Опитування про фонему Е на сайті Ізборник  


[Григорій Сковорода. Повне зібрання творів: У 2-х т. — К., 1973. — Т. 2. — С. 85-98.]

Попередня     Головна     Наступна         Примітки





/ 35/11 /

ПРЯ БЂСУ СО ВАРСАВОЮ


Егда во обновленіи міра собылося на мнЂ оное:

‘Ο στέφανος τω̃ν σοφω̃ν πλου̃τος ’εστι αυτω̃ν. —

«ВЂнец премудрых богатство их» (Притчи).

ЯснЂе изрещи: In corona sapientium divitiae eorum.

Тогда во пустынЂ явися мнЂ бЂс от полчища оных: «Кленущу нечестивому сатану, сам кленет свою душу». Имя ему Даймон А.

Даймон. Слыши, Варсава, младенческій уме, сердце безобразное, душо, исполненна паучины! Не поучающая, но паучающая. Ты ли еси творяй странныя догматы и новыя славы?

Варсава. Мы-то божіею милостію рабы господни есмы и дерзаем благовЂстити божію славу сію:

Яко злость трудна и горка,

Благость же легка и сладка.

Даймон. Что ли есть благость?

Варсава. Тожде / 35/12 / что нужность.

Даймон. Что есть нужность?

Варсава. То, что нЂсть злость.

Даймон. Что ли есть злость?

Варсава. То, что нЂсть благость.

Даймон. Откуду родится нужность?

Варсава. Она есть вЂтва благости и блаженства.

Даймон. Благость же или блаженство откуду есть?

Варсава. Сія вЂтва от древа жизни.

Даймон. ГдЂ есть древо жизни?

Варсава. ПосредЂ плоти нашея.

Даймон. Что ли есть древо жизни?

Варсава. Есть закон ума.

Даймон. Что ли есть закон ума?

Варсава. СвЂт тихій святыя славы, безсмертнаго отца небеснаго... Образ ипостаси его, ему же слава вовЂки. Аминь.

БЂс нЂколико быв смущен, и водрузив очи в землю, помышляше в себЂ, негодуя на странности отвЂтныя. ПослЂди же вопросил: «НынЂ ли убо узаконяеши? И подлагаеши во основаніе лживую твердь сію, нужность не трудна?».

Варсава. Аминь глаголю тебЂ: елико что нужнЂе, толико удобнЂе. / 36/21 /

Даймон. Ты ли написал 30 притчей и дарил оныя Афанасію Панкову?



А Даймон, или демон, у еллин значит вЂдящій, или вЂдьма; знаток (δαίμων), отсюду δαιμώνιον острое, трудное, но неключимое и непотребное вЂдЂніе. У евангелистов сим словом именуются бЂсы. Прим. автора. \86\



Варсава. Воистину тако есть. Сей есть друг ВарсавЂ.

Даймон. Помниши ли едину от них, в коей бесЂдует Буфон со Зміею, обновившею юность?

Варсава. Помню. Я оную притчу увЂнчал толкованіем таковым:

Чем большее добро,

ТЂм большим то трудом

Огражденно, как рвом.

Даймон. А-а, новый архитектон! НынЂ то ты мнЂ впал в пругло.

Варсава. ИсповЂдую согрЂшеніе мое.

Даймон. Видиши ли, яко брань на тебе твоя же воздвизает слава.

Варсава. «Аще речем, яко грЂха не имамы, себе прелщаем...»

Даймон. Или убо заколи новую твою славу тую: «Нужность не трудна».

Варсава. Новое чудо боголЂпное — заколю ли?

Даймон. Или аще поборяеши по ей: преступника себе обличаеши, разоряя, созданную самым тобою прежнюю ограду, оградившую трудом / 36/22 / дом (яко же великолЂпно написал еси), всякое благо.

Варсава. НЂсмь аз бог и согрЂшаю, нЂсмь паки бЂс и каюся.

Даймон. Ох! Словеса твоя возбЂсиша мя. Иди за мною, сатано! Не о покаяніи глагол мой. Но разумЂеши ли, яко грЂх нарицается еллински ‛αμαρτεία, гласит же: преступленіе, буйство, заблужденіе, безуміе...

Варсава. Вельми разумЂю. ГрЂх есть слЂпота душевная.

Даймон. Почто убо слЂп сый, слЂпцов водити дерзаеши, узаконяя странную и неслышанную славу?

Варсава. Почто? Того ради, яко каюся.

Даймон. О вране нощный! Кайся, раскайся, окаевайся.., но не буди творец догматов новых.

Варсава. Кто же может каятися и прейти на иное, не поставив прежде новыя судбы и новаго рока во основаніе? На чем станет? ВЂдомо, что дух покаянія стоит на каменном островЂ, поправ прежнюю злобу, облобызав же новую благодать. Сія благодать есть / 37/31 / новый адамант, подлагаемый во основаніе новозиждемому граду святому. Она есть вЂчное зерно, откуду произрастает древо нетлЂнных плодов и новаго вЂка. Сего ради всуе раздЂляеши нераздЂлное. Каятися узрЂть брег новыя славы, начать новую жизнь, новым сердцем, новыми плодами — всЂ сіи вЂтвы суть от единаго древа и есть едино и тожде. Яко же утро, свЂт, солнце, луча, день \87\ есть тожде. Како убо рекл еси мнЂ: «Кайся, но не буди творец догматов новых»?

Даймон Перестани, реку, высокобуйствовати! Остави прю и облобызай слывущую искони в народах славу сію:

Δύσκολα τά καλά, εύκολα τά κακά.

Gravissima bonitas, levissima malitia.

Варсава. Приложи, аще хощеши и сіе:

Dulcissima mala, amarissima bona,

Beatissima mala, miserrima bona. / 37/32 /

Обаче смрада сего отнюдь не вм-ыдает сердце мое. Аще ли будет гортань мой гробом отверстым? Аще ли возвратятся мнЂ Ліины очи? Вепрово обоняніе? Уста Іудины? Тогда раз†облобызаю сію неключимую славу.

Когда Израиль почтет над крастели стерву,

Тогда и я предпочту вепра над Миневру.

Даймон. Тако ли убо? На всЂ академіи, на всЂ школы и на всЂ их книги брань воздвизаеши?

Варсава. Прости мнЂ, друже и враже мой. Нужда мнЂ надлежит и на тебе ополчатся. Во крещеніи клятвою закляхся никого же слышати, раз†единыя премудрости, во евангеліи и во всЂх освященных библейскаго Іерусалима обителях почивающія. От того даже времени заплеван от мене мір, плоть і діавол со всЂми своими совЂтами. Іерей облил тЂло мое скотскою водою на той конец, дабы послЂжде омыл я сердце мое водою духа из евангельскаго Сылоама. Се тайна есть плотскою водою, тайнообразующая воду премудрости, ліемую из библіи во спасеніе. Инако же аще ли кто облит или погружен, но не исполнивый тайны, люблящій же пить гнилую мірских совЂтов воду есть лицемЂр, / 38/41 / чужд царствія божія, яко водою точію крещен, но не купно и духам. Нужда убо мнЂ ополчатися на всЂх, да сохраню царю моему вЂру мою. Паки же... Коль краты привязала мене богу тайна евхаристіи? Крошка хлЂба и ложечка вина ненасыщающая тЂла... Не сей ли вид преобразуется в пищу премудрости его, укрЂпляющія и веселящія сердце? Не он ли, прильпнув к невидимому, претворяется в тайнообразуемое первообразное? Сія пресущность вида совершается тогда, егда тлЂнь та и сЂнь тлЂнными устами пріемлется купно же, аки удицею, тайно вовлекается сердце во евангелскія чертоги и вкушает от тайныя оныя вечери. «Блажен, иже снЂсть обЂд, во царств[іи] неб[есном]». Инако же нЂсть евхаристіа, сирЂчь благодареніе, но лицемЂрность, но предательство, но неблагодарность, предающая сердце Христово за малоцЂнныя мірскія совЂты. Се толь чудным союзом любви связанное сердце мое со сердцем божіим, не радостно ли востанет на всЂ супостаты его? \88\

Открый мнЂ во священной библіи хотя едино мЂсто, благословляющее твою славу, и довлЂет мнЂ. Инако же не наш еси, но от супостат наших.

Даймон. Убо ли глух еси, не слышай, яко гбсный есть путь, ведущій / 38/42 / во царствіе небесное? И яко малое стадо спасающихся? Яко мнози взыщут внійти и не возмогут? Яко востанет дому владыка и затворит двери?.. «Ту будет плач и скрежет зубов, егда узрите Авраама и Исаака» и протч. во царствіи божіи, вас же изгонимых вон...

Варсава. О клевета, смутившая и смЂсившая горняя со преисподними...

Даймон. Внемли же и сему: «Бдите, да некогда отягчают сердца ваша...» «Востани, спяй! Что стоите праздны?» «Восклонитеся и воздвигните главы ваша...» «Труждающемуся дЂлателю прежде...» И тма иных мЂст. Сіе же мЂсто: «УдобнЂе велблюду сквозЂ иглинныя уши проити...» «Будут дни тіи скорбь, якова не бысть». НепреодолЂнную трудность ко благу обличает.

Варсава. ДоколЂ мнЂ ругался еси, терпя, потерпЂх. НынЂ же, о нечестивый и козненный! Бога моего благодать прелагаеши во скверну твою.

Даймон. Почто, Варсаво, бЂснуешися? / /

Варсава. Путь божіих словес превращаеши в лукавую твою стезю.

Даймон. Како сія могут быти?

Варсава. Како может трудом устрашати той, иже призывает глаголя: «Пріидите ко мнЂ, все труждающіися, и аз упокою вы»? Не клевещи убо, день божій быти скорб, но твои дни и мои есть скорб, и не до скорбы, но от скорби сея отзывает / 39/51 / обремененных. Твои убо дни суть мерзость запустЂнія, Даніилом реченная. «И во твоих днех горе родящим и доящим». Сего ради глаголет: «Молитеся, да не будет бЂгство ваше в зиму». Твой-то день есть зима, скрежет, плач, буря, море... Отсюду вызывает в кефу свою, в тихое пристанище, в домЂ прибЂжища. «Аз упокою вы». «Отступите от мене всЂ дЂлатели неправды». «Мучитеся всЂ возненавидЂвшіи покой мой».

Даймон. Не рекох ли, яко бЂса имаши? Воньми, о бЂсне! Не глаголю, яко не благо есть царствіе божіе, но яко жестоким трудом ограждено и яко к нему путь тЂсен и приступ прискорбный.

Варсава. Но не ты ли сказал: яко сія мЂста благословляют славу твою? Сам убо понудив мене глаголати о сих, нынЂ бЂсным мене нарицаеши. Аще бЂснуются, ты еси вина сего, аще же добрЂ глаголах, почто мя злословиши? \89\

Даймон. О лис! О змій! Метаешися, свиваясь, развиваясь в различный свиток. Обаче аминь, глаголю тебЂ, яко узкій путь и тЂсная врата во царство небесное.

Варсава. ТЂсная, вЂрно, велблюду, но человЂку довольно пространная.

Даймон. Что ли есть велблюд?

Варсава. Душа, мірскими бременами отягченна.

Даймон. Что ли есть бремя?

Варсава. Богатство, пиры и сласти міра сего, яже суть удица / 39/52 / діаволская. Несут нечестивыи на ременах своих злый крест и мучащее их неудобоносимое иго, тяготу же свою, ея же сами суть виновныки, возвергают на царствіе божіе.

Даймон. Уа! НынЂ не обынуяся исповЂдал еси, яко труден путь. Ура! ПобЂдих! ТЂсен, узкій, труден есть тожде.

Варсава. Воистину неудобен и труден злым мужам. Но они за самими собою влекут сію трудность. На пути же божіем не обрящут и нЂсть ея вовЂки. Злоба благоту во вред, яд, во труд и болЂзнь сама собою себЂ же превращает.

Даймон. Что ли есть злость?

Варсава. Почто мя искушаеши, лицемЂре? Рекох тебе уже, яко злость есть то, что нЂсть благость. Она есть дух губительный, все во всегубительство преображающій.

Даймон. Како могут сія быти?

Варсава. Ты Даймон еси и сих ли не вЂси? Жизнь наша не путь ли есть? Не сей ли путь самым богом есть положен? Не бог ли есть всехитрец, еллински — аристотехна? Како убо труден путь нам сотворил? ОнЂмЂй, о языче лживый! Не клевещи, злобо, благости и премудрости. Ты сама сотворила путь божій трудным, содЂлав его беззаконным. / 40/61 / Что бо есть беззаконіе, аще не растлЂніе? И что есть грЂх, аще не жало смерти, вся разоряющее?

Даймон. Како могут сія быти?

Варсава. Не искушай мене, пытливая злобо, не смущай сердца моего. Не во благость, но во злость ревнуеши знати.

Даймон. Но подобает же тебЂ обличити, како злоба дЂлает сладкое горким, легкое же трудным.

Варсава. О роде развращенный! ДоколЂ искушаеши? Аминь, глаголю тебЂ, яко елико что благо есть, толико и творити и вЂдЂти удобно есть.

Даймон. Камо идет слово твое, не вЂм.

Варсава. Камо? Печешися и молвиши о сей истинЂ, яко злоба дЂлает легкое трудным, испытуеши, како бывает сіе? Сія же истина блистает паче солнца в полуднЂ, яко все истинное, и легкое, и ясное есть.

Даймон. Како же ясное, аще аз не вижу? \90\

Варсава. НЂсть удобнЂе, яко же удобно есть видЂти солнце. Но сіе труд и болЂзнь есть нетопыру. Обаче труд сей сам за собою носит во очах своих, возлюбивших тму паче свЂта... Предложи сладкоздравую пищу болящему, / 40/62 / но он со трудом вкушает. Возведи путника на гладок путь, но он слЂпым и хромым соблазнь и, претыканіе, развращенно же и превратно шествующим, — горесть, труд и болЂзнь.

Даймон. Кто ли развращенно ходит?

Варсава. Той, кто в дебри, в пропасти, в безпутныя и строптивыя калуги от пути уклоняется.

Даймон. Кто же ли превратно шествует?

Варсава. Той, кто на руках, превратив ноги свои выспрь, или не лицем, но хребтом в задняя грядет. Сим образом весь мір живет, яко же нЂкто от благочестивых воспЂвает:

Кто хощет в мірЂ жизнь блаженно править,

О, да совЂты мірски всЂ оставить.

Мір есть превратный, Он грядет руками,

Пад ниц на землю, но горЂ ногами.

СлЂпый, слЂпаго вслЂд водяй с собою,

Падут, ах! оба в ров глубок с бЂдою.

Видиши ли, яко злость сама себЂ труд содЂвает? Не вопрошай убо, како могут сія быти?

Даймон. Обаче тЂсна дверь и мало входящих.

Варсава. ЗлЂ просят и не пріемлют. Не входят, яко злЂ входят.

Даймон. Како же злЂ? / 41/71 /

Варсава. Со трусом колесниц, со шумом бичей, коней и конников, со тяжестьми Маммоны, со тучными трапезами, со смрадом плоти и кровей в безбрачных вретищах, в безпутных сапогах, с непокрытою главою и без жезла, не препоясанны руками и ногами не омовенны. Се тако злЂ.

Даймон. Кія колесницы? Кія кони? Кая мнЂ вретища глаголеши? Не даже ли всяк ли ездит на колесницах фараонских? Чудо!

Варсава. Ей, глаголю тебЂ, всяк.

Даймон. Не мучи мене, рцы кія?

Варсава. Воля твоя.

Даймон. Се нынЂ разумЂх, яко бЂса имаши. Глаголеши неистова.

Варсава. Ей! Паки и паки глаголю тебЂ, яко всяк обожившій волю свою, враг есть божіей волЂ и не может внійти во царствіе божіе. Кое причастіе животу у смерти? ТмЂ же у свЂта? Вы отца вашего діавола похоти любите творити, сего ради и трудно вам и невозможно.

Даймон. Како убо колесницею нарицаеши волю? \91\

Варсава. Что же ли убо носит и возбЂшает вас, аще не непостоянныя колеса воли / 41/72 / вашея, и не буйныя крила вЂтренных ваших похотей? Сію вы возлюбивши и возсьвши на ней, яко на колесницЂ, везущей во блаженство, ищете ея, піяны ею, во днех царствія божія и воли его, но не обрЂтаете и глаголете: увы! трудно есть царствіе божіе. Кто может обрЂсти тму во свЂтЂ? Не обитает тамо ложная сласть, честь и сокровище. Ваша есть сія воля, не его. Она, ей, глаголю! Она вам есть и узы, и вереи, и лев поглотившій, и ад, и огнь, и червь, и плач, и скрежет. И не изыйдете отсюду, дондеже расторжете узы и отвержете иго воли вашея, яко же есть писано: «Раздерите сердца ваша». Во время оно явится Сампсону по жестоком — сладкое, по зимЂ — дуга и мир Ноев.

Даймон. Кто убо вина? Не воля ли дадеся человшу?

Варсава. О злобо, не клевещи премудрости! Не одна, но д†воли тебЂ данныя. Писанно бо есть: «Предложих тебЂ огнь и воду». Д†воли есть то, сугубо естествен путь — десный и шуій. Но вы, возлюбивше волю вашу паче воли божія, вЂчно сокрушаетеся на пути грЂшных. Не сам ли убо еси вина?

Даймон. Почто убо предложенна зла воля человЂку? Лучше бы не быти ей вовся. / 42/81 /

Варсава. Почто беззаконикам предлагает мучительная орудія судія? Того ради, яко да тЂми мучимы навыкнут покарятися правдЂ. Инако же колико бы удалялися от благодЂтельницы сея, аще толь мучимы едва покаряются?

Даймон. Откуду мнЂ убо сіе, яко воля мнЂ моя благоугодна есть и паче меда услаждает мя? Вопреки же божія воля пелынь мнЂ и алой есть, и раны...

Варсава. О бЂдная злобо! НынЂ сам исповЂдал еси окаянство твое. Не мене убо, но сам себе о сем вопрошай. Не я, но ты еси страж и хранитель тебЂ. Провижу со ужасом разореніе в душЂ твоей, вину же сего обличить ужасаюся.

Даймон. Ха-ха-ха! Прельщаешися, Варсаво, мня, яко ищу суда от тебе. Но твой ум младенствует. Писано же есть: «Бывайте младенцы во злобЂ, но не в умЂ». «Не прійдох пріяти, но дати совЂты».

Варсава. От всЂх ваших бренных совЂтов, даже от юности моея, омыхся уже в СилоамЂ. Господь даде мнЂ око свое, и не постыждуся.

Даймон, Чудное твое око, видящее то, что нигдЂ же обрЂтается. ГдЂ бо сердце, подобное твоему? / 42/82 / Возлюбил еси странность. Что убо? Даже ли все общее и все бываемое в мірЂ, все ли то есть зло? Едина ли странность блага?

Варсава. Не отвлекай мене татьски в кривую стезю. Путь слова моего есть о трудности, гнЂздящейся во адЂ, изгнанной же из Едема. Хощеши ли о странности? \92\

Даймон. Сотворим единоборбу и о сем: есть со мною научаяй руцЂ мои на ополченіе. Предложи убо мнЂ хотя едино, бываемое на торжищи міра сего, общедЂемое у всЂх и вездЂ и всегда, нЂсть ли оно скверное, трудное и мучительное. ДовлЂет...

Варсава. Фу. Предлагаю тебЂ у всЂх, вездЂ, всегда дЂемое и оно вельми благо есть. Не всЂ ли наслаждаются пищи и питія? Не вездЂ ли и всегда? И сіе есть благо, яко же писанно: «НЂсть благо человЂку, раз†еже яст и піет...» И паки: «Прійди и яждь во веселіи хлЂб твой и пій во блазЂ сердцЂ вино твое...»

«Молюсь ти, господи, избави мя от Голіафа сего, изострившаго, аки меч, язык свой...». ГдЂ же больше богомерзостей, вражд, болЂзней, аще не во общеніях мірских, им же бог — чрево? / 43/91 / На всЂх блудных вечерях и трапезах их, яко же рука, реченная Даніилом, на стЂнЂ пишет, тако гремит гром божій сей: «НЂсть радоватися нечестивым». Коль же малое стадо в сравненіи со содомлянами дом Лотов! Там пируют ангели во веселіи. Много ли в тысящЂ обрящеши! Кои ядят и піют не во страданіе, но во здравіе по оному: «Аще ясте, аще ли піете...» и протч. вся во славу божію... Како убо глаголеши, яко ядят хлЂб? Не паче ли землю со зміем? Како же во веселіи? Не паче ли в погб лица и в трудах ядят неблагословенный хлЂб свой сей: «Сладок человЂку хлЂб лжы». ПослЂжде же обращается ему в каменіе. Истинный же причастник вкушает со благодареніем хлЂб по Соломонову слову: «Лучше укрух хлЂба с водою в мирЂ» и піет вино свое во блазЂ сердцЂ оном. «Любовь не завидит, не безчинствует, не радуется о неправедном богатст†— вся любит, вся терпит» и протч. / 43/92 /

Трапеза, дышущая коварством, убійством, грабленіем, — не сей ли есть хлЂб лжы? Что ли есть безвкуснЂе и скареднЂе паче неправды? Сія обветшавшая Ева есть общая, обычная и присная невЂста міру, печалію и похотію очес жегомому. Мір есть пир бЂснующихся, торжище шатающихся, море волнующихся, ад мучащихся. Тако ли во веселіи? Лжеши! Іезекіиль же истину благовЂстит: яко истаевают ядуще не оприснок, но мотылу А, в неправдах своих. Се твой хлЂб. От сего твоего хлЂба отрицается Петр, глаголя: «Господи, николи же ядох сквернаго...»



А Мотыла есть имя славенское, древнее. Еллински — κόπρος, римски — excrementum, merda. Прим. автора.



Даймон. А! а! Но обаче убо ял.

Варсава. Ял убо, но уже освященное. Аще бы то неугодно было богу, не вкусил бы. Не многоцЂнность блудная, но освящающая правда трапезу сладкую творит. «Прійди \93\ и яждь во веселіи хлЂб твой» и протч... Но лукавая твоя кознь, показав хвост, утаил еси виновницу веселія, там же сущую, освящающую главу сію: «Яко же угодна богу творенія твоя (Еккл[езиаст]). ВЂжд же и сіе, яко нареченное Петром скверное, / 44/101 / лежит в римском: commune, сирЂчь общее; еллински κοινόν. Сіе же еллинское знаменует у римлян блато (coenum), Кій убо мнЂ предлагаеши хлЂб твой? Сам вкушай! Мірская община мерзка мнЂ и тяжка. Сладка же и добра дЂва есть дивая странность, странная новость, новая дивость. Сію благочестивыи возлюбившие, устраняются міра, не міра — но сквернаго сердца его.

«Изыдите, — и нечистотЂ их не прикасайтеся, изыдите от сЂреди их», — глаголет господь.

Даймон Буди здраво, яко же глаголал еси! Обаче вЂра во Христа, изшедшая благовЂстіем в концы вселенныя, не вселенское ли общеніе? И не благо ли есть?

Варсава. Ах, остави, молю! Мір суетное точію лице вЂры носит листвіем проклятыя смоковницы, имущія образ благочестія, плодов же его отвергшіяся, наготу свою покрывая, лицемЂр или лицевЂр, суевЂр и повапленная гробница. Дух же вЂры и плоды его когда он имЂет? Аминь. Никогда же. Мниши ли, яко обрящет сын человЂческій на землЂ вЂру? / 44/102 / Ни! ни! НЂсть здЂ! Воста. Что ищете живаго и благоуханнаго в смрадном содомском и мертвом блатЂ его! Тамо, тамо его узрите. ГдЂ же тамо? Тамо, гдЂ нЂсть смрад. Ах! В СигорЂ. Тамо Лот! Тамо дух вЂры! Тамо благоуханіе наше не со обетшавшими Евами, но со богорожденными от себе и чистыми дЂвами. «Не бойся малое стадо». Се тамо! О сладчайшая Галилеа! Граде и пире малых-малых! Блажен, иже снЂст обЂд твой. Что ли есть плоть? То, что мір. Что есть мір? Ад, яд, тля! Ах, око и свЂт, вЂра и бог есть тожде. МЂлкое око — свЂтилник тЂлу. Маленькая церков — свЂт міру. О прекрасная, но малолюдная невЂсто неневЂстная! ТебЂ подобает слышати единой сіе: «Очи твои яко голубины». «Изыди от среди их в Сигор, спасайся». «Изыдите, вЂрныи, во воскресеніе, и мало их есть...»

Даймон. ДЂй, дЂй! Аще все общее скверно есть, како убо общее воскресеніе честно и свято, увЂряемое Лазаревым воскресеніем?

Варсава. Тако, яко общее / 45/111 / вЂрным, не міру, во блатЂ лежащему. Инако же все ему общее безчестно. Внял ли еси?

Даймон. Вельми внял, яко ты мнЂ нынЂ, аки птица в сЂть ят еси.

Варсава. Ят, но не удержан.

Даймон. Не чувствуеши? И не устрашаешися?

Варсава. «Праведник дерзает, аки лев...» \94\







ПРЕДЂЛ, ЯКО ВСЕ, ЕЖЕ В МІРЂ, ПОХОТЬ ОЧЕС, ТРУД И ГОРЕСТЬ



Даймон. Уготови лице твое, Варсаво, на обличеніе.

Варсава Аще хощеши, готовлю и на оплеваніе.

Даймон. ВЂм, яко обличеніе труд и горесть тебЂ.

Варсава. Обличи грЂх мой во мнЂ, молю, и будеши друг. Между им и мною вЂчна вражда.

Даймон. Не ты ли сказал еси, яко мір есть безчисленное соборище беззаконных? И яко вопреки малолюдненькое стадо благочестивых?

Варсава. Воистину, тако есть.

Даймон. Убо не тожде ли есть сказать — и сіе беззаконіе легкое, / 45/112 / благочестіе же трудно и тяжко? Како бо не трудно, аще сіе малым-малым, оное же всЂм достизаемое? Суди древо от плодов.

Варсава. Тьфу! Putabam te cornua habere А.

Даймон. Что ли? «Начаша глаголати иными языки?»

Варсава. Скажи мнЂ, господи, истину твою. Устрой сердце и язык мой во слово правды твоея.

Даймон. Уа! Шепчеши? Се тебЂ удареніе, Варсаво!

Варсава. Чаях! Яко избодеши рогами, и се удар младенческій. ДЂй! Приложим единоборбу! Аще благость трудна, бог виною есть страждущему міру. НынЂ же вины не имут о грЂсЂ своем, возлюбивше горесть свою, паче сладости его! ДЂй! Красти ли или не красти? Что ли труднЂе? Обаче весь мір полон татей и разбойников?.. ДЂй! Нужная ли или многоцЂнная одежда и дом? Что ли труднЂе? Обаче весь мир блядокрасіем красуется в суетное любодЂяніе очес, что ли удобнЂе как хлЂб и вода! Обаче весь мір обременен чревонеистовством Б. / 46/121 / Чрево есть бог міру, пуп аду, челюсти, ключ и жерло, изблевающее их бездны сердечныя всеродную скверну, неусыпных червей и клокощущих дрождей и блевотин оных и вод: «Исходящая от сердца та суть сквернящая». Зависти, грабленія, тяжбы, татьбы, убійства, хулы, клеветы, лицемЂрія, лихоимства, любодЂянія, студодЂянія, суевЂрія... се всеродный потоп ноевскій верх, влас и главу міру подавляющій.



А Древняя притча на тЂх, кои вначалЂ страшны, потом смЂшны. Славенски: чаях, яко роги имаши. Прим. автора.

Б Чревонеистовство есть чревная мудрость, мудрствующая о том, кія сладчайшія жертвы суть богу ея — чреву. Так толкует святый Нил в книгЂ о седьми бЂсах. Прим. автора.



Обаче мір вся сія творити радуется. По успЂху беззаконій своих и мудрость, и славу, и благородность, и сласть, и блаженство оцЂняет. Не право убо судил еси, обаче право рекл еси, яко трудность есть виною грЂха ему. Се бо мір \95\ адскую дщерь сію трудность и горесть от всего сердца своего возлюбившій, возненавидЂл божію благость, призывающую его: «Прійдите ко мнЂ! Аз упокою вы». «Коль краты восхотЂх собрати чада твоя, и не восхотЂсте». «Ходите во пламенЂ огня вашего, за то его же сами себе разжегосте». «Накажет тя отступленіе твое и злоба твоя» / 46/122 / Дивися, нынЂ и подобает дивитися, яко погибающему міру не бог, отверзшій двери и обятія отча, но сам он есть себЂ и его воля виною:

Воля! О несытый ад!

ВсЂ тебЂ ядь. ВсЂм ты яд.

День нощь челюстьми зЂваешь,

ВсЂх без взгляда поглощаешь.

Аще змій сей заклат?

Се упразднен весь ад.


Сея вавилонскія блудницы чашею упоен мір, любодЂйствует с нею, презрЂв чертог дЂв мудрых, и невЂстник нашего Лота.

ОнЂмЂй убо и молчи! Не клевещи бога! И не лай на отверстыя врата блаженства! Отверстыя врата не винны суть малости спасаемых. Ах, проклятая воля! Ей, ты едина міру, аки лев из ограды своея, преграждаеши ему путь во блаженный исход живота оный! «Изыйдете и взыграете, яко телцы, от уз разрЂшенны». Оправдася же в пользу нам древняя притча. Turdus, ipse sibi malum cacat — «Погибель дроздова из внутрь его исходит» А. / 47/131 /



А Дроздики или польски — косики, ржащіи, как кони, от ловцов уловляются, увязши во свою дроздовску мотылу. Прим. автора.



Даймон. Кто убо может сотворити путь во блаженный оный исход?

Варсава. Всяк, аще кто восхощет; хощет же возлюбившій бога. Сія новая любовь творит ищезати ветху. Ветха же, ищезая, помалу-малу преобразуется в новую волю и в новое серце взаимно: «Ищезе сердце мое и плоть моя». «Боже сердца моего!» Сіесть: сердце мое в тебЂ, ты же взаимно в сердце мнЂ преобразился. НынЂ: «Что мнЂ есть на небеси? И от тебе, что восхотЂх на земли? Ты един довлЂеши мнЂ».

Даймон. Како убо? Тамо чрево, здЂ же злу волю нарицаеши мір[с]ким богом. Аще ли два міру суть боги?

Варсава. Уа! Остр еси, блюститель моих преткновеній. Нощь, тма, мрак, мечты, призраки, страшилища — всЂ сіи адскія езера союзны своей безднЂ. Воля плоти, сердце міра, дух ада, бог чрева и похоть его, сердце нечистое есть тожде. Сей есть архисатана, нечистая сердечная бездна, раждающая во мгновеніи ока безчисленныя легеоны духов и тмы мыс-\96\ленных мечт во мученіе / 47/132 / всЂм. «Им же мрак темный вовЂки блюдется». О міре, возлюбившій труд и горесть! Коль скоро снисходиши во ад и не возвращаешися. Сатана ослЂпил око твое. Сія слЂпота есть мати житейских похотей и плотских сластей. Сіи суть тебЂ червь неусыпающій и огнь неугасающій. Сіи укрЂпиша тебЂ вереи врат адовых, затвориша же райскія двери блюдущему пяту божію, хранящему суетная и ложная, ядущему вся дни живота своего землю. Но увы мнЂ! Се! Пловущи на морЂ міра сего, се вижу издалеча землю святую! О сладчайшій, желаній краю! Спаси мя от пакостника плоти и от моря міра сего!





КРАЙ РАЙСКІЙ


Благословенно царство блаженнаго отца, положшаго потребная во удобности, неудобная же дЂла во непотребЂ.

Даймон. Отрыгаеши несличную непотребность. Воистину піяный еси.

Варсава. Ей! Упихся новым Лотовым вином. Ты же ветхим, содомским.

Даймон. Но чувствуеши ли, піяная / 48/141 / главо, исход? В кую мету улучает стрЂла слов твоих?

Варсава. Ей! Она в самый кон разит и в самую исконную исту праволучно ударяет.

Даймон. О праволучный стрЂлец! СтрЂляеши во главу, ударяеши во пяту.

Варсава. Истину рекл еси нехотящій. Пята бо вам есть во главу угла во всЂх домах ваших. Праотец ваш змій искони блюдет пяту. И вы, любля, любите и, блюдя, блюдете пяту. Пята есть глава и начало всЂм, им же врата адова одолЂли, лжу мрака хранящим. Мы же, стрЂляя, стрЂляем во лжеглаву вашу сію. Да воскреснет истинна наша глава она: «Той сотрет твою главу...» НЂсть бо наше стрЂляніе на плоть и кровь, но на мыродержцы и владыки омраченнаго вЂка сего, на блюдущія пяту, злобныя духи. Управляет же стрЂлы наши, научаяй руцЂ наша на стрЂляніе.

Даймон. О, буій лобе, исполнен сЂтей паучинных! Вижу нынЂ, яко у тебе пять ячменных хлЂбов: честны суть паче предрагоцЂннаго адаманта. Зри безмЂстный и неключимый слов твоих исход! / 48/142 / УдобнЂйшіи ли пять хлЂбов?

Варсава. Ей!

Даймон. Како же честнЂйшіи?

Варсава. Тако ли? Аминь глаголю тебЂ, яко пол хлЂба есть честнЂйшій его.

Даймон. Почему?

Варсава. Не рекох уже тебЂ, яко всяка удобность честна есть? Всяка же честность есть удобна? Но всякая \97\ трудность есть безчестна. И всякая безчестность есть трудна.

Даймон. Кія мнЂ пленицы соплЂтаеши, нечестивый? Аз — о драгости, ты же глаголеши о трудности. Почто возсмЂялся еси? Сказуй мнЂ, о бЂсне! Не мучи мене...

Варсава. Ты сотворил еси сам смЂх мнЂ, раздЂлив честность от удобности, драгость же от трудности.

Даймон. Ей! Угліе мнЂ на главу возливаеши, нарицая мене невЂждою. Даймон есмь — нЂсм буій. Нарцы мя чем-либо, но сего не терплю... Рцы же мнЂ, чего ради адамант безчестный?

Варсава. Того ради, яко неудобный.

Даймон. Откуду неудобный?

Варсава. Оттуду, яко ненужный.

Даймон. Како же ненужный?

Варсава. Яко не полезный.

Даймон. Почему не полезный?

Варсава. Потому, что драгоцЂнный, трудный, неудобный, все то одно.

Даймон. А-а! Вкруг нечестивыи ходят? Паки на первое? Lupus circa puteum errat, яко же есть притча.

Варсава. / 49/151 / Убо благокругла есть истинна. Аки дуга вЂчная.

Даймон. Не прозрЂл ли ты, слЂпый слЂпче, яко у еллинов слово сіе τίμιος, знаменует и драгій, и честный есть тожде?

Варсава. От уст твоих сужду и твоим мечем боду тя. Аще у еллин драгій и честный есть тожде, тогда и вопреки — честный и драгій есть тожде.

Даймон. Что се изблевал еси? Ха-ха-хе! О буій! Камо летит сія твоя криволучна стрЂла? Не провижу.

Варсава. О господине галате! На твою главу.

Даймон. Ох, заушаеши мя, нарицая галатом. Не опаляй мя, молю, сим седмеричны.м огнем.

Варсава. Воньми же! Ты драгость вогнал еси в честность. Аз же честность твою изганяю в драгость.

Даймон. Сіе в лице тебЂ, яко драгость и честность тожде есть.

Варсава. Сіе же на главу твою, яко честность твоя и драгость есть тожде...

Даймон. Что же отсюду?..

Варсава. То, яко честность твоя пресуществилася и преобразилася во драгость.

Даймон. Что же далЂе?

Варсава. Что протчее? Не постигаеши? То, что честность твоя и драгость, драгость и трудность есть тожде. \98\

Трудность же, злость и безчестность — тожде паки есть, внял ли еси? / 49/152 /

Даймон. О, діавол да станет одесную тебе! Толь помрачаеши мнЂ ум.

Варсава. «Кленущу нечестивому сатану, сам кленет свою душу».

Даймон. Кій же бЂс сотворил драгость честностію?

Варсава. Дух, возлюбившій труд и болЂзнь.

Даймон. Кій сей дух есть?

Варсава. Дух моря мырскаго, сердце плотское, отец лжы, сатана — сія есть тройца нераздЂлная ваша и един бог ваш, всякія муки вина и всякія злости — источник.

Даймон. Ты же како мудрствуеши?

Варсава. У нас полза со красотою, красота же с ползою нераздЂлна. Сія благодвоеобразна, и мати и дЂва, и дЂвствует и раждает едину дщерь. Она нарицается еврейски — Анна, римски — Флора, славенски же — честь, цЂна, но безцЂнная, сирЂчь благодатная, дарная, даремная. Баба же ея нарицается еллински — Ананка, прабаба же — Еуа, сирЂчь жизнь, живый и вЂчно текущій источник.

Сей есть премудрость и промысл божій, / 50/161 / напаяющій без цЂны и сребра тварь всякую всЂми благами. Отец, сын и святый дух. \99\












Попередня     Головна     Наступна         Примітки


Етимологія та історія української мови:

Датчанин:   В основі української назви датчани лежить долучення староукраїнської книжності до європейського контексту, до грецькомовної і латинськомовної науки. Саме із західних джерел прийшла -т- основи. І коли наші сучасники вживають назв датський, датчанин, то, навіть не здогадуючись, ступають по слідах, прокладених півтисячоліття тому предками, які перебували у великій європейській культурній спільноті. . . . )




Якщо помітили помилку набору на цiй сторiнцi, видiлiть ціле слово мишкою та натисніть Ctrl+Enter.