту 48 церкви измЂрил сажнем или веревкою, как тебЂ кажется, узнал ли ты мЂру ея?

Клеопа. Не думаю. Я бы узнал одно только пространство матеріалов ея; а точную ея мЂру, содержащую матеріалы, в то время узнаю, когда понимаю план ея.

Друг. Так посему, хотя бы ты 49 всЂ Коперниканскіи мыры перемЂрил, не узнав плана их, который всю внЂшность содержит, то бы ничего из того 50 не было.

Клеопа. Думаю, что как внЂшность есть пуста, так и мЂра ея.

Друг. Но кто может узнать план в земных и небесных / 142 / пространных матеріалах, прилЂпившихся 51 к вЂчной своей симметріи, если его прежде не мог усмотрЂть в ничтожной плоти своей? Сим Планом все-нá-все созданно или слЂпленно, и ничто держаться не может без него. Он всему матеріалу цепь и веревка. Он-то есть рука десная, перст, содержащій вею персть, и пядь божія, всю тлЂнь измЂрившая, и самый ничтожный 52 наш состав. Слово божіе, совЂты и мысли его — сей есть план, по всему матеріалу во вовсевселенной не \168\ чувствительно простершійся, все содержащій и исполняющій. Сія есть глубина богатства и премудрости его. И что может обширнЂе разлиться 53, как мысли? О сердце, бездно всЂх вод и небес ширшая!.. Коль ты глубока! Все объемлешь и содержишь, а тебе ничто не вмЂщает.

Клеопа. Правду сказать, помню слово Іереміино сіе: «Глубоко сердце человЂку, паче всЂх 54, и человЂк есть...»

Друг. Вот сей же то человЂк содержит все! Он-то утверждает плотскія твои руки и ноги. Он голова и сила очей твоих и ушей. А если ему вЂрить можешь, «не отемнЂют 55 очи твои, / 151 / и не истлЂют уста твоя во вЂки вЂков».

Клеопа. ВЂрую и понуждаю сердце мое в послушаніе вЂры. Но не можно ли хотя маленько мене подкрЂпить? Прошу не гнЂваться. Чем вышше в понятіе невидимости взыйду, тЂм крЂпша будет вЂра моя.

Друг. Праведно 56 требуешь, для того что бог от нас ни молитов, ни жертв принять не может, если мы его не узнали. Люби его и приближайся к нему всегда, сердцем и познаніем приближайся, не внЂшними ногами и устнами 57. Сердце твое есть голова внЂшностей твоих. А когда голова, то сам ты еси твое сердце. Но если не приближишся и не сопряжешся с тЂм, кой есть твоей голо†головою, то останешся мертвою тЂнью и трупом. Если есть тЂло над тЂлом, тогда 58 есть и голова над головою и вышше стараго новое сердце. Ах, не стыдно ли нам и не жалко ли, что бог суда себЂ от нас просит, да и не получает?

Клеопа. Возможно ли? Как так?

Друг. Соперники его — идолы и кумиры. Сих-то, / 152 / сидя на судЂ, оправдаем.

Клеопа. Ужасная обида! И ея не понимаю.

Друг. Не понимаешь? Вот сам сей же час будешь судіею противу его.

Клеопа. Боюсь. Но, пожалуй, подкрЂпи мнЂ мое невЂріе о безсмертном тЂлЂ. Любы мнЂ твои слова сіи: «Не отемнЂют очи твои...»

Друг. Ну, скажи мнЂ 59: если бы твое внЂшнее тЂло или скотское чрез 1000-щу лЂт невредимо было, любил ли бы ты плоть свою?

Клеопа. Сему статься нелзя. А если бы можно, нелзя не любить.

Друг. Знай же, что ты себе самаго нимало еще не узнал.

Клеопа. По крайней мЂрЂ знаю 60, что тЂло мое на вЂчном планЂ основанно. И вЂрую сим обЂщаніям божіим: «Се на руках моих написах стЂны твоя...»

Друг. Если бы ты в строеніи коего-то дома 61 план узнал в силу стЂн его, довольно ли то к познанію совершенному онаго дома? \169\

Клеопа. Не думаю. Надобно, кажется, еше знать и то, для которых совЂтов или дЂл тот дом построен — бЂсам ли в нем жертву приносят или невидимому богу, разбойническое ли жилище 62 или ангельское селеніе?

Друг. / 161 / И мнЂ кажется, что не довольно понимаешь, напримЂр, сосуд глиняный 63, если разумЂешь одну его фигуру, на грязи изображенную, а не знаешь, чистым ли или нечистым наполнен ликером или питіем 64.

Клеопа. Теперь понимаю, что тЂло мое есть точно 65 то, что стЂны храма, или то, что в сосудЂ череп. А сердце и мысли мои то, что во храмЂ жертвоприношеніе, или то, что в сосудЂ вода. И как стЂны суть дешевлЂе жертв, потому что они для жертв — не жертвы для стЂн, и череп для воды — не вода для сосуда 66, так и душа моя, мысли и сердце есть лучшее моего тЂла.

Друг. Но скажи мнЂ: если бы тіи стены прекрасніи развалилися, погибли ли бы они? Пропал ли бы тот сосуд, если б его череп фигурный расшибся? 67

Клеопа. Тфу! Сіе и младенец разумЂет 68. Конечно, он не цЂлый, если...

Друг. Не радуйся жь, мой Израилю, и не веселися. Заблудил ты от господа бога твоего. Не слыхал ли ты от пророков никогда, что бог суд имЂет со соперником своим — землею? / 162 /

Клеопа. Да кто может его 69 судить?

Друг. Уже ты дал суд твой на него, уничтожив сторону его.

Клеопа. Коим образом?

Друг. Кто неправеднаго оправдал, без сумнЂнія обидил невиннаго. А оправдать обоих никак нелзя. Таков-то судія был, каков ты, Ефрем, котораго нЂкто 70 из пророков называет голубом безумным, лишенным сердца. Да и не дивно, потому что, по сказкЂ того же пророка, на подобіе печи, огнем ражженныя, толь вси судіи страстью к видимости разгорЂлись, что вси наставники с землею сляглися, и не было ни одного, которій бы был пріятель 71 богу.

Клеопа. Умилосердись. Скажи, кой я суд произнес противу бога?

Друг. Так! Ты, влюбясь в землю, отдал ей судом твоим то, что единственно к богу принадлежит.

Клеопа. Не понимаю.

Друг. Слушай! Голуб темноокій! Не божія ли есть сила? И не господня ли крЂпость?

Клеопа. Да кто ж о сем спорит?

Друг. Как же ты дерзнул сказать, что при разбитіи / 171 / черепа сосуд пропал? СмЂешь ли сосуд утвердить на прахе, а не в богЂ? Кая твердость быть может в том, что всеминутно \170\ подвержено развалинам и перемЂнам? Не божій ли невидимый перст 72 содержит в стЂнах прах? Не он ли голова в стЂнах? Не стЂна ли вЂчна, если главное начало ея вЂчное? Как же ты посмЂл, уничтожив голову, возвеличить 73 хвост, присудив тлЂнію безвредность, праху — твердость, кумиру — божество, тмЂ — свЂт, смерти — живот? Вот нечестивый на бога суд и совЂт! Вот лукавое лукаваго змія око, люблящее пяту, а не главу Христа Іисуса! «Иже есть всяческая во всем...» 74 Не ты ли сказал, что нелзя не любить тлЂннаго тЂла, если б оно чрез 1000-щу лЂт невредимо было? И как можешь сказать, что ты по крайней мЂрЂ узнал твое тЂло? Да и к чему хвалишся божіими сими милостивыми словами? «Се на руках моих написах стЂны твоя, и предо мною еси присно». / 172 / Может ли тлЂнь стоять всегда, то есть вЂчно? Может ли недостойное честным быть, а тма свЂтом и зло добром? Не все ли одно — увЂриться 75 праху ног твоих и положиться на сребреннаго 76 кумира? Все то идол, что видимое 77. Все то безчестное, что тлЂнное. Все то тма и смерть, что преходящее...78 Смотри на земленность плоти твоея. ВЂришь ли, что в сем твоем прахЂ зарыто сокровище, то есть таится в нем невидимость и перст божій 79, прах твой сей и всю твою персть сію содержащій? 80

Клеопа. ВЂрую,

Друг. ВЂруешь ли, что он есть голова и первоначалное основаніе и вЂчный план твоей плоти?

Клеопа. ВЂрую.

Друг. Ах! Когда бы ты вЂрил, никогда бы ты не говорил, что тЂло твое пропадает при разсыпаніи праха твоего. Видишь одно скотское в тебЂ тЂло. Не видишь тЂла духовнаго. Не имЂешь жезла и духа к двойному раздЂленію. Не чувствуешь вкуса в тЂх божіих словах: «Аще изведеши честное от недостойнаго, яко уста моя будеши...» / 181 /

Клеопа. Непонятно мнЂ то, каким образом присудил я кумиру божество, а живот тому, что мертвое. Слыхал я, что погибшій есть тот, кто называет свЂт тьмою, а горкое сладким.

Друг. Не удивляйся, душа моя! ВсЂ мы любопрахи. Кто только влюбился во видимость плоти своея, не может не ганяться 81 за видимостью во всем небесном и земном пространствЂ. Но для чего он ея любит? Не для того ли, что усматривает в ней свЂтлость и пріятность, жизнь, красу и силу?

Клеопа. Конечно, для того.

Друг. Так не все ж ли одно — почитать идола за живое и присудить ему жизнь, а ему умрЂти должно. МнЂ кажется то же: почитать горкое сладким и дать суд в том, что медовая сладость принадлежит к желчи. Но можно ли желчи сладость присудить без обиды меду? Вот каким образом всЂ собира-\171\емся на господа и на Христа его! Он кричит: «Моя крЂпость и сила! Во мнЂ путь, истина / 182 / и живот!» А мы судим, что все сіе принадлежит к внЂшней плоти и к плотской внЂшности. И сей суд наш несумЂнно подтверждаем таковым же житіем нашим пред людьми.

Клеопа. Вижу теперь вину свою. И ужасно удивляюся: что за тма наши очи покрыла? Столько пророки вопіют: «Дух, дух! Бог, бог!» Всяка внЂшность есть трава, тЂнь, ничто, а мы ропщем, тужим, когда плоть наша увядает, слабЂет и прах переходит к праху. Можно ли сыскать упрямЂйшую и жестоковыйнЂйшую нещасливость? 82

Друг. Сему и я часто дивлюся. Теперь, думаю, понимаешь, что то за суд, котораго от нас толь ревностно и единственно требует бог чрез пророков. И как можемь дать добрый суд меншим нашим братіям, обидив первороднаго брата — Христа Иисуса? Он первый сирота, что всЂ его оставили; он первый нищій, что все от него отняли. ВсЂ за тмою, оставив свЂт, пошли, побЂжали.

Клеопа. Но откуду 83 в / 191 / нас проклятое сіе сЂмя раждается? 84 Если земля проклята, тогда и любовь к ней.

Друг. Хорошо мысли называешь сЂмям. СЂмя есть началом плодов. А совЂт в сердцЂ — голова наших дЂл. Но понеже сердце наше есть точным человЂком, то и видно, кого премудрость божія называет сЂмямь и чадами 85 зміиными. Сіи люде люблят землю, а она есть пята и подножіе божіе и тЂнь. По сей-то причинЂ ничем они не сыты. Блажен, если в чіем сердцЂ проклята сія голова раздавленна. Она-то нас выводит в горести, а нам во мнимыя сладости. Но откуду сей змій в сердцЂ зароживается? Ты ли спрашуешь?

Клеопа. Хощу знать.

Друг. Откуду злое сЂмя на грядках огородних? Пóлно вездЂ всяких совЂтов 86. Не убережешся, чтобы не родилось. Но что дЂлать? 87 Сыне! Храни сердце твое! Стань на стражЂ 88 со Аввакумом. Знай себе. Смотри себе. Будь в домЂ твоем. Бережи себе. Слышь! Береги сердце. / 192 /

Клеопа. Да как себе беречь?

Друг. Так, как ниву. ВыплЂняй или искореняй и вырывай всякий совЂт лукавый 89, все злое сЂмя зміино 90.

Клеопа. Что есть совЂт лукавый и сЂмя зміино?

Друг. Любить и оправдать во всяком дЂлЂ пустую внЂшность или пяту.

Клеопа. Скажи простЂе.

Друг. Не вЂрь, что рука твоя согніет, а вЂрь, что она вЂчна в бозЂ. Одна тЂнь ея гибнет [не истинная рука] 91. Истинная же рука и истина есть вЂчна, потому что невидима, а невидима потому, что вЂчна.

Клеопа. Сіи мысли чудныи. \172\

Друг. Конечно, новыи. Если же содержаніе твоея руки присудишь плотской тлЂни [а не божіей невидимости] 92, тогда будешь старым мЂхом, надутым бездною мыслей непросвЂщенных почоль, поколь возможешь 93 сказать: «Бог, рекій из тмы свЂту возсіяти, иже возсія в сердцах наших...» 94 А сіе здЂлается при сотвореніи новаго неба и земли. «Се аз новая творю!» — глаголет господь (Исаіа) 95. / 201 /







РАЗГОВОР 4-й О ТОМ ЖЕ: ЗНАЙ СЕБЕ

Лица: Лука, Клеопа, Филон, Друг


Лука. Посему весьма не малое 96 дЂло: узнать себе.

Друг 97. Один труд в обоих 98 сих — познать себе и уразумЂть бога, познать 99 и уразумЂть точнаго человЂка 100, весь труд и обман от его тЂни, на которой всЂ останавливаемся. А видь истинный человЂк и бог есть тожде. И никогда еще не бывала видимость истиною, а истина видимостью; но всегда во всем тайная есть и невидима истина, потому что она есть господня. А господь и дух, плоти и костей не имущій, и бог — все то одно. Видь ты слышал рЂчи истиннаго человЂка. Если-де 101 не узнаешь себе, о добрая жено, тогда паси козлы твои возлЂ шалашей пастушских. Я-де тебЂ не муж, не пастыр / 202 / и не господин. Не видишь мене потому, что себе не знаешь. Пойди из моих очей и не являйся! Да и не можешь быть предо мною, поколь 102 хорошо себе не уразумЂешь. Кто себе знает, тот один может запЂть: «Господь пасет мя...»

Клеопа. А мы из послЂдняго разговора имЂем нЂкоторыя сумнЂнія?

Друг. Когда рЂчь идет о важном 103 дЂлЂ, то и не дивно. Но что за сумнЂнія?

Клеопа. Первое: ты говорил, что человЂк, влюбившійся в видимую плоть, для того вездЂ гонится за видимостью, понеже усматривает в ней свЂтлость и пріятность, жизнь, красу и силу.

Друг. А вы как думаете?

Клеопа. Нам кажется для того, что не может вЂрить о пребываніи невидимости и думает, что одно только то бытіе свое имЂет, что плЂтяными руками ощупать может и что в тлЂнных его очах мечтается. В протчем он и сам понять может и совершенно знает, что все то преходит 104, / 211 / что он любит 105. Посему-то он и плачет, когда оно его оставляет, разсуждая, что уже оно совсЂм пропало, подобно как младенец рыдает о разбитом орЂхЂ, не понимая 106, что орЂшная сущая иста 107 состоит не в коркЂ его, но в зéрнЂ, под коркою сокровенном, от котораго и самая корка зависит.

Друг. Сія есть самая правда, что был бы весьма глуп земледЂл 108, если бы тужил о том, что на его ни†начало \173\ пшеничное стеблó в мЂсяцЂ августЂ сохнуть и дряхлЂть, не разсуждая, что в маленьком закрытом зéрнЂ закрылась и новая солома, весною наружу выходящая, а вЂчное и истинное свое пребываніе в зéрнЂ невидимо закрывшая. Но не все же ли то одно — причитать соломЂ силу ея и существо, а не гла†ея или зéрну и не вЂрить, ни же поминать о пребываніи зéрна? Для того-то (напримЂр) судія присудил двоюродному брату / 212 / власть и силу в наслЂдіи, понеже увЂрен, что роднаго наслЂдника в живых нЂт. И сей-то есть той нечестивый суд, о котором в послЂднем разговорЂ и шла межь нами рЂчь.

Клеопа. Другое сумнЂніе. Я сказал видь так: помню слово Іереміино сіе: «Глубоко сердце человЂку, паче всЂх, и оно-то истинный человЂк есть...» А ты к сим словам присовокупил слЂдующее: «Вот сей же то человЂк и содержит все» и протчая.

Друг. Так в чемь же сумнишся?

Клеопа. Я без сумнЂнія 109 понимаю, что всЂ внЂшніи наши члены закрытое существо свое в сердцЂ имЂют, так как пшеничная солома содержится в своем зéрнЂ. Она, изсохши и издряхлЂвши, то закрывается при согнитіи в зéрнЂ, то опять наружу в зелености выходит и не умирает, но обновляется и будто перемЂняет одЂяніе 110. Но понеже на всЂх без изъему 111 людях видим внЂшніи члены, которыи свидЂтелствуют и о зéрнЂ своем, / 221 / то есть, что всяк с них имЂет и сердце, которое (как пророк божій учит) точным есть человЂком и истинным, а сіе есть великое дЂло, так что се будет? Всем ли быть истинным человЂком? И кая разнь межь добрым мужем и злым?

Друг. Не так! Отведи мысли твои на время от человЂка и посмотри на протчую природу. Не всякій орЂх и не всякая солома со зéрном.

Клеопа. Ужасное позорище!

Друг. Не бойся! Знаю. Ты, осмотрясь на людей, ужаснулся 112. Но видь видишь, что сіе в природЂ не новое. Довольно сего водится в земляных плодах и в древесных. Но нигдЂ больше не бывает, как в людях. Весьма тот рЂдок, кто сохранил сердце свое или, как обще говорят, спасл 113 душу свою. А как научил нас Іереміа, и ему вЂруем, что истинным человЂком есть сердце в человЂкЂ, глубокое же сердце и одному только богу познаваемое не иное что есть, как мыслей наших неограниченная / 222 / бездна, просто сказать, душа, то есть истое существо, и сущая иста, и самая ессенціа (как говорят), и зéрно наше, и сила, в которой единственно состоит [родная] 114 жизнь и живот наш, а без нея мертвая тЂнь есмы, то и видно, коль несравненная тщета потерять себе самаго, хотя бы кто завладЂл всЂми Коперниковыми мырами. Но никогда бы сего не было 115, если бы старалися люде уразумЂть, \174\ что значит человЂк и быть человЂком, то есть, если бы самих себе узнали.

Клеопа. Ах! Не могу сего понять, потому что у каждаго свои мысли и неограниченныи стремленія, как молнія, в безмЂрныи разстоянія раскидаются, ни одным 116 пространством невмЂщаемии и никіим 117 временем не усыпаемыи, одному только богу извЂстныи...

Друг. Перестань! Не так оно есть. Правда, что трудно изъяснить, что злыи люде сердце свое, то есть самих себе, потеряли. И хотя межь нами в первом разговорЂ сказанно, что кто себе не у.знал, тот тЂм самым потерялся, однако жь / 231 / для лучшія увЂренности вот тебЂ голос божій: «Послушайте мене, погублшіи сердце, сущіи далече от правды».

Клеопа. Ах, мы сему вЂруем. Но как они потеряли? Видь и у них мысли также плодятся и разливаются. Чего они себЂ не воображают? Чего не обнимают? ЦЂлый мыр их вмЂстить не может. Ничто им не давлЂет 118. Одно за другим пожирают, глотают и не насыщаются. Так не безденная ли бездна сердце их? Ты сказал, что сердце, мысли и душа — все то одно. Как же они потерялись?

Друг. Чего досягнуть не можем, не испытуймо. Понудить себе должно и дать мЂсто в сердцЂ нашем помянутому божію слову. Если его благодать повЂет на нас, тогда все нам простым и прямым покажется. Часто мЂлочей не разумЂем самых мЂлких. А человЂк есть он маленькій мырок, и так трудно силу его узнать, как тяжело во всемырной машинЂ начало сыскать; / 232 / затвердЂлое наше нечувствіе и заобыклый вкус причиною есть нашея бЂдности. Раскладывай пред слЂпцем все, что хочешь и сколько хочешь, но все тое для его пустое 119. Он ощупать может, а без прикосновенія ничего не понимает. Сколько раз слышим 120 [о водЂ и духЂ] 121.

Не по воздухЂ ли опираются птицы? Он твердЂе желЂза. Однак деревяную стЂну всяк скорЂе примЂтить может. А воздух почитают за пустошь. Для чего? Для того, что не столько он примЂтен. СтЂну скорЂе ощупаешь. СкорЂе различныи 122 краски усмотришь. А воздух не столько казист, однак крЂпшій камня и желЂза. А нужен столь, что дхнуть без его нелзя. Вот в самых мЂлочах ошибаемся и слабЂйшее вещество за дЂйствителнЂйшее почитаем. Почему? Потому что стЂна грубЂе и нашим очам 123 погуще болванЂет, как уже сказано, а воздух сокровеннЂе, и кажется будьто в нем ничего силы нЂт, хотя корабли гонит и моря / 241 / движет, дерéва ламлет 124, горы крушит, вездЂ проницает и все снЂдает, сам цЂл пребывая. Видишь, что не такова природа есть, как ты разсуждаешь. В ней то силнЂе, что непоказнЂе. А когда что-то уже столь закрылося, что никіими чувствами ощупать не можно, в том же то самая сила. Но если о воздухЂ почти \175\ увЂриться не можем и за ничто почитаем, будьто бы его в природЂ не бывало, хотя он шумит, гремит, трещит и сим самым дает знать о пребываніи своем, тогда как можем почесть то, что очищéнно от всякія вещественныя грязи, утаéнно от всЂх наших чувств, свобождéнно от всЂх шумов, тресков и перемЂн, во вЂчном покоЂ и в покойной вЂчности блаженно пребывает? Спортив мы от самаго начала око нашего ума, не можем никак проникнуть до того, что одно достойное есть нашего почтенія и любви во вЂки вЂков. / 242 / Пробудися жь теперь мыслію твоею! И если подунул на твое сердце дух божій, тогда должен ты теперь усмотрЂть то, чего ты от рожденія не видал 125. Ты видЂл по сіе время одну только стЂну, болванЂющія внЂшности. Теперь подними очи твои, если они озаренны духом истины, и взглянь на ее. Ты видЂл одну только тму. Теперь уже видишь свЂт. Всего ты теперь по двое видишь: д†воды, д†земли. И вся тварь теперь у тебе на д†части раздЂленна. Но кто тебЂ раздЂлил? Бог. РаздЂлил он тебЂ все на двое, чтоб ты не смЂшивал тмы со свЂтом, лжы с правдою. Но понеже ты не видЂл, кромЂ одной лжы, будьто стЂны, закрывающія истину, для того он теперь тебЂ здЂлал новое небо, новую землю. Один он творит дивную истину. Когда усмотрел ты новым оком и истинным бога, тогда уже ты все в нем, / 251 / как во источникЂ, как в зерцалЂ, увидЂл то, что всегда в нем было, а ты никогда не видЂл. И что самое есть древнЂйшее, тое для тебя, новаго зрителя, новое есть, потому что тебЂ на сердце не всходило. А теперь будьто все внов здЂланно, потому что оно прежде тобою никогда не видЂнно, а только слышанно. Итак, ты теперь видишь двое — старое и новое, явное и тайное. Но осмотрись на самаго себе? Как ты прежде видал себе?

Клеопа. Я видал (признаюсь) одну явную часть в себЂ, а о тайной никогда и не думал. А хотя б и напомянул кто, как тое часто и бывало, о тайной, однак мнЂ казалось чудно почитать тое, чего нЂт, за бытіе и за истину. Я, напримЂр, видЂл у мене руки, но мнЂ и на ум не всходило, что в сих руках закрылись другіи руки.

Друг. Так ты видЂл в себЂ одну землю и прах. И ты доселЂ был земля и пепел. Кратко сказать, тебе не было на свЂтЂ, потому что земля, прах, тЂнь и ничтожная / 252 / пустоша — все то одно.

Лука. Видь же ты из Іереміи доказал, что человЂком находится не наружный прах, но сердце его. Как же Клеопы 126 не было на свЂтЂ? Видь Клеопино 127 сердце всегда при нем было и теперь есть...

Друг. Постой, постой! Как ты так скоро позабыл — двое, двое? Есть тЂло земляное и есть тЂло духовное, тайное, сокровенное, вЂчное. Так для чего же не быть двоим 128 \176\ сердцам? ВидЂл ты и любил болвана и идола в твоем тЂлЂ, а не истинное тЂло, во ХристЂ сокровенное. Ты любил сам себе, то есть прах твой, а не сокровенную божію истину в тебЂ, которыя ты никогда не видЂл 129, не почитал ее за бытіе. И понеже не могл ощупать, тогда и не вЂрил в ее. И когда 130 тЂлу твоему болЂть опасно довелось, в той час впадал в отчаяніе. Так что се такое? Не старый ли ты Адам, то есть старый мЂх с ветхим сердцем? Одна ты тЂнь, пустоша и ничто с твоим таковым же сердцем, каковое тЂло твое. Земля в землю / 261 / устремилася, смерть к смерти, а пустоша люба пустошЂ. Душа тощная и гладная 131 пепел, не хлЂб истинный ядущая и питіе свое внЂ рая со плачем растворяющая. Слушай, что о таковых ко Исаіи говорит бог: «О Исаіе, знай, что пепелом есть сердце их. И прелщаются, и ни един может душы своея избавити...» «Помяни сія, Іякове и Израилю, яко раб мой еси ты...» «Се бо отъях, яко облак, беззаконія твоя и, яко примрак, грЂхи твоя. Обратися ко мнЂ — и избавлю тя...» НЂкій старинных вЂков живописец изобразил на стЂнЂ какіи-то ягоды столь живо, что голодныи 132 птички, от природы быстрый имЂющіи взор, однак билися во стЂну, почитая за истинныя ягоды. Вот почему таковыи сердца глотают и насытиться не могут! 133 Покажи мнЂ хоть одного из таких 134 любопрахов, кой имЂет 135 удовольствіе в душЂ своей. Любовь к тЂни есть мати глада, а сего отца дщерь есть смерть. Каковое же таковых сердец движеніе? На то / 262 / одно движется 136, чтоб безпокоиться. Видал ли ты по великих садах болшія, круглыя, на подобіе бесЂдок, птичіи клЂти?

Лука. Довелось видать в царских 137 садах.

Друг. Они желЂзными сЂтьми обволоченны. Множество птичок — чижов, щиглов — непрестанно внутрь их 138 колотятся, от одной стороны в другую бьются, но нигдЂ пролета не получают. Вот точное изображеніе сердец, о коих 139 ты вышше сказывал, что они в разныя стороны, как молніа, мечутся, мечутся и мучатся в стЂнах заключенныи. Что есть столь узко и тЂсно, как видимость? По сей причинЂ называется ров 140. Что фигуры (кажется) пролетЂть сквозь сЂть на свободу духа? Но как же нам опять вылетЂть туда, чего за бытіе не почитаем? Мы видь давно из самаго дЂтска напоенны сим лукавым духом, засЂянны сим зміиным сЂмям, заняты внЂдрившеюся в сердцЂ ехидною, дабы 141 одну только грубую видимость, послЂднюю пяту, внЂшнюю тму любить, / 271 / гониться 142, наслаждаться всегда и во всем? Так ли? Так! Всегда и во всем... Ах! ГдЂ ты, мечу Іереміин, опустошающій землю? Мечу Павлов? Мечу Финеэсов?.. 143 Заблудили мы в землю, обнялися с нею. Но кто нас избавит от нея? Вылетит ли, как птица, сердце наше из сЂтей ея? Ах, не вылетит, потому что сердцем ея сердце наше здЂлалось. А когда уже \177\ сердце наше, глава наша и мы в ее претворились, тогда кая 144 надежда в пепелЂ? Может ли прах 145, во гробЂ лежащій, востать и стать и признать, что еще и невидимость есть, есть еще и дух? Не может... Для чего? Не может востать и стать пред господем. Для чего же? Для того, что сей прах не может принять в себе сего сЂмени. Коего? Чтоб вЂрить, что есть сверх 146 еще и то, чего не можем ощупать и аршином мЂрить... О сЂмя благословенное! Начало спасенія нашего! Можем гебе и принять, но будешь у нас безплодно 147. Для чего? Для того, что любим внЂшность. Мы к ней / 272 / заобыкли. И не допустим до того, чтобы могла согнить на зéрнЂ вся внЂшняя видимость, а осталася бы сила в нем одна невидима, которой увЂриться не можем. А без сего новый плод быть никак не может... Так нас заправили наши учители. «Се аз напитаю их пелынем и напою их желчію. От пророков бо іерусалимских изыйде оскверненіе на всю землю» (Іеремія, 23) 148.







РАЗГОВОР 5-й О ТОМ ЖЕ: ЗНАЙ СЕБЕ

Лица тЂ же


Филон. Отсюду-то, думаю, старинна пословица: «Столько глуп, что двоих нащитать не знает». Но и мы по сіе время одно только во всем свЂтЂ нащитали, затЂм что другаго в нем ничего не видали.

Клеопа. Не лучше ли тебЂ сказать, что нам одна тЂнь была видна. Ничего / 281 / нам не было видно. Мы хватали на водЂ одну тЂнь пустую. А теперь похожи на жителя глубокія Норвегіи, который по шестимЂсячном зимнем мракЂ видит чуть-чуть отверзающееся утро и всю тварь, начинающую нЂсколько болванЂть.

Друг. Если не будете сожимать и отвращать очей, тогда увидите всю тварь просвЂщенну. Не будете подобны кроту, в землю влюбившемуся. А как только невзначай прорылся на воздух, — ах! — сколь он ему противен! Приподнимайте очи и приноровливайте оныя смотрЂть на того, который сказует: «Аз есмь свЂт мыру».

Все, что мы доселЂ видЂли, что такое есть? Земля, плоть, пЂсок, пелынь, желчь, смерть, тма, злость, ад... Теперь начинает свЂтать утро воскресенія. Перестаем видЂть то, что видЂли, почитая всю / 282 / видимость за ничто, а устремив очи на то, что от нас было закрыто, а посему и пренебреженно. Мы доселЂ безплотныя невидимости не удостоевали поставить в число существа и думали, что она мечта и пустоша. Но теперь у нас, напроти́ву того, видимость есть травою, лестю, мéчтою и ищезающим цвЂтом, и вЂчная невидимость находится ей головою, силою, каменем основанія и щастіем \178\ нашим. Послушаймо, что говóрит к нам новый и истинный человЂк и что обЂщает: «Дам тебЂ, — говóрит, — сокровища темная, сокровенная, невидимая отверзу тебЂ, да увЂси, яко аз господь бог твой, прозывая имя твое, бог Израилев». Теперь разсуждайте: нравится ли вам переход, или будьте по-прежнему во видимой землЂ вашей, или очищайте сердце ваше для принятія новаго духа. Кто старое сердце / 291 / отбросил, тот здЂлался новым человЂком. Горе сердцам затвердЂлым...

Лука. Для того-то самаго смягчить 149 сердце и сокрушить трудно. ЗакоренЂлое мнЂніе похожо на младенца, возрасшаго во исполина. Трудно, наконец, бороться.

Друг. Но что нам воспрещает в жизни о сем разсуждать и разговоривать, а употребить к сему хотя закомплéтное время? Новый дух вдруг, как молнія, облистать сердце может. 600 тысящ вызванны были во обЂтованную землю пЂши, но для чего два только в ее войшли?

Лука. Два. Сын Науин и Халеб.

Друг. А вот для чего! Тфу! Как может то быть, чего видЂть нелзя? Вот какая пустошь! «Вскую, — зароптали, — вводит нас господь в землю сію, чтоб пасти на брани?» Посему, если руки и ноги потерять, что в нас будет? Не хотим мы сего. ГдЂ сіе водится, чтоб то было да еще / 292 / силное тое, чего не видишь?.. Дай нам вернуться в нашу старую землю. Не нравится нам тот, кто в пустошу выводит... Слышите ли вы мысли сих старовЂрцов? Вот шестьсот тысящ дураков! Представте себЂ вЂтхіи кади, скверным занятыя квасом. Можно ли этаким скотам что-либо внушить? По их мнЂнію, нелзя бытія своего богу имЂть, если он захочет чист быть всякія видимости. Если того нет, чего не видят, тако бога давно не стало. Вода прерЂканія! СЂмя зміино! Сердце невЂрное! СовЂт лукав! Не сіе ли есть не исповЂдатися господеви и не призывати имени его? Не таково было в сердцЂ сЂмя двоих тЂх благополучных наслЂдников. «И даде господь Халеву крЂпость. И даже до старости пребысть у него найти ему на высоту земли. И сЂмя его обдержа в наслЂдіе; яко да видят вси сынове Израилевы, яко добро ходити вслЂд / 301 / господа». «Вси же разгнЂвавшіися не ýзрят ю, — глаголет господь. — Раб же мой, Халев, яко быеть дух мой в нем, и возслЂдова мнЂ, введу его в землю, в ню же ходил тамо, и сЂмя его наслЂдит ю».

Клеопа. Посему вся сила в богЂ, а не во внЂшней видимости.

Друг. А что жь есть идолопоклонство, если не в том, чтоб приписовать силу истуканным? Не хочешь рук невидимых. Видно, что видимости воздаешь силу и почтеніе твое. Но долго ли сія твоя видимость пребудет? На что ты поло-\179\жился? Что есть видима плЂть, если не смерть? И на ней-то ты основал сердце твое и любовь? Всяка внЂшность есть мимопротекающею рЂкою. Не на льду ли ты воткнул кущу твою и поставил шалаш твой? Пожалуй, перенеси его на твердость; перенеси его во дворы господни; воткни на новой землЂ. А иначе что твоя за радость? Кой покой? Не всегда ли опасаешся, / 302 / что когда-либо лед, однак, распустится? Когда-либо смертное тЂло оставлять надобно. О бЂднЂйшіи, почитающіи тЂло свое тлЂнное и невЂрующіи новому! Таковыи-то «возволнуются и почити не возмогут. НЂсть радоватися нечестивым», — глаголет господь бог.

Филон. Что есть нечестивый?

Друг. ТлЂніе почитающій.

Филон. Как?

Друг. Так почитающій, что Ђсли отнять у его тлЂніе, тогда думает, что ему без него никак бытія своего имЂть невозможно. Не великое ли се почтеніе для праха?

Филон. Кажется, что весьма не малое, ибо таким образом боготворит он свой 150 пепел, приписуя ему живота своего дЂйствителность.

Друг. Так теперь, думаю, постигаешь сіи слова: «Аз господь бог! Сіе мое (не чуждее) есть имя. Славы моея иному не дамь ни же добродЂтелей моих истуканам». То, что мы назвали дЂйствителностю, называется тут добродЂтелью, то есть силою и крЂпостю, которую бог за свое преимущество от / 311 / всей тлЂнности так отнял и себЂ присвоил, что ужасно ярится, если кто дерзнет ея хотя мало удЂлить твари или кумирам, с которыми он от начала вЂка всегда ревностную тяжбу имЂет. Мы всЂ его в сем ужасно обижаем, всегда и вездЂ.

Филон. Как?

Друг. А вот так! Весь мыр состоит из двоих натур: одна видимая, другая невидима. Видима называется тварь, а невидимая — бог. Сія невидимая натура, или бог, всю тварь проницает и содержит, вездЂ и всегда был, есть и будет. Как же ему не досадно, если мы, смотря на перемЂну тлЂнныя натуры, пугаемся? А сим самым приписуем ей важность в жертву, чего здЂлать нелзя, не отняв ея от бога, который всю важность, и силу, и бытіе, и имя, и все-на-все исполненіе себЂ точію одному полно и без причастников приусвоил. Ражжуй, если он / 312 / бытіе и всему исполненіе, тогда как можешь что твое потерять? Что ли у тебе есть, он тебЂ всЂм тЂм есть. Ничто твое не пропадает потому, что бог порчи не знает. Одна для тебе остается школа вЂры, или, как Давид говорит, поученіе вЂчности. Потерпи в нем немножко, поколь старовЂрное твое пепелное сердце нЂсколько от сегосвЂтных очистится душков. \180\








РАЗГОВОР 6-й О ТОМ ЖЕ: ЗНАЙ СЕБЕ

Лица тЂ же


Друг. Земле! Земле! Земле! Слыши слово господне!

Филон. Не слышу.

Друг. Для чего?

Лука. Кто может взойти на небо, раз†сошедый с небесе? Кто может слышать слово божіе, аще не будет бог в нем? / 321 / СвЂт видится тогда, когда 151 свЂт во очах есть. Чрез стЂну пролазить тогда, когда 152 бог вождем есть. Но когда сила во окЂ опороченна 153, лучше сказать, когда сила от ока отступила и селенія своего во вещест†его не имЂет, в то время никоего 154 око различія межь тмою и свЂтом не находит.

Клеопа. Но не может ли бог мертваго живым, а видимаго невидимым здЂлать? 155 Ей! Есть время и теперь воскреснуть. Может искра божія пасти на темну бездну сердца нашего и вдруг озарить. ВЂруймо только, что бог есть во плоти человЂческой. Есть подлинно он во плоти видимой нашей не вешествен во вещественной, вЂчный в тлЂнной, един в каждом из нас и цЂл во всяком, бог во плоти и плоть в бозЂ 156, но не плоть богом, ни же бог плотію. Ах, зéрно горчичное! ВЂро! Страше и любовь божія! Зéрно правды и царствія его! Чувствую, что тайно падаешь на земное 157 мое сердце, как дождь на / 322 / руно. О дабы 158 не позобали 159 тебе воздушныя птицы!

Филон. Вспомнимо теперь с Давидом вЂчныи лЂта и поучимося в них.

Клеопа. Кому или чему поучиться?

Филон. ВЂчности поучимся... Кому подобен истинный человЂк, господь наш, во плоти?

Друг. Подобен доброму и полному колосу пшеничному. Разсуди теперь: стеблó ли с вЂтвами? Постой! 160 Не то колос. Колос все заключает в себЂ. Ость ли на колосЂ 161, она ли есть колос? На колосЂ ость, правда, и в колосЂ ость, но не колосом ость, не она есть колос. Что жь есть колос? Колос есть самая сила, в которой стебло со своими вЂтвами и ость с половою заключается. Не в зернЂ ли все сіе закрылось и не весною ли выходит все сіе, перемЂнив зеленую вмЂсто желтыя и ветхія одежды? 162 Не невидима ли 163 сила зерна?

Так. Оно в то время 164 дЂйствует, когда 165 вся внЂшность уже на нем согнила, дабы не причел кто новаго плододЂйствія мертвой и нечувственной землЂ, то есть гніющей внЂшности, / 331 / но вся бы слава отдана была невидимому богу, тайною своею десницею вся дЂйствующему, дабы он один во всем был глава 166, а вся внЂшность пятóю и хвостом. \181\

Филон. Теперь мнЂ в колосЂ показуется то, что по сіе время не было видно.

Клеопа. Лучше скажи, что ты в нем один хвост видЂл.

Друг. Пускай же сія в колосЂ новость называется рост. Господь бог прирастил его нам.

Лука. Но как мы с поля перейшли в сад, взгляньте, чем нас привЂтствует в бесЂдкЂ сей человЂк.

Филон. Сію икону 167 написал мой друг живописец.

Клеопа. Куда мнЂ нравится! Из чернаго облака луча 168 касается головы его. Но что за слова в лучЂ? Они вмЂстЂ с лучею с высоты снисходят 169 во облитую свЂтом голову его. Прочитай, Лука! Ты от числа книгочих..

Лука. Образ пророка Исаіи В лучЂ написано сіи слова: «Возопій...»

Клеопа. Но что за слова из уст его исходят? 170

Лука. Знаю тЂ слова: «Всяка плоть — сЂно, / 332 / и всяка слава человЂка яко цвЂт травный...»

Филон. А что жь написано на бумажкЂ, которая в его руках?

Лука. Знаю: «Глагол же бога нашего пребывает вовЂки».

Друг. Видите ли списанну бумажку?

Клеопа. Мы два с Филоном столько уже лЂт около одного земледЂлства 171 упражняемся, а колос недавно усмотрЂли. Что же касается до бумажок, да еще пророчіих, спрашуй Луку — его то дЂло.

[Лука].172 Ты видишь в руках пророчіих бумажку. Но знай, что видишь дЂло весьма малое и весьма великое. Сей блаженный старик легко держит в правой рукЂ тое дЂло, в коем всегда вездЂ все содержится. Разсуди, что сам откровенія свЂтом озаренный старец в его состоит рукЂ; носимым носится и держится у себе держимым. СмотрЂл ты на колос? Посмотри теперь на человЂка и узнай его. Видал ты в колосЂ зéрно, а теперь взглянь на сЂмя Авраамово да тут же / 341 / и на твое. ВидЂл ты в колосЂ солому с половою? Посмотри жь и на трáву тлЂнныя твоея плоти с пустым доселЂ цвЂтом пепелных твоих разсужденій. УсмотрЂл ты в колосЂ то, чего прежде не видывал? Теперь узнавай в человЂке то, что для тебе видно не было. Видя колос, не видЂл его и не знал человЂка, зная его. Но что показалось тебЂ в колосЂ напослЂдок, тое не было от плоти, но от бога.

Подними жь от земли мысли твои и уразумЂй человЂка, в себЂ от бога рожденна, а не сотворенна в послЂднее житія время. УсмотрЂл ты в колосЂ новый рост толь силный, что для всея соломы с половою здЂлался он головою и убЂжищем. Познай же в себЂ новаго Іосифа (значит приращеніе), новаго пастыря, отца и кормителя нашего. В пшеничном зéрнЂ \182\ примЂтил ты легенькую внЂшность, в которой закрылась тайная дЂйствителность невидимаго бога.

Взглянь же теперь на глагол божій, пророчею / 342 / бумажкою, как легеньким облаком, прикрытый. Силу зéрна умным ты оком увидЂл. Открой же око вЂры и увидишь в себЂ тожь силу божію, десницу божію, закон божій, глагол божій, слово божіе, царство и власть божію, тайную, невидимую, а, узнав сына, узнаешь и отца его. Дряхлая на колосЂ солома не боится погибели. Она как из зéрна выйшла 173, так опять в зéрнЂ закроется, которое хотя по внЂшней кожицЂ согніет, но сила его вЂчна. Чего жь ты трепещешь, трава и плоть? Дерзай! Не бойся! Ты уже видишь в себЂ десницу божію, которая тебе так же бережет, как пшеничну солому. Или не вЂришь? Если так, тогда бойся. НЂт надежды. Вся плоть гибнет. ГдЂ 174 дЂваться? БЂжи ж с Давидом в дом господень или со Іереміею в его жь двóры. Раскрой же сердце твое для принятія вЂры и для обнятія того человЂка, который отцу своему вмЂсто десницы и вмЂсто силы его есть во вЂки вЂков. Слушай, что отец его чрез его жь / 351 / самаго и в нем и к нам говорит. Слушай же: «Положу словеса моя во уста твоя и под сЂнію рук и моея покрыю тя...» А коею рукою? «Ею же поставих небо и основах землю». Слышишь ли? Коль силное зéрно в тебЂ! Небо сіе видимое и земля в нем закрывается. И тебе ли сіе сЂмя сберечь не силно будет? Ах, пожалуй, будь увЂрен, что и самый нечувственный головы твоея волос, наличность одну свою потерявши, в нем без всякаго вреда закроется, сохранится, ублажится. Скажи с Паулом 175: «ВЂм человЂка». Нашел я человЂка. ОбрЂтох Мессію 176, не плотянаго кумира, но истиннаго божіего во плоти моей человЂка. В силу я нашел его, в тра†и тЂни моей, во остаток дней моих. СЂмя благословенное! Спасеніе всея наличности моея! СвЂт откровенія слЂпому языку! ДоселЂ был я во тмЂ и во грязи я был, то есть сердце мое, ел и насыщался землею. А теперь от уз ея мене отпущаешь, убив сЂмя ея во мнЂ, пустую пяту наблюдающее. А вмЂсто его вовЂки ты во мнЂ воцарился, / 352 / открыв мнЂ небо новое и тебе, сидящаго на мЂстЂ десницы отца небеснаго. Будь же мнЂ теперь мир в силЂ твоей и спокойство! Будь мнЂ теперь суббота благословенная! Вынесли мене крила голубины из земных бездн, и почію. Чего жь больше скорбЂть тебЂ, душа моя? Зачем тебЂ теперь безпокоить мене? Познала ты уже в себЂ человЂка, и сила его безконечна. Уповай же на него, если узнала его. И точно знаешь его. Он муж твой. Он глава твоя в тебЂ под видом твоея плоти и крови. Спасеніе лица всего твоего и бог твой 177. / 361 / \183\







РАЗГОВОР 7-й О ИСТИННОМ ЧЕЛОВЂКЂ ИЛИ О ВОСКРЕСЕНІИ

БесЂдующія персоны: старец Памва, Антон, Квадрат, Друг и протчіи


Друг. Слушай, Памво! Куда долго учишься!.. Уже ли ты научился Давидовому псалму?

Памва. Да, я только один псалом умЂю.

Друг. Один?

Памва. Одним-один...

Друг. Кій псалом?

Памва. А вот он: «РЂх сохраню пути моя!..» А больше для мене не надобно. Я уже устам моим сыскал завору и заложил.

Антон. Самая правда. Язык все тЂло обращает и всему голова есть.

Квадрат. Ах, Памво! Блажен еси, если не согрЂшаешь языком твоим. Коль горячо сего от / 362 / бога себЂ просят Давид и Сирахов сын.

Лука. А прежде о чем ты говорил, Памво? Видь ты и прежде имЂл язык.

Памва. Я уже древнему моему языку наложил печать.

Антон. А кто тебЂ его запечатал?

Памва. Кто может запереть бездну, кромЂ бога?

Лука. Не худо называешь язык бездною, потому что и Давид языку лстиву дает имя потопных слов: потоп и бездна — все одно.

Квадрат. Я слыхал, что и разум премудраго потопом у Сирахова сына называется.

Друг. РЂчь какова-либо есть не иное что есть, как рЂка, а язык есть источником ея. Но если уже тебе, Памво, господь от языка непреподобна избавил, тогда видно, что вмЂсто лстиваго дарил тебЂ язык Давидов, весь день правдЂ божіей поучающійся, силу его всему роду грядущему возвЂщающій.

Квадрат. Самая правда. Кто может говорить о бЂлости, чтобы / 371 / ему не была знакома черность? Один вкус чувствует горкое и сладкое. Если кому открыл господь узнать язык лстивый, таков вдруг узнать может праведныи уста, поучающіися премудрости.

Антон. Что такое? Вы насказали 178 чудное. Раз†не разумЂет и стараго языка тот, кто не знает новаго?

Памва. Без сумнЂнія. В то время покажется старое, когда уразумЂешь новое. Где ты видал, чтобы кто разумЂл тму, не видав никогда свЂта? Может ли крот, скажи, пожалуй, сказать тебЂ, гдЂ день, а гдЂ ночь?

Антон. Если крот не может, тогда может сказать человЂк. \184\

Памва. Может ли слЂпый усмотрЂть и тебЂ показать на портретЂ краску бЂлу?

Антон. Не может.

Памва. Зачемь?

Антон. ЗатЂмь, что он не видал и не знает черныя. А если бы он хоть одну из противных меж собою красок мог разумЂть, в то же мгновеніе мог бы понять и другую.

Памва. Вот так же и тут. Тот понимает юность, кто разумЂет старость.

Антон. Довольно надивиться не / 372 / могу, если всяк человЂк так рóдится, что не может и сего понять, что такое есть старость и юность, если не будет другой раз свышше рожден.

Памва. СвЂт открывает все то, что нам во тмЂ нЂсколько болванЂло. Так и бог един всю нам истину освЂщает. В то время усматриваем пустую мечту, усмотрЂв истину и уразумЂв юность, понимаем старость. Земляный человЂк думает про себе, что понимает будьто. Но мало ли младенец видит в потемках, а того не бывало? Но возсіявшій свЂт все привидЂніе уничтожает. Не всякому ли знакомы сіи слова: время, жизнь, смерть, любов, мысль, душа, страсть, совЂсть, благодать, вЂчность? Нам кажется, что разумЂем. Но если кого о изъясненіи спросить, тогда всяк задумается. Кто может объяснить, что значит время, если не приникнет в божественную висоту? Время, жизнь и все протчее в богЂ содержится. Кто жь может разумЂть что-либо со всЂх видимых и невидимых / 381 / тварей, не разумЂя того, кой всему голова и основаніе? Начало премудрости — разумЂти господа. Если кто не знает господа, подобен узникам, воверженным в темницу. Таков что может понять во тмЂ? ГлавнЂйшій и началнЂйшій премудрости пункт есть знаніе о бозЂ. Не вижу его, но знаю и вЂрую, что он есть. А если вЂрую, тогда и боюсь; боюсь, чтоб не разгнЂвать его; ищу, что такое благоугодно ему. Вот любов! Знаніе божіе, вЂра, страх и любленіе господа — одна-то есть цепь. Знаніе во вЂрЂ, вЂра в страхЂ, страх в любвЂ, любовь во исполненіи заповЂдей, а соблюденіе заповЂдей в любви к ближнему, любовь же не завидит и протчая.

Итак, если хочешь что-либо познать и уразумЂть, должно прежде взыйти на гору вЂдЂнія божія. Там-то ты, просвЂщен тайными божества лучами, уразумЂешь, что захочешь, не только юность орлюю, обветшающую старости ризу, но и ветхая ветхих и небеса небес. Но кто нас выведет из преисподняго рова? Кто возведет на гору господню? ГдЂ / 382 / ты, свЂте наш, Христе Іисусе? Ты один говоришь истинну в сердцЂ твоем. Слово твое истина есть. Евангеліе твое есть зажженный фанарь 179, а ты в нем сам свЂтом. Вот единственное средство ко избЂжанію обмана и тмы незнанія. Вот дом Давидов, в котором судейскій престол всяку ложь рЂшит и рЂ-\185\жет. О чем ты, Антон, знать хочешь? Ищи в сих возлюбленных селеніях. Если не сыщешь входа в один чертог, постучи в другой, в десятой, в сотой, в тысящной, в десятотысящной... Сей божій дом снаружи кажется скотскою пещерою, но внутрь дЂва родит того, котораго ангелы поют непрестанно. В сравненіи сея премудрости всЂ свЂтовыи мудрости не иное что суть, как рабскія ухищренія. В сей дом воровским образом не входи. Ищи дверей и стучи, поколь не отверзут. Не достоин будешь входа, если что в свЂтЂ предпочтешь над божію сію гору. Не впущают здЂсь никого с одною половиною сердца. А если насильно продерешься, в горшую тму выброшен будешь.

Сколь горЂл Давид любовію к сему дому! Желал и истаевал от желанія дворов господних. Знал он, что никоим образом нелзя выбраться из / 391 / началородныя безумія человЂческаго тмы, раз†через сіи ворота. Знал он, что вси заблудили от самого матернаго чрева. И хотя говорили: «Се дверь! Вот путь!» — однак все лгали. Знал он, что никакая-либо птица и никакая мудрость человЂческая, сколько ли она быстра, не в силЂ вынесть его из пропасти, кромЂ сея чистыя голубицы. Для того из нетерпЂливости кричит: «Кто даст мнЂ крилЂ?». Да чтобы они таковы были, каковыи имЂет сія голубица, то есть посребрéнны, а между связью крил блещало бы золото. А если не так, то не надобно для мене никаких лЂтаній, сколько хочь они быстропарны. Сею-то нескверною голубкою он столь усладился, столь ею плЂнился, что, как Магдалина при гробЂ, всегда сидЂл у окошка своея возлюбленныя. Просил и докучал, чтоб отворила для него дверь, чтоб окончи́ла его страданія, чтоб разбила мглу и мятеж внутренній, называя ее всею своею утЂхою. «Встань, — говорит с плачем, — славо моя, / 392 / встань ты, сладчайшая моя десятострунная, псалтырь и гусли сладкозвонныи! Если ты только встанешь, то я и сам тотчас встану, а встану рано, поднимуся на свЂт. Долго ли мнЂ во тмЂ жить?» А «Когда прійду и явлюся лицу божію? Кто, кромЂ тебе, о краснЂйшая всЂх 180 дщерей в мырЂ дЂво, кто воведет мя 181 во град утвержден? Твоими только дверьми и одним только твоим слЂдом привести́ся могут к царю небесному дЂвы, если с тобой имЂют дружество. Не без ползы же трудился Давид. С коликим 182 восторгом кричит: «Отверзите мнЂ врата правды!» «ИсповЂмся тебЂ, яко услышал мя еси!» «Сей день возрадуемся и возвеселимся». «Бог господь и явися нам». «Призвах господа и услыша мя в пространство».



А Отсель в письмЂ моем изгонятся из числа букв сіи буквы: єр и єрь. Аще же гдЂ дебелость буквы умягчить потреба, довлЂет свыше поставить знаменіе сіе — ’. НапримЂр: яд яд’, пЂт пЂт’, брат брат’. Прим. автора. \186\



Что теперь сотворит мнЂ человЂк? Ничего не боюся. Широк вельми 183 стал Давид. ВылетЂл из / 401 / сЂтей и преисподних тЂснот на свободу 184 духа. Ищезла враз 185 вся тма. ГдЂ пошел, вездЂ свЂт 186. «Камо пойду от духа твоего?» ОкрылатЂл Давид: боится, любит, удивляется; от мЂста на мЂсто перелЂтывает; все видит, все разумЂет, видя того, в котораго рукЂ свЂт и тма.

Квадрат. Правда 187, что вЂрно и ревностно возлюбленный Давид свою любезнЂйшую любит. Ее-то он, думаю, называет матерію, Сіоном, дщерію, царицею, в золото одЂтою и преукрашенною, колесницею божіею, царством живых людей, жилищем всЂх веселящихся и протч. Едино 188 просит от господа, чтобы жить в домЂ сем божіем на мЂстЂ покрова сего предивнаго, гдЂ глас радующихся и шум празднующих. А в протчем ничего ни на небеси, ни на землЂ не желает, кромЂ сея чаши, наполнéнныя благощастіем, кромЂ сея дщери царскія, которыя вся красота внутрь ея сокрывается и сокрылася 189. И столько сія врата / 402 / сіонскія и путь сей, ведущій его к вЂдЂнію господа, люб ему был, что на нем так наслаждался, как во всяком родЂ богатства. Что-либо в нем говорится 190, все то называем чудным и преславным, от общенароднаго мнЂнія вовся 191 отличным. Тут-то его жертва, пЂніе и покой душевный, пристанище хотЂнія. Ах, покой душевный! Коль ты рЂдок, коль дорог! ЗдЂсь-то он закрывается в тайне лица божія от мятежа человЂческаго и от прерЂканія языков, сіе есть от всЂх свЂтовых мнЂній, противных божіей премудрости, называемой от него благолЂпіем дома господня, каменем прибЂжища для перестрашенных 192 грЂшников, о коих пишется: «БЂжит нечестивый, никому же гонящу».

Антон. Без сумнЂнія ж в сія каменныя возводит он же очи свои горы, надЂясь от них помощи.

Квадрат. Известно, что грЂшник, как только почувствовал опасность своего пути, бЂжит, как гонимый заец, к сим / 411 / горам, находясь в замЂшателст†бЂдных своих разсужденій, которыя ему прежде весьма казалися правилными, Но когда из божіих гор блеснувшій свЂт на лицо ему покажет его прелщеніе, в то время весь свой путь сам уничтожает так, как случилось Павлу, Ђдущему в Дамаск. И в сей-то силЂ говорит Давид: «ПросвЂщаеши дивно от гор вЂчных». «Смятошася вси неразумныи сердцем». К.ому ж сей свЂт не был бы 193 любезен, если б мы хоть мало его вкусили? 194 О ківоте 195 свЂта, святыя славы отца небеснаго! Конечно, твое блистаніе — несносное очам нашим, ко тмЂ заобыкшим, а то бы мы непремЂнно 196 сна очам нашим не дали, дондеже бы 197 дверь открылась, дабы 198 можно увидЂть, гдЂ селеніе свое имЂет бог Іяковль, гдЂ царствіе і правда его, гдЂ начало, глава и щастіе наше, дабы можно и о нас сказать: «ОнЂма \187\





Сторінка автографа другої редакції діалога «Наркісс» з приміткою про зміну правопису. \188\


же отверзостЂся очи и познаста его, и той не видим бысть има». Или сіе: «Прійдоста же и видЂста, гдЂ живяше, и у него пребыста день той». / 412 /

Антон. Как же ты говорил прежде, что священное писаніе возводит на гору познанія божія, а нынЂ 199 оное называешь горою?

Квадрат. Оно у Давида называется гора божія. Так раз†тебЂ удивително то, что горою восходим на гору? Если путь ведет из рова на гору, то, конечно, первая его часть есть низка, а послЂдняя высока столько, сколько гора, на которую конец дороги поднимается. То же видЂть можно и на лЂствицЂ, к высокому мЂсту приставленной. Она долнею своей частію долних, или долинних, жителей принимает, а горнею возносит на высоту; по сей же причинЂ и крылами называется, и дверьми, и предЂлом, или границею, пристанью, пЂском, или брегом, море ограничившим, и стЂною.

Антон. Для чего стЂною и предЂлом называется?

Квадрат. Раз†мало сего водится, что стЂна грань дЂлает, разделяя наше собственное от чуждаго? А сія богосозданная 200 стЂна как не может назваться / 421 / предЂлом, когда она граничит между свЂтом и между чужостранною тмою? Сія стЂна имЂет темную сторону, ту, которая смотрит ко тмЂ. Но страна ея 201, к востоку обращенная, есть внутренняя и вся свЂтом вышняго бога позлащенная, так что если темный житель приходит к ея дверям, изнаружи темным, не видит никоея 202 красы и отходит назад, бродя во мракЂ; когда же увЂрится и, паче чаянія, отверзутся двери, в то время, свЂтом воскресенія облиставшися, закричит с Давидом: «ИсповЂмся тебЂ, яко страшно удивился еси» 203. «НЂсть сіе, но дом божій и сія врата небесная».

Антон. По сему она подобна лунЂ, когда луна меж солнцем и землею. В то время один полукруг ея темный, а тот, что к солнцу, свЂтлый.

Квадрат. Сія посредственница похожа и на мост, дЂлающій сообщеніе между богом и смертными.

Антон. Если сей чудный мост переводит смертных в живот, / 422 / то достойно и праведно назватись может воскресеніем.

Квадрат. Ах, сія-то голубица точное есть воскресеніе мертвых человЂков. Она нас, спадших от горы долу 204, поставляет паки 205 на той же горЂ.

Лука. И я сему согласен. Сіе слово (воскресеніе) в греческом и римском 206 языках значит, кажется, то, если падшаго поставить паки на ноги. КромЂ того, я слыхал, что голубица по-еврейскому іона. Да и бог явно говорит Іереміи, что поставит его опять на ноги, если будет ему послушен. И как в священном писаніи весьма бЂдственное состояніе значит сіе слово (сидЂть), так, напротив того, стоять есть то быть в точ- \189\ном благополучіи. А как нещасное дЂло есть сидЂть и быть колодником в темницЂ, так еще хуже быть в компаніи тЂх 207, коих Павел пробуживает: «Востани, спяй, и воскресни от мертвых...» Разбій сон глазам твоим, о нещасный мертвец! Поднимись на ноги! Авось-либо уразумЂешь, что то такое есть Христос, свЂт мыра? / 431 /

Друг. Не могу больше молчать, услышав блаженнЂйшее и сладчайшее имя свЂтлаго воскресенія. Я, правда 208, между протчіими и сам сижу в холодном смертном мракЂ. Но чувствую во мнЂ тайную лýчу 209, тайно согрЂвающую сердце мое... Ах, Памво! Сохраним сію божественную искру в сердцЂ нашем! Поберегим ея, дабы прах и пепел гробов наших не затушил ее. Во то время что ли мы останемся такое? Раз†един прах и смерть?.. Огня истребить не можем. Не спорю. Но что самим нам дЂлать без огня? Кая польза 210 нам в том, что имЂем в себЂ плоть и кровь? ВЂдай, что ей должно опуститься 211 во истлЂніе. В то время погибать ли нам без конца? И мы не иное что есмы, раз†мечта 212, сон, смерть и суета? О премногобЂдственное ж наше состояніе, если все-навсе одно 213 только есть тлЂнное без вЂчности, если, кромЂ явнаго, ничего не имЂется в нем тайнаго, в чем бы существо наше, как на твердом основаніи, задержалось, если всяческая суть суета и всяк человЂк живущій! / 432 /

Подлинно ж теперь (если так) силное твое царство, о горкая смерте, непобЂдимая твоя побЂда, о аде! Кто или что может противиться тлЂнным вашим законам, все в прах без остатка обращающим? Ах, бЂда! Погибель! БолЂзнь! Горесть! Мятеж... Слышите ли? Понимаете ли? Кій сей есть язык?..214

Памва. Господи! Избави душу мою от устен сих неправедных... от языка непреподобна, от человЂка неправедна... Язык их есть меч остр... гроб отверст...

Друг. Вот точный яд аспидов, жало грЂховное, язык зміин, низводящій Адама в труд и болЂзнь!.. Что ли ты нам нашептал, о древня злобо и прелесть? Для чего ты вельми 215 высоко возносишь умирающую мертвость, и старЂющуюся старость, и тлЂющую тлЂнь? Одна ли смерть царствует? И нЂсть живота 216? Лесть одна без правды, и злоба без благости, и старость без юности, и тма без свЂта, и потоп без сушы?.. Да запретит же тебЂ господь, о потопный / 441 / языче, рЂку вод лживых изблевающій, потопляющій матери Сіона младенцев, покрывающій мраком и облаком черным, низводящій во ад от господа, котораго 217 клевещешь с гордостію, уничтожая его царство и правду, юность и вЂчность, новую землю и живый род!.. Слушай же, бЂсе глухій, языче нЂмый и пустый 218! Понеже не признаешь пребыванія господня, исповЂдуя, что одна только смерть вездЂ владЂет, низводя \190\ все-нá-все во ад истлЂнія, того ради знай, что новый и нетлЂнный человЂк не точію поперéт тлЂнныи твои законы, но совсЂм вооружен местю до конца тебе разрушит, низвергнет от престола твоего, здЂлав тебе из головы ничтожным óшыбом. Памво! Слушай, Памво! Зачем ты молчишь? ВЂдай, что 219 ты уже познал путь твой. Не шепчет в твоем сердцЂ, онЂмЂв, злый язык. Раз†опять ожил? Раз†опять болЂзнь грЂшнаго языка во утробЂ твоей 220 обновилась? Паки бодéт меч душу твою? Видно, что для того молчишь, онЂмЂв и смирився, не говоришь добраго, не вопрошаешь 221 о мирЂ Іерусалима 222. / 442 /

Памва. Я давно уже тайно сей язык проклинаю в сердцЂ моем.

Друг. Но для чего явно не поешь? 223 Если дЂйствительно научился 224 псалму Давидову, для чего со Исаіею возлюбленному твоему пЂсни через весь день не простираешь? Если дал тебЂ господь новыи уста, зачем со Іереміею не говоришь: «И отверстая уста моя к тому не затворятся»? Если согрЂлося сердце твое в тебЂ, должен ты в поученіи твоем раздувать вЂчнующую воскресенія искру, дондеже 225 возгорится ярость блаженнаго сего пламеня и пояст всю себЂ сопротивную тлЂнь, дондеже 226 наполнится огненная рЂка божія, потопляющая нечестивыя. СогрЂтое сердце есть огненный духа святаго язык, новое на небеси и на землЂ поющій чудо воскресенія. Не видишь ли, что во всЂх вЂтхое сердце, земленный язык? ВсЂ боязливы, печальны, несыты, отчаянны, лишéнны небеснаго парáклитова 227 утЂшенія. Коль же, напротив того, мало тЂх, о коих сказано: «На стЂнах твоих, Іерусалиме, приставих стражы день и нощь, иже не престанут поминающе господа». / 451 / Мало сынов Амосовых для утЂшенія людей божіих. Не много Аввакумов, стоящих на божественной стражЂ. О всЂх можно сказать: мертв еси с мертвым твоим сердцем. ЖелЂзо пройде душу твою. Сидишь во тмЂ, лежишь во гробЂ... О божественная искро! Зерно горчично и пшенично! СЂмя Авраамле! Сыне Давидов! Христе Іисусе! Небесный и новый человЂче! Главо, и сердце, и свЂте всея твари! Пункт вселенныя! 228 Сила, закон и царство мира! Десница божія! Воскресеніе наше! Когда тебе уразумЂем?.. Ты истинный человек еси со истинной плоти. Но мы не знаем такова человЂка, а которых знаем, тЂ всЂ умирают. Ах, истинный человЂк никогда же умирает. Так видно, что мы никогда истиннаго не видивали человЂка, а которых знаем, у тЂх руки, и ноги, и все тЂло в прах обращается. Но что свидЂтелствует камень свящéннаго писанія? «Не отемнЂста, — говóрит, — очи его, и не истлЂстЂ уста его». Но гдЂ такій человЂк? Мы его никогда не видали и не знаем. Не разумЂем ни очей, ни ушей, ни языка. / 452 / Все то, что только знаем 229, на сіе не по- \191\хожо. Тут говорится о безсмертном человЂкЂ и нетлЂнном тЂлЂ, а мы одну грязь посЂли и ничего такого не видим, что бы не было порчное. Итак, сидя в грязи и на нея надЂясь, подобными ей и сами здЂлались. Очи имЂем тЂ, которыми ничего не видим, и ноги, ходить не могущіи, и таковыи ж руки, лишéнны осязанія, язык и уши такого ж сложенія. Вот как хорошо разумЂем, что такое то есть человЂк. Кто ж из воскресших не скажет 230, что мы тЂнь мертвая, что мы не прах, вЂтром колеблемый? Может ли нечувственная земля признать невидимаго?

Памва. Скажи лучше по Давидовому: «Еда исповЂстся тебЂ персть?». Бреніе и вода мимотекущая есть естеством своим всяка плоть, из стихій составленная, ров страданій и глубина тмы. «Спаси мя, — вопіет Давид, — от бренія, да не углибну, и от вод многих и глубоких». «Не мертвыи восхвалят тя...»

Друг. От сего ж то бренія изводит нас помянутая царская дщерь 231 Давидова, чистЂйшая голубица и прекраснЂйшая дЂва, одЂв нас не бренными, но позлащенными во междораміи и посребренными / 461 / духом божіим крильми. Сими окрилáтЂв, возлЂтуем с Давидом и почиваем. Бросив земнаго Адама с его хлЂбом, болЂзни, перелютуем сердцем к человЂку Павлову, к невидимому, небесному, к нашему миру, не за моря и лЂса, не вышше облаков, не в другіи мЂста и вЂка — един он есть вовЂки, — но приницаем в самый центр сердца нашего и душы нашея и, минув всЂ бренныи и потопныи мысли со всею крайнею внЂшностію плоти нашея, оставив всю бурю и мрак под ногами его, восходим чрез помянутыя лЂствицы 232 высокій восход и исход к животу и гла†нашей, ко истинному человЂку, в нерукотворенную скинію и к его нетлЂнной и пречистой плоти, которыя земная наша храмина слабою тЂнью и видом есть в разсужденіи истинныя, сопряженныя во едину ипостась без слитія естеств божіего и тлЂннаго. Сей-то есть истинный человЂк, предвЂчному своему отцу существом и силою равен, един во всЂх нас и во всяком цЂлый, его же царствію нЂсть конца...

Сего-то человЂка, если кто уразумЂл, тот и возлюбил и сам взаимно любезным здЂлался и едино с ним есть, / 462 / так как прилЂпившійся бренію и сам есть землею и в землю возвращается. А познавшій нетлЂннаго и истиннаго человЂка не умирает, и смерть над ним не обладает, но со своим господином вЂрный слуга вЂчно царствует, раздЂвшись, как из обветшалыя ризы, из земныя плоти, надЂв новую, сообразну его плоти плоть, и не уснет 233, но измЂняется, приняв вмЂсто земных рук нетлЂнныя, вмЂсто скотских ушей, очей, языка и протчіих всЂх членов истинныя, сокровенныя в богЂ, как Ісаіа говорит: «Се спаситель твой грядет, имЂяй с собою \192\ мзду, или награжденіе, воздаяй мЂсто желЂза сребро, мЂсто мЂди злато, полагаяй на основаніе твое камень сапфир 234, то есть небесну 235, нерукотворенную храмину». Да будет бог всяческая во всем твоем, а не мертвая земля и бреніе. Кто ли охотник к сему истинному животу, к сим блаженным дням? Сейчас вдруг, как молніа 236, дастся тебЂ. Удержи только язык твой от зла и устнЂ твои... О злый языче! О главо зміина! Начало горестных дней! ВсЂх из рая выводишь, всЂх во бездну потопляешь. Кто даст на сердце наше раны и на помышленія наша наказаніе премудрости? А иначе нелзя нам долой не пасть 237. К тебЂ прибЂгаем, / 471 / о горо божія, купино неопалимая, свЂщниче златый, святая святых, ковчеже завЂта, дЂво чистая и по рождест†твоем! Ты одна и раждаеши и дЂзствуеши. Твое единыя святЂйшее сЂмя, един сын твой, умершій по внЂшности, а сим самым воскресшій и воцарившійся, может стерти 238 главу зміеву, язык поношающій господеви...

Антон. Если священное писаніе есть сладкая гусль божія, не худо, если б кто нашу компанію повеселил, поиграв на сем инструментЂ хоть немножко.

Лука. Я в сем согласен с Антоном и сего ж прошу.

Квадрат. Не поврежу и я вашего добраго согласія и о том же прошу.

Друг. Слышишь ли, Памво? Принимайся за гусли. Ты долго учился Давидовой пЂснЂ. За десять лЂт можно пріучиться хоть 239 мало.

Памва. Ах! Что ли мнЂ в жизни пріятнЂе, как пЂть возлюбленному / 472 / моему человЂку? Но боюся, чтоб не поразнить голосов. Страшит мене сын Сирахов сими словами: «Глаголи, старЂйшино, и не возбрани мусикіи».

Друг. Пой і воспой! Не бойся! Будь увЂрен, что сладка ему будет бесЂда наша.

Памва. Но что ли ее присладит, если я неискусен?

Друг. Что пріусладит? Тое, что 240 дЂлает пріятным отцу младолЂтнаго сыночка 241 неправилное болтаніе в рЂчи или худое играніе на арфЂ. Раз†ты позабыл, что искуство во всЂх священных инструментов тайнах не стоит полушки без любви? Не слышишь ли Давида: «Возлюбите господа»? А потом что? «И исповЂдайте, хвалите и превозносите». Любленіе господа есть преславная глава премудрости. Как ж нужда в протчем? 242 Пой дерзновенно! Но как в сввдкой 243 музыкЂ один тон без другаго согласнаго не может показать фундамéнта, а пріобщеніе третяго голоса совершенную дЂлает музыку, которая состоит вся в троих голосах, меж собою согласных, так точно и в Давидовых / 481 / гуслях одна струна сумнителна, если ее с другим стихом не согласить. А при троих же свЂдителях совершенно всякій глагол утверждается. \193\

Воскликнем же господеви во гуслех! Вооружимся согласіем противу проклятаго языка, врага божественному нашему человЂку. Авось-либо по крайней мЂрЂ из нашей компаніи выженем сего нечистаго духа.







СИМФОНІА,

СИРЂЧЬ СОГЛАСІЕ СВЯЩЕННЫХ СЛОВ СО СЛЂДУЮЩИМ СТИХОМ:

«РЂх: сохраню пути моя, еже не согрвшати языком моим...» 244


Разговор: Памва, Антон, Лука и протчіи


Лука. Продолжай же притчу 245 твою, Памво.

Памва. Наконец, тЂ два невольники пришли к великим горам. Они о своем освобожденіи благодарили богу. Но голод и скука по отечеству их мучила. Как утишился вЂтер, услышали шум вод и подойшли ко источнику. СтарЂйшій с них, / 482 / отдохнув нЂсколько, осмотрЂл мЂста около богатаго сего источника, проистЂкающаго из ужасных азіатских гор. «Конечно, — говорит, — недалече тут люде где-то живут». — «Не знаю, кто бы могл поселиться в сих страшных пустынях, — сказал молодый, — по крайней мЂрЂ, виден бы был слЂд какій-либо 246 ко источнику». — «Да, в близости его по камням не видать, — сказал 247 старик, — но в далней околичности примЂтил я слЂд, весьма похож на человЂческій». Мало помедлЂв 248, поднялися узенькою тропою по кручам. Она их привела до каменныя пещеры с надписью сею: «Сокровище свЂта, гроб жизни, дверь блаженства».

«Не знаю, кій дух влечет 249 мене в темный сей вертеп, — говорит старик. — Или умру или жив буду. Ступай за мною!» ПослЂдуя предводительству духа, пойшли оба внутрь. Молодый, не терпя больше глубокія тмы: «Ах, куда идем?» — «Потерпи! Кажется, слышу человЂческій голос». И дЂйствительно, стало слышно шум веселящихся людей. Приближився к дверям, начали стучать. За шумом не скоро им отперли. Войшли в пространную залу, лампадами освЂщенную. Тут их приняли так, как родственников, / 491 / здЂлав участниками пира. А живут здЂ 250 нЂсколько земледЂлов со фаміліами 251. Отдыхав нЂсколько дней у сих человЂколюбных простаков, праздновавших шесть дней рожденіе своего господина, спросили путники у Конона, кой был меж ними головою, как далече живет их господин? «Он нас всЂм тЂм, что к веселости принадлежит, снабдЂвает, — сказал Конон, — однак мы к нему в дом никогда не ходим и не видим, кромЂ наших пастухов, которыи ему вЂрнЂе протчіих. Они от нас носят ему поклоны. Если желаете, можете к нему ити. Он не смотрит на лице, но на сердце. Вам назад ворочаться нельзя. Вот двери! Вам не \194\



Сторінка автографа другої редакції діалога «Наркисс». \195\


страшен темнаго вертепа путь при факалЂ. Господь с вами! Ступайте!»

Седмаго дня по входЂ своем в пещеру 1771-го года с полночи вступили чужестранцы во путь господскій. На разсвЂтЂ услышали хор поющій: «Смертію смерть поправ...»

ПослЂ пЂнія вдруг отворилися двери. Войшли в чертог, утренним свЂтом озаренный...

Лука. Полно! Воскликните богу Іяковлю нынЂ! Зачинай пЂть псалом твой и веди хор, Памво! 252 А мы за тобою, сколько можно. / 492 /






ХОР 253


Памва. «РЂх: сохраню пути моя...»

Лука. Кажется, со стихом сим согласен тот: «РЂх: сохранити закон твой...» Отсюду видно, что Давидовы пути, которыи он намЂрен сохранять, и закон божій — все то одно. Итак, вторый стих есть истолкователем перваго.

Антон. Немножко есть сумнЂнія в том, что Давид назвал своим то, что божіе есть, а не его.

Квадрат. Для чего ж Давиду закона божія не назвать своим путем: он, путь нечестивых 254 оставив, усвоил и усыновил себЂ путь божій.

Антон. Не спорю. Однак лучше, когда бы третій стих развязал сумнЂніе, дабы твердое было в троих тонах 255 согласіе.

Лука. Что ж сумнЂваться? ВЂдь Давид и бога своим называет. «Часть моя еси, господи. Ты мой, а закон твой есть мой же». «РЂх: сохраню пути моя...» — то же, что «РЂх: сохранит зак[он] твой». Но для твоего удоволствія вот тебЂ третій: / 501 / «Пути моя исповЂдах и услышал мя еси».

Антон. Я и сим недоволен. Сей стих изъясняется 256 слЂдующим: «РЂх: исповЂм на мя беззаконіе мое господеви». И так: «Пути моя исповЂдах», то есть беззаконіе мое, а не закон божій. «И услышал мя еси», то есть: «И ты отпустил еси нечестіе сердца моего». Сіи два во всем с собою сходны. И как начало началом, так и конец концем втораго открывается 257. Итак, нЂсколько разнят два стихи сіи: «Сохраню пути моя», «сохранити закон твой...» Если бы сказал: «сохраню пути твоя», в то время совершенная была бы симфоніа с сим: «сохранити закон твой».

Квадрат. Как же теперь быть? Слушай, Памво! Завел ты нас в непроходиму. Ты ж сам и выведи.

Памва. Знаю. Вам сумнително то, что Давид как закон божій называет путем своим, так и беззаконіе называет своим же 258. Не удивляйтеся. Един наш для всЂх нас есть путь, ведущій во вЂчность, но д†в себЂ части и д†259 стороны, \196\ будьто два пути, десный и шуій, имЂет. Часть господня ведет нас к себЂ, а лЂвая его сторона во тлЂніе. Сею стороною / 502 / Давид прежде шествовал и, усмотрЂв обман, говорит: «Пути моя исповЂдах и ты» и протч. Потом, избрав благую часть, сказует: «Сохраню пути моя», сирЂчь стану беречь сію благую часть, дабы мене мой язык не отвел от нея во истлЂніе. «Искуси мя, боже, и увеждь сердце мое и аще есть путь беззаконія во мнЂ, тогда настави мя на путь вЂчен».

Друг. Любезныи други! 260 Вы не худо на Давидову арфу забренчали и, по моему мнЂнію, не нарушили мусикіи 261. Но опустили самое нужное, а именно: «РЂх».

Антон. Сіе, кажется, всяк разумЂет.

Друг. А мнЂ снится, будьто нЂт труднЂе.

Антон. Конечно, ты шутишь.

Друг. Никак! Священное писаніе подобно рЂкЂ или морю. Часто в том мЂстЂ глубина и самым ангелским очам неудобозримая закрывается, гдЂ по наружности показывается плохо и просто. / 511 / ПримЂчайте, что Давид на многих 262 мЂстах говорит «рЂх», и послЂ сего весьма важное слЂдует, напримЂр: «РЂх: нынЂ начах...» и протчая; «РЂх: потом раждается сохраненіе закона»; «Рече безумен в сердцЂ своем» 263; в то время слЂдует растлЂніе всЂх начинаній; «РЂх: ты еси бог мой». Видите, что рЂчь сЂмям и источником есть всему добру и злу, а вы сію голову опустили 264. Сея-то добрыя рЂчи просит у бога он же. «Рцы душЂ моей: спасеніе твоя есмь аз». «Господи, устнЂ мои отверзеши...» А как послал слово свое и исцЂлил, в то время Давид всему строенію своему положил основаніе... Как же ты, Антон, говорить, что всяк разумЂет? РазумЂешь ли, что такое есть рЂчь?

Антон. По крайней мЂрЂ вижу человЂческіи уста.

Друг. Бог знает... «Приступит человЂк и сердце глубоко». Как же можешь видЂть?

Антон. Сердце 265 видЂть не могу.

Друг. Так не видишь же ни уст его. Позабыл ты уже оное? «Глубоко сердце человЂку и человЂк есть» 266. / 512 / Слушайте, любезныи други! Запойте на Давидовых гуслях. Обличите его невЂжество. Иждени́те бЂса 267. Памво, зачинай!







СИМФОНІА 268


Памва. «СогрЂяся, сердце мое». «Глаголах языком моим».

Лука. «Дал еси веселіе в сердцЂ моем».

Квадрат. «Отрыгну сердце мое, слово благо, язык мой — трость...»

Памва. «Возрадуется язык мой правдЂ твоей».

Квадрат. «Слово господне разже его». \197\

Лука. «Возвеселитися во веселіи языка твоего».

Памва. «Разжеся сердце мое и утробы моя».

Лука. «Возрадуются устнЂ мои и душа моя».

Квадрат. «ТебЂ рече сердце мое: господа взыщу».

Друг. Полно! Слышишь ли, Антон, симфонію? Понял / 521 / ли ты, что язык со устами радуется, а сердце говóрит? Признайся ж со 269 Сираховым сыном, что «уста мудрых в сердцЂ их». Но как сердца их не видишь, так ни уст их, ни языка, ни слова уст их, ни рЂчи. Видишь, коль трудное слово «РЂх!».

Антон. А внЂшніи уста и язык — что такое есть?

Друг. ОнЂмЂй и молчи! Не слыхал ли ты, что на сих гуслях не должно пЂть для твоей земли, плоти и крови, но единому господу и его языку, о коем пишется: «Земля убояся и умолча внегда востати на суд богу».

Антон. Новый подлинно язык.

Друг. Новый человЂк имЂет и язык новый. Слушай 270, Памво! Запойте сему возлюбленному нашему человЂку, сладости и желанію нашему. Но 271 так пойте, чтоб сладка была ему ваша хвала. Воспойте умом, не одным воздух поражающим гласом 272. Новому нову пЂснь.






СИМФОНІА


Памва. «Пою тебЂ в гуслех, святый Израилев». / 522 /

Лука. «Красен добротою паче сынов человЂческих».

Квадрат. «Возлюбленный, яко сын единорожь».

Памва. «Сего ради помаза тя, боже, бог твой».

Лука. «Честно имя его пред ними и жив будет».

Квадрат. «Обновится, яко орляя, юность твоя».

Памва. «Жезл силы послет ти господь от Сіона».

Лука. «Что есть человЂк, яко помниши его».

Квадрат. «ЧеловЂк и человЂк родися».

Памва. «Престол его, яко солнце».

Лука. «Востани, вскую 273 спи́ши, господи!»

Квадрат. «Десница твоя воспріят мя».

Памва. «Не даси преподобному твоему видЂти истлЂнія».

Лука. «Еще же и плоть моя вселится на упованіи».

Квадрат. «И лЂта твоя не оскудЂют». / 531 /

Друг. Знаешь ли, Антон, сего блаженнаго мужа? Он не умирает, а плоть его не истлЂвает.

Антон. Признаюсь, не знаю. А что знаю, тЂ вси умирают и тлЂют.

Друг. Так слушай же, что тЂ всЂ у бога непочотныи. «Не соберу, — рече господь 274, — соборов их от кровей». Кая польза в крови их, когда они тлЂют? Ищи, что то за человЂк, который в памятной записи у бога? Если сыщешь, в то время \198\ и сам записан будешь на небесах. ВЂдь ты читал, что «единою глагола бог», а там разумЂется двое — человЂк и человЂк, язык и язык, «рЂх» и «рЂх», старое и новое, истинное и пустое, слово божіе и смертное, глава и пята, путь и грЂх, то есть заблужденіе... «РЂх». А потом что? «Сохраню пути моя» 275. «РЂх беззаконнующим». А что такое? — «Не беззаконнуйте». «РЂх». Что ж то за рЂчь? «Услышу, что речет во мнЂ господь?» «Мир! яко речет мир на люди своя». «РЂх». Вот же и рЂчь 272: «Господи, устнЂ мои отверзеши». «РЂх: господь дасть глагол благовЂствующим». «РЂх: посла слово свое и исцЂли их» 277. «РЂх: вначалЂ бЂ слово». «РЂх: бог, рекій из тмы / 532 / свЂту возсіяти». «РЂх: той сотрет твою главу». «РЂх: рече бог: — Да будет свЂт». «РЂх: просвЂщаеши тму мою». «РЂх: сердце чисто созижди». «РЂх: господи, во чре†нашем зачахом». «РЂх: всяка плоть — трава». «РЂх: кляхся и поставих судбы...» «РЂх: живо бо есть слово божіе». «РЂх: доколЂ сЂчеши, о мечу божій? Глаголяй истинну в сердцЂ моем, боже сердца моего, доколЂ сЂчеши? 278 Я уже скрых словеса твоя в сердцЂ моем».

Антон. А я думал, что Давид обыкновенно сказал нашим языком — «рЂх».

Друг. Ни! 279 — но тайным, новым, нетлЂнным. Он не любил инако говорить; слышь, что сказует: «О господЂ, похвалю слово».

Антон. О, дабы 280 бог дал и мнЂ новый сей язык!

Друг. Если узнаешь старый, познаешь и новый.

Антон. Тфу! Что за бЂда? Будьто я уже 281 и стараго не знаю? Ты мене чучелом здЂлал.

Друг. Если б тебЂ трактирщик поставил един стараго, другій стакан вина новаго, а ты не знаток, то как можно сказать, будьто 282 знаешь? Ошибкою / 541 / можешь почесть старое вмЂсто 283 новаго.

Антон. Что ж ползы видЂть, не имЂя вкуса? 284

Друг. Самая правда. А я тебЂ говорю, что и о самом старом языкЂ не знаешь, гдЂ он, хотя б ты вкуса и не 285 был лишен.

Антон. Что ты поешь? 286 ВЂдь старый наш язык 287 во ртЂ 288.

Друг. А рот гдЂ?

Антон. Раз†не видишь моего рта?

Друг. Полно врать, непросвЂщенная грязь! Преисподняя тма! Послушай Давидовых гуслей и прожени духа 289 лжы. Воспой, старик! 290 \199\





СИМФОНІА


Памва. «НЂсть во устЂх их истины. Сердце их суетно».

Лука. «УстнЂ лстивыя в сердцЂ».

Квадрат. «Рече безумен в сердцЂ своем».

Памва. «Труд и болЂзнь под языком их».

Лука. «ДоколЂ положу совЂты в душЂ моей?» / 542 /

Квадрат. «БолЂзни в сердцЂ моем...»

Друг. Вот видишь, что и самый старый твой язык во ветхом твоем сердцЂ, а не в наружности 291.

Антон. Как же наружный мой язык не говóрит, когда он говóрит? ВЂдь голос его слышен.

Друг. Мысль движет грязь твоего языка, и она-то говорит оным, но не грязь — так, как молоток часы на башнЂ бьет 292: выходит из нутра часовыя машины побудительная сила, коею нечувственный движется молоток. И посему-то Давид поет 293: «Помыслиша (так вот уже) и глаголаша». Старый, новый ли язык — оба закрылися в безднЂ сердец своих. «Помыслих, — говорит, — пути твоя», то есть «рЂх: сохраню пути моя». А опять о злом языкЂ вот что: «Неправду умысли язык твой», то есть «сердце его собра беззаконіе себЂ». А как во мертвость твоего наружнаго языка, так во всЂ твоея тлЂнности члены выходит побудительная сила из сердечныя же машины. Посему видно, что всЂ они в той же безднЂ, как яблоня в своем сЂмени, утаеваются, а наружная грязь о них только свидЂтельствует. ПЂвчіи, поиграйте и сея пЂсеньки!







СИМФОНІА 294


Памва. «Нога моя ста на правотЂ».

Лука. «Тіи же присно заблуждают сердцем». / 551 /

Квадрат. «Неправду руки ваши соплЂтают».

Памва. «В сердцЂ беззаконіе дЂлаете».

Лука. «Язык его соплЂташе лщеніе».

Квадрат. «Возведох очи мои».

Памва. «К тебЂ взях душу мою».

Лука. «Виждь и приклони ухо твое».

Квадрат. «Преклоних сердце мое во свидЂнія твоя» 295.

Друг. Ражжуй силу сих слов и усмотришь, что нога гордыни и рука, и роги грЂшных, и зубы, уши, и око простое и лукавое — и все до послЂдняго волоса спряталось в сердечной глубинЂ. Отсюду-то исходят помышленія, всю нашу крайню плоть и грязь движущіи. Помышленіе, владЂющее наружным твоим оком, есть главное твое око, а плотскóе так, как бы одежда 296, послЂдующая своей внутренности. То же разумЂй и о протчіих частях.

Антон. Да ты ж говорил, что уста мудрых только одних 297 в сердцЂ их, а теперь говоришь то о всяких устах. \200\

Друг. Весьма ты примЂтлив на мои ошибки. Вот Сирахов стих: «Сердце безумных во устах их, уста же мудрых в сердцЂ их». / 552 / Пускай же и безумнаго уста будут в сердцЂ. Но если ты сего не разумЂешь, в то время мысль твоя будет в грязи наружних твоих уст. А о чем размышляешь, там твое пустое и сердце. Оно думает, что плотское бреніе силно и важно. В сем ложном мнЂніи оно пребывая, дЂлается и само пустошью, так как и язык его есть суетный. Таковый помысл есть устами твоими бренными, а в них твое сердце дотолЂ 298 будет, доколЂ 299 не скажешь: «РЂх: сохраню пути моя». «Спаси мя от бренія, да не углибну». ЗатЂм-то язык и головою называется, что за сим вождом все человЂческое сердце идет. Желал бы я, дабы 300 тебЂ господь и всЂм нам дал новое и чистое сердце, стер главу языка зміина, а заговорил в сердцЂ нашем тЂм языком, о коем сказанно: «Языка, его же не видяше, услыша». «Посла слово свое и избави их от растлЂній их».

Антон. Теперь, кажется, и я разумЂю сіи слова: «Возрадуются кости смиренныя».

Друг. Когда все-нá-все, то и самая кость в душЂ и в сердцЂ заключается. Как только (говóрит) умолчах: «Обветшаша кости моя».

Памва. «ОнЂмЂх и умолчах от благ в то время, внегда востати грЂшному (языку) предо мною».

Друг. Подлинно. А как сей злый вожд 301 и глава зміина приводит все сердечное сокровище в смущеніе, / 561 / так, напротив того, веселый божій мир благовЂствующій язык приносит всему сердцу, всей безднЂ нашей радость и свЂт. «Слуху (говóрит) моему даси радость и веселіе» 302. Для того как все мое, так и кости мои, прежде всего смирившіися во истлЂніе, теперь возрадуются. Сему мирному языку вЂровах, тЂм же и глаголах 303. А что глаголах? Вот что 304: «Всяк человЂк — ложь». «Всяка плоть — сЂно» 305. «Плоть — ничто же». «РЂх: имя господне призову». «РЂх: сохраню пути моя». Пойду вслЂд за новым моим языком, за нетлЂнным человЂком. Не пойду во истлЂніе за грЂшным языком. Закричу со Исаіею: «Божій есмь».

Памва. Войшли мы нЂсколько во внутренность плоти нашея, будьто в нЂдро земное. Найшли, чего не видали. Людей мы найшли новых, руки, ноги и все новое имЂющих. Но еще не конец. Продолжаймо путь к совершенному миру нашему. Пренебреги, о душа моя, совершенно всю плоть видиму и невидиму! Отходь от нея и приближайся ко господу. ВЂрою отходь, а не видЂніем. ВЂра роет и движет горы. Вот свЂтилник стезям твоим, язык новый!




Аминь. \201\












Попередня     Головна     Наступна         Примітки


Етимологія та історія української мови:

Датчанин:   В основі української назви датчани лежить долучення староукраїнської книжності до європейського контексту, до грецькомовної і латинськомовної науки. Саме із західних джерел прийшла -т- основи. І коли наші сучасники вживають назв датський, датчанин, то, навіть не здогадуючись, ступають по слідах, прокладених півтисячоліття тому предками, які перебували у великій європейській культурній спільноті. . . . )




Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть ціле слово мишкою та натисніть Ctrl+Enter.